Автор материала - Паскаль Бонифас является руководителем Института международных и стратегических отношений (Iris) в Париже.

В то время, как Соединенные Штаты обвиняют Северную Корею и Иран в реализации секретных ядерных программ, американские стратеги продолжают энергично работать над своим собственным ядерным оружием. Оно должно стать более точным, наносить меньший побочный ущерб и надежно разрушать подземные бункеры и военные арсеналы. Были времена, когда в США собирались сокращать военные расходы и подчеркивали принципиальную разницу между обычными и ядерными видами вооружений. Сегодня многие считают так: чем менее четкой является грань между ядерным и обычным вооружениями, тем больший достигается эффект устрашения.

В августе на военной базе в штате Небраска состоялась рабочая конференция, организованная Стратегическим командованием США, отвечающим за ядерное оружие. Темой конференции была проблема разработки и приобретения следующего поколения ядерного оружия. На конференцию были приглашены 150 высокопоставленных специалистов, в том числе члены правительства, представители трех ведущих в области ядерных исследований институтов (Los Alamos, Sandia, Lawrence Livermore), высокопоставленные офицеры Военно-воздушных сил и Стратегического командования США, представители промышленности, а также военные эксперты. Депутаты Конгресса допущены не были.

Темой конференции была программа диверсификации ядерных вариантов. Американские военные стратеги мечтают о высокоточном оружии с малой радиоактивностью, способном разрушать сильно заглубленные бункеры и склады оружия. До сегодняшнего дня Пентагон мог только засекать ракетные арсеналы и бомбардировочный воздушный флот в странах, способных представлять угрозу для безопасности Соединенных Штатов. Однако с недавних пор интерес военных стратегов вызывают также подземные командные пункты и стартовые позиции оружия массового уничтожения. Они уже засекли более 1 400 объектов такого рода - в 70 странах. Если во время «холодной войны» главную опасность представляло собой советское ядерное оружие, то теперь это бункеры «диктаторов», вгоняющих в холодный пот военных политиков США.

Проблема заключается лишь в том, как уменьшить побочный ущерб в случае нанесения по таким объектам ядерных ударов. Иными словами, в Вооруженных силах США стремятся иметь новые виды ракетных систем, которые бы, как это формулирует Кит Пейн (Keith Payn), «повышали наши возможности отказываться от нанесения ударов за счет устрашения». Бывший госсекретарь Министерства обороны, работающий с мая 2003 года в Национальном институте государственной политики, придерживается точки зрения, что «наличие такого оружия может удержать потенциального противника от строительства подземных объектов».

Впрочем, это было бы первым прецедентом, когда бы страна строила планы наращивания вооружений, направленные на то, чтобы удерживать от наращивания военных усилий. История военной стратегии учит, прежде всего, одному: такие надежды несли всегда разочарование. Ускоренное наращивание вооружений Соединенными Штатами, что рассматривается более слабыми странами как свидетельство агрессивности, вынуждает потенциальных противников почти автоматически предпринимать более масштабные усилия по наращиванию вооружений с целью ликвидации отставания в этой сфере.

Кит Пейн в своих представлениях не одинок. Представитель Пентагона Майкл Шеверс (Michael Shavers) считает, что Вашингтон в условиях, когда появились новые угрозы, должен адаптировать свою ядерную стратегию к ситуации. Заодно с ним руководитель Исследовательского института Sandia Пол Робинсон (Paul Robinson): чем менее четкой является грань между ядерным и обычными видами вооружений, тем более сильным является эффект устрашения. Новая стратегия должна также предусматривать комбинированное применение обычного и ядерного оружия для нанесения превентивных военных ударов и для проведения штрафных акций.

Кажется, давно позабыто, что Джордж Буш (George Bush) однажды очень активно выступал за одностороннее сокращение американского ядерного арсенала. «Оружие, в котором мы больше не нуждаемся, - заявил он 23-го мая 2000 года во время избирательной кампании. - Это дорогой пережиток конфликтов, которые уже преодолены».

