В рамках процесса становления мира и демократизации постепенно набирают силу дискуссии о национальной и этнической идентичности. Наряду со многими другими категориями в Турции часто смешивают понятия этнических свобод и этнической политики. Поскольку проходящий под знаком демократизации процесс связан с каждым из данных понятий, и провести черту между ними становится все сложнее. Однако с точки зрения демократии эти категории могут породить самые разнообразные последствия.

Предполагается, что по мере кристаллизации этнических идентичностей мы становимся более демократичными и свободными. Однако этнизация, растворяя национальную идентичность, может подразумевать такую форму политики, которая наносит вред демократии. В этой связи важный для рассмотрения вопрос – возникновение этнизации, способной под видом демократизации навредить демократии. 

Как в таком случае возможно признание различных идентичностей без ущерба для демократии? Для этого следует обратить внимание на обстоятельство, позволяющее разграничить понятия этнических свобод и этнической политики. В то время, как этнические свободы необходимы для демократии, этническая политика, напротив, отдаляет нас от демократии. Этнические свободы связаны с повседневной жизнью людей. Этническая политика же предполагает этнизацию политических идентичностей или политизацию этнических идентичностей. И далеко не всегда ее последствием становится расширение свобод…

Читайте также: По следам предков молодежь отправляется на Балканы

Иллюзия обретения свободы: этнические свободы и этническая политика

Одна из критических оценок структуры политической системы Турции состоит в том, что курды, будучи представленными почти на каждом уровне государства, не пользовались своей курдской идентичностью. В соответствии с данной оценкой утверждается, что «в Турции курдам было разрешено иметь все, но запрещено быть курдом». Следовательно, для настоящей демократизации необходимо признание курдской политической идентичности. Это, на первый взгляд, рациональный с точки зрения демократии аргумент, однако он подпитывает этническую политику.

В самом деле, каждая из этнических идентичностей должна восприниматься как культурное богатство, и на них не должно оказываться какое-либо политическое давление. Данное обстоятельство отражают этнические свободы, которые укрепляют демократию. Однако это вовсе не означает, что политика должна проводиться с оглядкой на этнические идентичности. Ведь поступают на определенные государственные посты не граждане с курдской идентичностью, а граждане Турции, и это естественная ситуация, которая не заслуживает критики. Взгляды, отстаивающие противоположные идеи, подразумевают ослабление такого общего основания, как национальная идентичность, и этнизацию политики.

Демонстрация в поддержку обвиняемых по делу "Эргенекон" в пригороде Стамбула


С точки зрения проведения различия между этническими свободами и этнической политикой можно обратить внимание на пример США. Невзирая на этническое происхождение, американцы могут участвовать в политике на любом и даже самом высоком уровне. Этнические идентичности – элемент культурного достояния наряду с американской национальной идентичностью, и граждане США испытывают гордость по отношению к своим этническим идентичностям. Благодаря наличию этнического разнообразия, они могут продолжать говорить на родных языках и проводить традиционный церемониал. Однако в политике нет этнических идентичностей. Например, не многим из нас известно, что Вильсон имеет шотландские корни. При проведении президентских выборов не обращалось внимания на голландское происхождение Рузвельта или немецкие корни Эйзенхауэра. Обама также по мере возможности стремится не заострять внимания на своей афроамериканской идентичности. В США не существует ни одной политической партии, которая бы представляла испанскую, афроамериканскую или какую-либо другую этническую группу. Иными словами, в США этнические свободы широки, но при этом политика не подвергалась этнизации. При сопоставлении американской демократии и политических систем бывшей Югославии, Ирака и Сирии поразительным образом заметна разница между ними.

Также по теме: Почему Турция не сможет в полной мере воспользоваться арабской весной

Проводимая с учетом этнических идентичностей политика разъединяет общество и разжигает конфликты. Будучи причиной распада связующего звена разных идентичностей – национальной идентичности, этническая политика разделяет единый народ по этническому признаку. Совершенная в прошлом ошибка была связана с рассмотрением культурных прав и свобод этнических групп в Турции как опасности сепаратизма. Допускаемая сегодня ошибка – отождествление этнической политики и демократии. Иными словами, мы должны найти некий средний путь между двумя этими крайностями.

Один из показательных примеров, относящихся к этнической политике, можно было наблюдать на прошлой неделе в Университете Дикл (Dicle). После спора, разгоревшегося между студентами – сторонниками Рабочей партии Курдистана (РПК) и последователями «Хезболлы», лидер Независимой судебной партии Турции (HÜDA PAR) Хусейин Йылмаз отметил, что схватка была спровоцирована «не являющимися курдами» студентами. Данный комментарий указывает на приобретение процессом этнизации опасных измерений, а также на наличие усилий по созданию в отношении курдов восприятия «этнический другой».

