На саммите в Санкт-Петербурге необходимо обсудить массу вопросов. Официально главным пунктом программы встречи должна стать координация экономической и финансовой деятельности – это, в первую очередь, экономический саммит – однако ситуация в Сирии заставляет ее участников обратиться к ряду других вопросов.

Благодаря президенту Джорджу Бушу-младшему пять лет назад этот форум 20 стран сыграл решающую роль в стабилизации обрушивающейся мировой экономики. Тогда, весной 2009 года, премьер-министр Соединенного Королевства Гордон Браун провел чрезвычайно эффективный саммит в Лондоне. С тех пор форум G-20 успел утратить свою значимость. Огромное количество подгрупп сейчас работают над самыми разными специальными проектами, однако сами встречи на высшем уровне в последнее время не приносили никаких значимых результатов.

Возможно, саммит в Санкт-Петербурге поможет выработать более согласованную позицию по сирийскому вопросу и даже, возможно, по кризису на Ближнем Востоке. Если это произойдет, это станет огромным достижением, которое будет благосклонно встречено обеспокоенными мировыми рынками. Но, если отвлечься от ситуации на Ближнем Востоке и вернуться к экономике, что на самом деле группа G-20 способна сделать?

Подобно своим предшественницам – Большой Пятерке и Большой Семерке – группа G-20 должна найти четкую и значимую общую цель, чтобы работать с максимальной эффективностью. В 2008 и 2009 годах такая цель у нее была – необходимость избежать повторения кризиса 1930-х годов, и совместная деятельность крупнейших экономик мира способствовала предотвращению этой катастрофы. Почти пять лет спустя, как показывают последние данные по индексу Global Purchasing Managers’ Index (PMI), мир по большей части продолжает фланировать, не демонстрируя никаких признаков значительного ускорения, но и не скатываясь в кризис.

Неравномерное восстановление

Большинство развитых стран сейчас демонстрируют верные признаки восстановления производственной деятельности впервые после 2008 года. Это касается США, Японии и некоторых государств Евросоюза. Какой бы впечатляющей ни казалась эта тенденция, она сопровождается значительным замедлением роста в большинстве крупных развивающихся экономик, в том числе в странах BRIC. Именно поэтому значение общемирового индекса PMI сейчас практически не меняется.

В то же самое время, очевидно, мировые экономики испытывают массу трудностей в процессе своего роста. Это неудивительно, если учесть связи между ними – особенно связи посредством цен на сырье. В последние несколько месяцев я много размышлял над связью между восстановлением экономик развитых стран, замедлением роста в Китае, снижением цен на сырье и о трудностях, с которыми столкнулись развивающиеся страны.

Разумеется, это довольно сложно, и из общей тенденции есть несколько исключений. К примеру, Индия, как и большинство европейских и американских потребителей, выиграла от снижения цен на сырье, тем не менее, ее экономика до сих пор не может справиться с трудностями. В целом, снижение цен на сырье помогает развитым странам и ставит в невыгодное положение развивающиеся экономики. Развитые страны, входящие в состав G-20, экономически заинтересованы в том, чтобы как можно быстрее найти решение сирийского кризиса, потому что повышение цен на нефть отбросит их назад. Развивающиеся страны, многие из которых добывают нефть – в том числе Россия – возможно, увидят в этом некоторую краткосрочную выгоду.

В большинстве случаев поиски общей цели для такого большого количества стран представляют собой серьезные трудности. Я часто слышу, что чиновники из более развитых стран-членов этого форума жалуются на то, что сама его идея – это пустая трата времени. В последние несколько лет они все чаще склоняются к идее Большой Семерки: это более компактная и поэтому более управляемая группа, и ее члены имеют много общего. Теперь, когда на международную арену вышла группа BRICS, которая в настоящее время закладывает основы собственного банка развития, развитые страны все больше склоняются к мысли о бесполезности G-20.

Необходима реорганизация

Несмотря на все проблемы, глобальный дисбаланс, существовавший накануне кризиса 2008 года, сейчас постепенно сглаживается. Дисбалансы счета текущих операций Китая и США снизились до такого уровня, который уже не вызывает серьезных опасений. Это произошло даже несмотря на то, что на саммите G-20 в Сеуле в 2010 году странам не удалось договориться о способах решения проблемы дисбалансов счета текущих операций, на чем некоторые участники настаивали. По иронии, на протяжении большей части времени с момента того саммита сальдо Китая было ниже того уровня, под которым он не подписался бы.

Можно ли считать это успехом? Не думаю. Миру до сих пор требуется более эффективное экономическое руководство. Группу G-20 можно назвать представительной – на долю ее членов приходится 90% мирового производства – однако она слишком тяжеловесна. G-7 компактна, но не представительна. Сейчас миру требуется группа развитых и развивающихся экономик, которая будет достаточно немногочисленной, чтобы работать с высокой эффективностью. Как я уже говорил в 2001 году, более эффективное экономическое управление требует того, чтобы Китаю и другим ведущим развивающимся экономикам чаще давали право голоса на заседаниях саммита, а некоторым развитым экономикам – в частности членам еврозоны – реже.

С 2010 года экономический рост в странах BRIC замедлился, тем не менее, объемы их валовой продукции выросли на 3 триллиона долларов. К 2015 году общий объем их валовой продукции достигнет объемов США. Другими словами, аргументов в пользу реорганизации глобального экономического руководства сейчас гораздо больше, чем тогда, когда я впервые об этом заговорил. Если мы будем двигаться в этом направлении, это повысит наши шансы на создание боле сбалансированной и стабильной глобальной экономической системы.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.