Каждый год умирают миллионы больных, хотя изобретены лекарства, чтобы их вылечить. Миллионы других людей не получают образования, которое позволило бы им развиваться в соответствии со своим потенциалом, хотя у нас есть полные книг библиотеки. Мы располагаем технологиями производства полезных и дешевых пищевых продуктов, строительных материалов, инструментов для труда в тяжелых условиях, однако большая часть человечества живет в условиях, которые мы даже не желаем себе вообразить. Сталкиваясь с картинами такой жизни, мы или сидим на удобных диванах и отводим глаза, или решаем, что так оно и должно быть, тоже, в некотором смысле, отворачиваясь от проблем. Если мы решаем вступить с ними в борьбу, то действуем обычно в двух направлениях: оказываем финансовую или волонтерскую поддержку организациям, помогающим нуждающимся, либо содействуем системным переменам в доступе к знаниям, технологиям и ресурсам, который остается сейчас несправедливым.

У появления этого основополагающего неравенства была своя причина, название которой нам прекрасно известно: это продолжавшийся пять веков колониализм, подстегиваемый капитализмом. Началом этой экспансии была, конечно, эпоха Великих географических открытий. Одно то, какими словами мы описываем эти времена, обращает внимание на два элемента, сделавшие колониализм возможным. Речь идет об открытиях и о географии, то есть об инновационности, связанной с возможностью коммуникации с отдаленными уголками света. Колониальному капитализму была нужна двусторонняя коммуникация: из центра на периферию шли инструкции, которые служили эффективному «управлению» ими, а в обратном направлении — похищенные богатства. 

Современному капитализму наднациональных корпораций тоже нужны действенные механизмы для транспортировки и передачи информации, а экономика все больше опирается именно на обмен разного рода данными, то есть нематериальными благами: это могут быть записи на счетах инвестиционных фондов, патенты или превращенная в товар культура. Растущее влияние так называемого права интеллектуальной собственности на экономику и социальную систему ведет к тому, что созданная для пересылки информации инфраструктура превращается одновременно в средство передачи нематериальных продуктов и получаемого за них вознаграждения. Патенты, товарные знаки, авторские права, компьютерные программы или файлы mp3 не нужно перевозить самолетами или кораблями — достаточно цифровой версии, а соответствующая оплата появится на виртуальном банковском счете. Информация была важна уже у истоков развития капитализма и глобализации, сейчас она становится их основной составляющей, а доступ к ней — инструментом, которым они пользуются. Способны ли мы использовать эти обстоятельства с противоположной целью? Может ли инфраструктура, которая открывает путь для экономической и культурной колонизации, нести свободу и справедливость? Сумеем ли мы предпринять что-то для исправления этой системы?

Несмотря на вполне понятный скепсис в отношении освободительного потенциала сети, я продолжаю верить, что именно вездесущий интернет дал нам шанс изменить глобальную систему в сторону большей справедливости. Сеть не накормит голодных, не выкопает колодцы, не расширит трудовых прав бангладешских швей, однако она может дать им знания о технологиях, создании стратегий, поможет им получить поддержку и сформировать общность. Она дает возможность обобществить знания, которые были прежде доступны лишь немногим; знания, которые веками тщательно охранялись, поскольку позволяли удерживать власть; знания, которые начали высвобождаться как раз в эпоху колониальных завоеваний благодаря изобретению другой дешевой коммуникационной технологии — печати. Как и в случае с прежней технологической революцией, так и сейчас сети понадобятся десятки лет, чтобы полностью реализовать свой потенциал. 

Препятствием этому служит несколько факторов, за которыми скрывается один и тот же мотив: желание нескольких сотен сильнейших участников рынка сохранить свою привилегированную позицию. В контексте доступа к знаниям особое значение имеют попытки ужесточить законы, которые касаются интеллектуальной монополии и наказаний за ее нарушение. Речь о продвигаемых США соглашениях вроде ACTA или договоров о свободной торговле между Европейским Союзом и Соединенными Штатами (Transatlantic Trade and Investment Partnership), о чем с энтузиазмом высказывался недавно президент Бронислав Коморовский (Bronisław Komorowski).

Что же делать? Мы не можем позволить, чтобы экономические интересы небольшой части жителей / жительниц богатейших регионов мира разрушили тот уникальный шанс, который дает нам сеть. Нам следует заняться внедрением новых законов, исправлением существующих законодательных изъянов, требовать от политиков лояльности к 99% населения, а не к корпорациям. Наши представители / представительницы должны увидеть свою роль в качестве гарантов социальной справедливости, которым история предоставила возможность искупить моральный долг в отношении тех, кто пострадал за 500 лет европейского колониализма. Мы должны убедить их, что неограниченный доступ к знаниям и образованию будет напрямую выгоден самим жителям Европы, поскольку не только позволит нам напрямую продвигать свою культуру в глобальном обороте, но также повышать собственные компетенции в качестве участников рынка труда тех граждан, которые хотят понимать быстро меняющуюся действительность и осуществлять сознательный выбор, или родителей, стремящихся обеспечить детям лучшее будущее. Поэтому следует разрешить любое использование произведений интеллектуального труда в образовательных целях и ограничить исключительно коммерческими субъектами обязанность разделения прибыли с создателями. Публичные институты должны поддерживать все формы онлайнового образования, как дешевого, эффективного и доступного способа реализации своих социальных задач. 

Изменение экономической или юридической системы необходимо, однако оно может занять много лет или вообще завершиться провалом (во что я, возможно, наивно не верю). К счастью, прежде чем нам удастся провести реформу системы авторских прав, мы можем значительно улучшить его в существующих рамках. Решение, которое предлагает активно развивающееся движение свободного образования, это в первую очередь «свободные лицензии». Смысл в том, чтобы создатели / создательницы образовательных материалов, не отказываясь от личных авторских прав (то есть указания себя в качестве создания конкретного произведения), вышли из системы имущественных авторских прав. 

В первые века своего существования авторская монополия распространялась на зарегистрированные произведения и действовала относительно короткий период (14 лет в Англии XVIII века, 28 лет в США до 1976 года). В современной системе в момент создания произведения исключительные права на него (отсюда слово монополия) получает автор. И никто не имеет права без согласия создателя копировать, перерабатывать или распространять это произведение в течение всей его жизни и 70 лет после его смерти. В польском авторском праве существует положение об использовании в личных целях, которое позволяет нам распространять чужое произведение в кругу семьи или знакомых, и, соответственно, не касается сферы образования. Образовательные учреждения тоже обладают в этом отношении некоторыми правами, однако их область узка и расплывчата, а, главное, не включает в себя интернет. 

Авторы, которые создают образовательные материалы, обычно передают права на них своим издателям. Но это только обычай, а не юридическая норма. Авторы, которые хотят, чтобы каждый мог иметь свободный доступ к их произведению, а также возможность перерабатывать его и распространять эти переработанные версии, могут воспользоваться каким-либо вариантом свободной лицензии — свободной, поскольку она гарантирует свободу будущим пользователям / пользовательницам. 

Чтобы изменить систему, нам нужны талантливые умы всего мира. Мы должны дать им шанс работать вместе, используя разную перспективу видения и культурную базу. Чтобы объединить существующие знания и делиться вновь создаваемыми, свободно обсуждать свои идеи, им нужна свободная культура, свободные знания и свободный интернет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.