Текущий процесс решения курдского вопроса также вызывает беспокойство в плане этнизации. Если бы данный процесс протекал в форме демократизации и предоставления прав без ведения торга с РПК, то можно было бы говорить о расширении свобод. Однако направление процесса через РПК и Партию мира и демократии, по сути, в большей степени показывает, что политика этнизируется. Действительно, в эти дни дискуссии ведутся не в отношении прав курдов или других этнических групп, а по поводу того, что сделает РПК, и какую новую форму примет политическая жизнь в Турции.

В этой связи можно утверждать, что в прошлом наше государство проводило этническую политику и было образовано на основе концепции, опирающейся на турецкую этничность. Иными словами, этническая политика не нова для Турции, и этот факт можно подтвердить множеством примеров. Действительно, в прошлом нашей страны имели место такого рода ошибочные практики, и именно они повлекли за собой проблемы в нашей демократической системе.

Читайте также: Станет ли Турция Соединенными Штатами Анатолии?

Однако однозначно расценивать турецкое государство как этническое также было бы неверно, поскольку существуют примеры, свидетельствующие и о другой его основе. В частности, непринятие караманлидов в качестве граждан нашего государства, а также их выселение в Грецию в период обмена населением, показывают, что государственная концепция не столько этническая, сколько религиозная, а значит, национальная идентичность в Турции формировалась на этнорелигиозной основе. Между тем, если мы сегодня хотим стабильной демократии, тогда нам следует принять такой подход к идентичности, который основан на гражданственности и не сопровождается этническими и религиозными предубеждениями.

Национальная идентичность и консолидирующий элемент


Национальная идентичность должна быть всеохватывающей и заключать в себе все существующие в обществе идентичности. Без этого невозможно развитие демократии, основанной на объединении различий. Ведь без гражданского сознания, которое находит свое выражение в национальной идентичности, развитие демократии чрезвычайно сложно. При отсутствии единой идентичности сосуществование различий невозможно, и тогда начинается распад. Причина неразвитости демократии на Ближнем Востоке – это не исламская религия, а незавершенность процесса становления нацией в силу религиозных, мазхабных и клановых идентичностей.

Вид Стамбула


В этой связи предлагаются различные точки зрения о том, какой должна быть консолидирующая идентичность для Турции. Одни вводят новое понятие – «турецкость», другие считают необходимым восприятие понятия «турок» не в рамках этнической, а с позиций национальной идентичности. Третьи полагают, что национальная идентичность потерпела фиаско в решении этнических проблем в Турции, и сосуществование возможно только на основе единой религии. Однако здесь необходимо осознавать, что религия и национальная идентичность выполняют абсолютно разные функции.

Также по теме: Столетняя годовщина геноцида турецкого народа на Балканах

Политическая структура, которая возникнет из религиозного единого основания, будет совершенно иной, нежели политика, порожденная общим знаменателем национальной идентичности. Всякого рода политика религиозного или этнического содержания сопровождается не плюрализмом и демократией, а идеей превосходства определенной веры или группы. Например, в национальной османской системе, в которой мы всегда превозносим толерантность, религиозные и этнические группы были распределены в иерархическом порядке. Была признана свобода вероисповедания в отношении других религий, но их полного равноправия с мусульманской религией не существовало. Следовательно, представленная в качестве альтернативы исламская идентичность, возможно, и способна сплотить, однако она не может быть демократической. В этой связи нам следует подумать над положением наших граждан, не являющихся мусульманами.

Предпосылка демократии – это структура, в которой соблюдается всеобщее равенство без проведения различий между родом, верой, идеологией, происхождением. Это становится возможным при плюралистической национальной идентичности, обладающей единым сознанием на основе государства-нации. Именно такая система способна сохранить соблюдение свобод и объединить народ, несмотря на имеющиеся различия. Дискуссии в Турции становятся все более интенсивными вокруг наименования нашей нации.

Этнизация политики и «турецкость» как национальная идентичность

Необходимо такое определение национальной идентичности, которое при развитии этнических свобод не приведет к этнической политике. В связи с этим многие вместо понятия «турок» настаивают на категории «турецкость», поясняя это тем, что последнее не содержит акцента на этничности и, следовательно, может быть демократической идентичностью. Действительно, непременным условием демократии является плюралистическая идентичность, предполагающая возможность сосуществования и соединения различий. Однако возникает следующий вопрос: насколько это обеспечит не подчеркивающая этничность «турецкость»?