В американских ядерных лабораториях, где до недавнего времени опасались, что придется отказаться от некоторых исследовательских программ, новые планы Пентагона вызывают настоящий восторг. Напротив, беспокойство проявляют сторонники разоружения, которые, разумеется, уже давно больше не имеют веса в Вашингтоне.

Намечающиеся контуры ядерной стратегии, конечно, не представляют собой ничего неожиданного. Еще президент Клинтон (Clinton) в сентябре 1996 года пересмотрел данное в 1978 году в президентском указе обещание не применять ядерное оружие против неядерных государств. В январе 2002 года министр обороны США Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) представил Конгрессу «Обзор состояния дел в ядерной сфере», касающийся американской ядерной политики. Авторы этого документа выступают с позиции новых соображений стратегического характера за обновление ядерного арсенала США. Соединенные Штаты, приводится в качестве обоснования тезис, должны настроить себя на то, что им придется сталкиваться с самыми неожиданными и непредсказуемыми угрозами. В имеющемся арсенале, по оценке Пентагона, особенно не хватает таких видов вооружений, которые бы обладали достаточной точностью и пробивной силой для уничтожения подземных объектов.

Поэтому неизбежным становится закупка новой военной техники, которая была бы способна уничтожать заглубленные цели при нанесении минимального «побочного ущерба». В докладе перечисляются 1 400 подземных объектов, которые могут служить целью и быть уничтожены путем нанесения проникающего удара обычными системами вооружений. С тем, чтобы обеспечить будущую готовность имеющихся систем дальнего радиуса действия и разработку новых ядерных боеголовок, лучшим способом, говорится в докладе, является возобновление ядерных испытаний.

Поскольку уже достаточно давно не существует сильного противника в лице Советов, ответственным лицам из Пентагона для оправдания своих новых планов понадобилась замена. В докладе были названы семь стран, против которых могло бы быть применено новое поколение тактического ядерного оружия: Россия, Китай, Ирак, Иран, Северная Корея, Ливия и Сирия.

Известный сторонник разоружения Джонатан Шелл (Jonathan Schell) приходит в связи с этим к заключению: «Новая политика Буша (Bush) исходит однозначно из того, что распространение ядерного оружия лучше всего предотвращать не путем подписания договоров, а нанесением удара». Подобная стратегия вызывает тревогу, и происходит это по трем причинам. Во-первых, под большой вопрос ставится классическая доктрина устрашения, вместо этого делается ставка на эффект неожиданного превентивного удара. Во-вторых, она разрушает и без того шаткий механизм контроля над вооружениями. И, в-третьих, она, как ни парадоксально, дает толчок распространению ядерного оружия.

Попытки уравнивать ядерное оружие и обычные виды вооружений и соответственно одинаково применять их, не является новым явлением. С самого начала в этом плане существовали две разные концепции. Сторонники политического подхода постоянно подчеркивали, что особенностью ядерного оружия как раз и является его возможное воздействие, способное так устрашать противника, что это делает излишним применение такого оружия. Оппоненты видели в нем всего лишь особо эффективное оружие и не хотели исключать возможность его применения.

В 50-е годы ядерный потенциал США был важен для администрации Эйзенхауэра (Eisenhower) по той причине, что он являлся «противовесом» превосходству Советов в области обычных вооружений. Ядерное оружие, как тогда представляли, «может наделать больше шума за меньшие деньги». На это была нацелена «стратегия гибкого реагирования» 60-х годов, предусматривавшая без всяких «но» применение тактического ядерного оружия. Нейтронная бомба, о которой одно время говорили в 80-е годы, но которая так и не преодолела этап планирования, тоже была разработана для реального военного применения. И хотя в ходе дискуссии в США политические и военные аспекты применения ядерного оружия строго друг другу не противопоставлялись (в отличие от французской доктрины сильного удара), администрация Вашингтона никогда не замышляла применение ядерного оружия первой.

