На фоне явного нежелания Барака Обамы проводить военное вмешательство в Ливии инициатива союзников из Объединенных Арабских Эмиратов по всей логике должна была бы получить поддержку НАТО. Но это если сбросить со счетов шизофреническое отношение к региону со стороны США, которые стремятся одновременно сохранить контроль над ним и воздержаться от вмешательства. 

Atlantico: Как пишет The New York Times, Объединенные Арабские Эмираты недавно нанесли два авиаудара по исламистам в Ливии. В ответ на эту новость американцы осудили удары и призвали не строить «помехи». С чем связана такая реакция западного блока во главе с американцами? Чего именно они опасаются?

Фредерик Ансель: Во-первых, протест выразили только США, а не весь Запад. Далее, могущественному покровителю обычно не нравится, когда его протеже начинает смелые инициативы в чувствительной зоне.

Наконец, что особенно заметно на фоне этих событий, Обама как минимум уже четыре года неизменно отказывается от любых масштабных военных инициатив. И если он запрещает это самому себе, то не лучшим образом воспринимает это со стороны коллег. Вспомните хотя бы о весьма неохотной и ограничивавшейся исключительно логистикой поддержке Вашингтоном Парижа и Лондона против Каддафи в Ливии в 2011 году и французских операций в Мали в 2013 году, а также нежелании Обамы нанести удар по Дамаску в том же году, несмотря на нарушение Асадом «красной линии»…  

Пьер Конеза: Мне совершенно непонятна реакция Запада. Вмешательства Америки в Ираке, НАТО в Афганистане и Франции и Великобритании в Ливии (все они привели к катастрофическим последствиям) должны были бы призвать Запад хранить молчание и соблюдать осторожность. Впервые в истории арабская страна, которая, к тому же, давно является близким союзником Запада, пытается вмешаться в кризис в другой арабской стране, и нам стоило бы это лишь поприветствовать. Мне кажется, что западные правительства до сих пор не полностью осознали существование многополярного мира. Это настоящий синдром Пу И, последнего китайского императора, который жил в Запретном городе, даже не подозревая о том, что имперская власть была свергнута революционерами.

— Раз Обама морщится при мысли о военном сценарии разрешения конфликта, не должно ли это вмешательство наоборот устраивать его?

Фредерик Ансель: В Ираке американские истребители-бомбардировщики уже наносят удары, тогда как Саудовская Аравия активно действует в дипломатической и финансовой сфере для противостояния Исламскому государству. Для Объединенных Арабских Эмиратов, крошечного нефтяного государства, которое стремится заявить о себе в сообществе наций, далекая Ливия может стать интересным театром военных операций. Напомним, что местный режим ввел обязательную военную службу, беспрецедентное в своем роде решение! В то время как Катар (а он еще меньше в географическом и демографическом плане) повсюду поддерживает исламистские движения, ОАЭ пускают в ход приобретенные у Запада за немалые деньги самолеты. Мы не в полной мере представляем себе то соперничество, которое существует между нефтяными принцами Персидского залива… 

Пьер Конеза: Да, Обаме следовало бы подтолкнуть арабские страны к разрешению ряда кризисов в арабском мире. Возможно, он опасается неодобрения Саудовской Аравии, как это было с Джорджем Бушем, который не стал вносить ее в свою знаменитую «ось зла» после терактов 11 сентября, хотя 11 из 14 террористов были аравийцами. Или же он боится, что оказавшиеся в оси зла иранцы начнут вмешательство в Ираке, не спросив его мнения? Или он все же опасается неожиданной реакции аравийцев? 

— Почему целью авиаударов стала Ливия, а не Ирак? В какой степени это говорит о стремлении эмиратов заявить о себе в забытом на Западе конфликте?

Пьер Конеза: Ирак — это слишком большой кусок для ОАЭ. Иракский кризис может оказать сильнейшее дестабилизирующее воздействие на эмираты (терроризм, противодействие со стороны Катара и Саудовской Аравии…). Кроме того, эмираты вмешались на стороне Запада во время свержения Каддафи. Поэтому здесь наблюдается преемственность, по крайней мере, в геополитическом плане. Остается только удивляться, почему другие арабские страны, у которых есть необходимое для того оружие и люди не пытаются напрямую вмешаться в иракский кризис. Саудовская Аравия вот уже 20 лет является главным клиентом французской оборонной промышленности. Имеются все нужные средства для помощи той или иной стороне конфликта в Ираке. Тем не менее, Эр-Рияд опасается возможных последствий (внутренний кризис с престолонаследием, теракты, религиозный кризис, конфликт с Ираном…) и предпочитает переложить военное вмешательство на плечи Запада. Западные столицы сейчас полным ходом идут прямо в эту ловушку… 
— Можно ли считать эти авиаудары предпосылкой к военному вмешательству против радикалов Исламского государства?

Пьер Конеза: Боюсь, что речь идет всего лишь о соперничестве между странами Персидского залива. Мы видели то же самое в Египте, где Саудовская Аравия поддержала государственный переворот против «Братьев-мусульман», потому что те выступили за Саддама Хусейна во время войны в Персидском заливе и получали помощь от Катара. Аравийцы хотят быть главными на всем полуострове. Не стоит забывать, что во время формирования федерации Объединенных Арабских Эмиратов Эр-Рияд сделал все, чтобы Катар не поддержал проект шейха Абу-Даби и остался независимым. В ближайшем будущем стоит ждать других кризисов на почве соперничества. 

Фредерик Ансель (Frédéric Encel — преподаватель международных отношений в ESG Management School, сотрудник парижского Института политических исследований. 

Пьер Конеза (Pierre Conesa) — специалист по истории и международным отношениям, бывший высокопоставленный сотрудник Министерства обороны Франции.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.