На саммите НАТО, прошедшем совсем недавно в Бухаресте, было четко видно, что Соединенные Штаты и Западная Европа придерживаются разных подходов к тому, как вести дела с Россией, которую в настоящее время очень часто описывают как ставшую более агрессивной. Идет ли речь об энергетической безопасности Европы, о размещении элементов системы противоракетной обороны в Чехии и Польше или о непрерывном расширении НАТО на восток, о России говорят как о слишком агрессивной и чинящей различные препятствия.

Стремление Москвы к тому, чтобы в планах Запада учитывались национальные интересы России, приписывается якобы не имеющему под собой оснований смещению российской политики в сторону конфронтации, произошедшему во время президентства Владимира Путина. Тот факт, что Путин, сделав новым президентом Дмитрия Медведева, станет необычайно влиятельным премьер-министром, воспринимается как свидетельство отката России к ее недемократическому прошлому.

Однако ужесточение позиции России следует считать неизбежной реакцией на агрессивный унилатерализм Америки. В прошлом году в Мюнхене Путин произнес жесткую речь, назвав безостановочное расширение НАТО "серьезной провокацией". Размещение в Центральной Европе системы противоракетной обороны, предназначенной для защиты от выдуманных угроз со стороны стран-изгоев, таких как Иран, по его словам, осуществляется в целях окружения его страны. В Бухаресте его высказывания были мягче, однако он твердо высказался против присоединения Украины и Грузии к Плану действий по подготовке к членству в НАТО, который откроет для этих стран двери в альянс. Предлагая помощь в транзите невоенных грузов НАТО в Афганистан, он пояснил, что он преследует соблюдение национальных интересов России.

Не отличающаяся агрессивностью российская дипломатия после окончания "холодной войны" стремилась к достижению согласия с НАТО. В середине 1990-х годов, когда я был послом Пакистана в ельцинской России, Москва стремилась ограничить расширение НАТО посредством дипломатии. Подписывая Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности Россия-НАТО, Москва дала понять, что она не будет возражать против расширения НАТО, если альянс не будет нарушать установленные ею границы, в частности, не будет "посягать" на Украину и Белоруссию.

Вскоре после моего отъезда из Москвы Польша, Венгрия и Чехия стали членами НАТО. Польша и Чехия отчаянно стремились обрести то европейское наследие, которое было ими утеряно в результате заключения Ялтинских соглашений о послевоенном устройстве Европы. В 2004 году в альянс вступили еще семь стран. Это было качественно иным событием, так как на этот раз в НАТО вступили не только бывшие союзники Советского Союза по Организации Варшавского договора, но и три прибалтийские республики, входившие в прошлом в состав СССР.

"Цветные революции" на Украине и в Грузии подлили масла в огонь напряженного соперничества между Востоком и Западом. Во внутренней политике Украины и в меньшей степени Грузии существуют разногласия по поводу перспектив "вестернизации", к которой относится и вероятное вступление в НАТО. Будучи ключевой исторической державой, относящейся одновременно и к Западной, и к Восточной Европе, Германия ожидает, что при обсуждении вопросов, затрагивающих Балканы и Россию, к ее мнению будут прислушиваться. На бухарестском саммите канцлер Ангела Меркель ясно дала понять, что Германия признает опасения России в отношении вступления в НАТО Украины и Грузии. Франция и Италия, судя по всему, в общем согласны с ней.

Однако для президента Буша, судя по всему, присоединение Украины и Грузии к Плану действий по подготовке к членству в НАТО имело такую же важность, как и принуждение союзников по НАТО направить в Афганистан дополнительные войска. Президент Грузии Михаил Саакашвили заявил, что решение об отказе в присоединении Грузии и Украины к Плану действий равноценно потаканию Москве. Прозападный президент Украины Виктор Ющенко вынужден противостоять сильным пророссийским настроениям, царящим в восточной половине его страны. В данном плане у Украины больше проблем, чем у Грузии, хотя их конечные цели совпадают.

Владимир Путин смог упредить инициативу Буша, по крайней мере на данный момент, не повышая тон своих высказываний, так как Бушу не удалось привлечь на свою сторону основные европейские державы. В прошлом Россия была унижена и растоптана шоковой терапией, прописанной ей международными финансовыми организациями. Путин восстановил структуру власти, усмирив олигархов, связанных с интересами Запада и воспользовавшись ростом цен на нефть для восстановления экономики страны. Государства Западной Европы, несомненно, не хотят рисковать и портить свои отношения с возрождающейся Россией.

Расширение НАТО на восток имеет некоторые последствия и для каспийского региона, ставшего новым центром "большой игры". Однако борьбу за определение смысла своего существования альянс ведет все-таки в Афганистане. На саммите в Бухаресте был достигнут определенный консенсус по войне в Афганистане, и его главным элементом стала готовность Франции возобновить свое участие в военной деятельности НАТО после долгого перерыва, направив в Афганистан 800 военнослужащих. Однако маловероятно, что нынешний контингент, численность которого достигла 60000 военнослужащих, способен довести эту войну до конца. Афганский конфликт может продолжаться еще долгое время, что будет иметь серьезные последствия и для Пакистана.

НАТО играет важную роль в стабилизации ситуации на Балканах, однако ее амбициозные цели в других регионах могут оказаться невыполненными. Китай уже совсем не такой, каким он был в эпоху Даллеса. И Россия, и Китай заинтересованы в том, чтобы Запад не имел монополистического влияния на каспийский регион. Помимо уже известных расхождений во внешней политике и в политике в сфере обеспечения безопасности, имеющихся у Европейского Союза и Америки, могут возникнуть противоречия между европейскими экономическими императивами и "идеологическим" фактором американской политики, который льет воду на мельницу воинствующих радикальных исламистов к большому недовольству правящих элит региона.

Генри Киссинджер справедливо заметил, что центр реальной власти смещается в Тихий и Индийский океаны. Политические процессы, происходящие в Индии, приведут к тому, что она превратится в нечто большее, чем в суррогатный эквивалент западных держав. Пока Соединенные Штаты ведут обходящуюся им в триллионы долларов войну на Ближнем Востоке, в Латинской Америке набирают силу левые режимы.

Из-за постоянного ослабления "мягкого влияния" Америки Запад теряет свои позиции по всему миру. Следующий саммит НАТО может пройти не под знаком американского унилатерализма, а в обстановке осознания того факта, что мир проделал уже довольно большой путь по направлению к эффективной многополярности.

____________________________________________________________

Перекраивая 'карту действий по членству' в Европе ("The Economist", Великобритания)

Путин разрушил веру Украины и Грузии в "западную фею" ("The International Herald Tribune", США)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.