Завтрашний день кажется близким, но это ничего не значит. 18.58, некий человек скучает и настраивает телевизор на новостную программу. Он собирается послушать новости. Однако, сколько всего могло произойти за эти две минуты. Ему мог бы позвонить важный человек и удерживать его полчаса у телефона, могло бы произойти землетрясение, которое за тридцать секунд способно разрушить дом и убить его. В одно мгновение можно перейти от жизни к смерти. То же самое можно сказать о международной политике.

Еще накануне царил мир, проводился чемпионат по футболу, шли споры в парламенте, а если кто-то заговаривал об армии, то на него смотрели, как на марсианина. На следующий день все рушится, наступает конец безмятежному существованию, настает время трагедии и войны. Достаточно подумать о Перл-Харборе или об 11 сентября 2001 года. Конечно, в настоящий момент война не грозит Франции или Испании, но можно ли сказать то же самое о Южной Корее, о Ливане и о множестве африканских стран?

Читайте также: Доктрины и стратегии Запада по отношению к Ирану

В любом случае, ближайшая  к нам пороховая бочка находится на Ближнем Востоке. Конечно, можно задавать себе вопрос, с чего бы Ирану атаковать Израиль, с которым он даже не имеет общей границы, ведь он рискует получить ответный удар, который может привести к смерти миллионов людей (Тегеран — это не городок вроде Хиросимы, а атомная бомба того времени сейчас кажется петардой) и так далее, не получая на него никакого ответа. Инициатива кажется настолько бессмысленной, что появляется искушение исключить ее из рассмотрения. Но ведь никогда не знаешь, что произойдет.  Гитлер по личному опыту знал, что Германия столкнется с тяжелейшими проблемами, если будет воевать на два фронта - на востоке и на западе, -  как было во время Первой мировой войны. Тем не менее, он совершил эту ошибку. Рассматривая различные гипотезы, всегда нужно учитывать безумство или глупость. Именно поэтому нынешняя ситуация затрагивает и нас. Если Иран, жертва собственного слабоумия, решит атаковать Израиль, рискуя разрушением собственной страны, то в этот конфликт, возможно, будут вовлечены и другие страны. Когда Соединенные Штаты решили освободить Кувейт, Саддам Хусейн направил ракеты Scud на нейтральный Израиль, считая, что чем больше хаоса удастся создать и чем больше стран вовлечь в конфликт, например, чтобы «защитить Ирак от сионистской агрессии», тем лучше будет для него. Ничего не указывает на то, что Иран может быть более умеренным, чем Саддам, или более разумным, чем Гитлер. Самое худшее произойдет, если иранский атомный удар будет успешным, несмотря на то, что ракеты Patriot последнего поколения и аналогичное оружие местного производства могут разрушить иранские атомные ракеты в полете. Реакция Израиля может быть разрушительной. Конечно, евреи не забыли гетто Варшавы. Если они сопротивлялись немцам тогда, то тем более будут обороняться теперь. На атомную атаку они могут отреагировать, пытаясь убить всех иранцев, что приведет к смерти десятков миллионов людей и сотрет с лица Земли эту страну. У них для этого есть все средства.  «Преследование евреев больше не останется безнаказанным», - повторяли они десятилетиями, а Иран слишком часто говорил о своем желании стереть Израиль с лица Земли.

Также по теме: Чего боится иранский режим?

Даже не прибегая к этому крайнему сценарию, если израильтяне попытаются воспрепятствовать Ирану в создании атомной бомбы, иранцы могут компенсировать свою технологическую неполноценность, заминировав Ормузский пролив. Таким образом они смогут, с одной стороны, перекрыть кислород прибрежным странам, которые хотят экспортировать нефть, а с другой стороны, нанести ущерб странам, нуждающимся в импорте нефти. А это нас коснется очень близко, как и то, что неожиданно по чьему-то приказу могут начать действовать все «замороженные террористические ячейки».

В Западной Европе мы далеки от любой перспективы войны, но наше желание мира не должно вызывать у нас иллюзии. Если Везувий два тысячелетия спал, то это не означает, что он не может в любой момент начать извергаться. Вот почему дискуссия об истребителях-бомбардировщиках F35 легкомысленна, и она не должна вестись с позиций идеологии. Вопрос не в том, насколько они дорогостоящи, а в том, нужны ли они нам? Оборона нужна не для того, чтобы вести войну, она нужно для того, чтобы не позволить вовлечь себя в войну. У Ирана пока нет атомной бомбы, но он мечтает уничтожить шесть миллионов израильтян, хотя Израиль может ответить с помощью того же оружия. Можно представить себе, насколько конкретной стала бы угроза Ирана, если бы у Израиля не было средств ответить на нее! Оружие и войска необходимы миролюбивым странам, чтобы сдерживать искушение  воинственных стран атаковать их.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.