Читайте также: Отношения Турции и Израиля после «извинений»

Весьма существенно признание идентичности на основе гражданского сознания в тех районах, где особенно высок риск этнизации политики. Это должна быть национальная идентичность, обладающая исторической глубиной, а также способная восприниматься как международная идентичность. Идентичности, не имеющие такой глубины, как, например, «турецкость», в конечном счете, могут привести к ориентации людей на более сильные и обладающие искомой глубиной этнические идентичности. В результате «турецкость» будет только подпитывать этническую политику, которую сама же пытается предотвратить. Это может быть вызвано разными причинами.

Прежде всего для понятия «турецкость» не характерна та историческая глубина, которая отличает понятие «турок», а также международное восприятие и значение. Поэтому, ожидать, что большинство определяющих себя как «турок», примут это новое понятие, было бы чересчур оптимистично. К тому же, рассматриваемое наименование может способствовать развитию других споров. Прежде всего те, кого беспокоит понятие «турок», через некоторое время будут также недовольны категориями «Турция» и «турецкость», поскольку территорию своего проживания они называют Курдистаном. С этой точки зрения между тем, чтобы сделать их «гражданами Турции» или «турками», разницы нет, и они не смогут принять эту идентичность.

Далее возможен пересмотр статуса турецкого языка как государственного, поскольку он станет языком определенной этнической группы. Так, может быть поставлен вопрос: «Почему официальный язык – не курдский, или разве не следует признать официальными все языки, на которых говорят в Турции?» В этой связи может быть предложено: «В чем необходимость государственного языка? Например, в ЕС 23 официальных языка». В результате, судя по тому, что мы больше не будем «турками», турецкий язык может утратить статус государственного. Что касается национальной идентичности, то анализ понятия «турок» и его интерпретация в качестве относящегося к этничности влечет за собой бесконечную цепь вопросов. Таким образом, нация, утратившая наименование, которым она исторически владела, с приобретением «турецкости» станет отдаляться от собственной идентичности и распадаться на этнические категории.

Также по теме: Десять жизнено важных вопросов для Турции

Полиция Турции разгоняет демонстрацию в поддержку дела "Эргенекон"

Этническая политика и демократия

Демократия – это система торга, компенсаций и соглашений. То, вокруг чего ведется торг в этой системе, – интересы, которые в идеологическом смысле формировались на почве политических партий. На основе культурных или этнических идентичностей торг невозможен. Поэтому этнизация политических идентичностей означает переход от атмосферы согласия и торга к конфликту. Именно в этой связи этнизация политики указывает не на расширение этнических свобод, а на начало конфликта и распада.

По сути, мы одновременно обладаем многими идентичностями. При этом чем большее количество идентичностей характерно для человека, тем более он толерантен, в противном же случае он конфликтен. Так, если в структуре национальной идентичности находят приют этнические и другие идентичности, она становится демократической. Как только национальная идентичность становится однотипной, она отдаляется от демократии. Аналогичным образом при отсутствии национальной идентичности каждый ориентируется на собственную этническую или религиозную идентичность и не признает существование других. Поскольку объединить различные идентичности для вас не представляется возможным, то количество идентичностей, которыми вы обладаете, становится все меньше, и начинаются конфликтные и авторитарные тенденции. В обстановке, где все, ориентируясь на определенную этническую или религиозную идентичность, утратили единое основание, невозможно существование плюралистической идентичности и, следовательно, демократии.

В последнее время часто говорится о демократии, мире, свободах. Эти понятия упоминаются настолько часто, что они стали утрачивать свои смыслы и ценности. Поэтому помимо различных высказываний необходимо правильно осознавать, что приведет нас к демократии, миру и свободам. Как показывает практика, ограничиваясь произнесением таких слов, как «демократия» и «мир», можно отдалиться как от демократии, так и от мира.

Для установления подлинного мира необходимы идеи и проекты, которые имеют надежные основания. Очевидно, что концепция, отрицающая понятие «турок» и национальную идентичность, не будет способствовать установлению мира и развитию демократии в этой стране. Этой цели не удастся достичь и при идентичности, не допускающей разнообразия. На одной чаше весов – концепции, всячески искажающие значение категории «турок», на другой – проекты, сводящие данное понятие к одной этнической группе. В каждом из случаев возникает этнизация политики, которая не позволяет установить мир. Если истинная цель – сосуществовать в мире и демократическом государстве, нам необходимо стремиться к единому пункту, при котором признается наличие разных идентичностей и отсутствует этнизация политики.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.