Что подразумевается под устрашением? Устрашение - это очевидная угроза применения ядерного оружия, способного нанести необратимый ущерб безопасности с целью удержать потенциального противника от применения обычного или ядерного оружия. Понятие устрашение, таким образом, неразделимо связано с возможностью нанесения первого ядерного удара. Принцип «никогда первым», предусматривающий применение ядерного оружия только в качестве ответного удара, последовательно отвергают представители политики устрашения. США, как и Франция, хотели своей политикой устрашения предотвратить также нанесение Советским Союзом удара с использованием обычных видов вооружения.

Между тем, иным был подход к неядерным государствам. Еще в 1978 году Вашингтон взял на себя обязательство не применять ядерное оружие против стран, которые им не обладают. Когда в 1994 году продлевался Договор о нераспространении ядерного оружия, подписанный в 1968 году, пять официально признанных ядерных держав подтвердили это обещание. При этом речь шла в известной мере об уступке в отношении неядерных государств, которые взамен отказались от обладания ядерным оружием. Соединенные Штаты своими новыми планами в области вооружений ставят эти договоренности под большой вопрос.

Хуже того, новая военная доктрина открывает Вашингтону не только возможность применять ядерное оружие против неядерных государств, но и против страны, которая вообще не нападала на Соединенные Штаты. Согласно этой доктрине, достаточно того, что США видят угрозу своей безопасности, чтобы считать «превентивный удар» оправданным, хотя это и не отвечает условиям применения принципа самообороны, прописанным в статье 51 Хартии ООН. Война в Ираке была бы скоротечнее и имела бы менее печальные результаты, если бы в самом начале конфликта удалось уничтожить в своем бункере с помощью высокоточного ядерного оружия Саддама Хусейна (Saddam Hussein), аргументируют сторонники изменения доктрины. Подобные суждения, впрочем, можно было слышать еще после окончания первой войны в Персидском заливе в 1990-1991 годах.

Практическое уравнивание ядерного и обычного видов вооружений было до сих пор из добрых побуждений табу. После снятия табу нынешние Стрейнджлавы из Вашингтона рискуют тем, что атомная бомба действительно будет приведена в действие. Они что же надеются, что способны разрешить совершенно запутанный ближневосточный конфликт с помощью одной ядерной мини-бомбы? Не нужно быть военным экспертом, чтобы забеспокоиться, зная о такой перспективе, даже если не думать об опасности «промаха».

6-го августа этого года исполнилось 58 лет со времени атомной бомбардировки Хиросимы. По этому поводу мэр города Тадатоши Акиба (Tadatoshi Akiba) заявил, что Договору о запрещении ядерного оружия грозит крах не позиция Северной Кореи, а, прежде всего, ядерная политика Соединенных Штатов. Действительно, планы Вашингтона способны превратить существующий последние десять лет запрет на любые исследовательские работы в сфере ядерного оружия мощностью не менее пяти килотонн в макулатуру. Соединенные Штаты, судя по всему, мечтают о политике превентивного ядерного удара, предусматривающей такие же основания для применения ядерного оружия, как и имевшая прецедент в Ираке политика «необходимой превентивной обороны» с применением обычных вооружений.

Далее встает вопрос, не означает ли развитие нового поколения ядерного оружия отказ от моратория на испытания атомного оружия, от проведения которых США отказались в 1992 году. В настоящий момент речи об этом не идет. Вашингтон, в частности, так и не подписал соглашение от 1995 года о прекращении испытаний, хотя концепция «контроля над вооружениями» является изобретением США.

Переговоры об ограничении вооружений в 60-е и 70-е годы были реакцией на вызывающую все большую обеспокоенность гонку вооружений. Она дестабилизировала стратегическую ситуацию, была разорительной в финансовом отношении. Эти переговоры имели целью, отнюдь, не прекращение гонки вооружений, а всего лишь упорядочение ее путем заключения двухсторонних соглашений (ОСВ-1, ОСВ-2). Обе сверхдержавы продолжали наращивать военные арсеналы и в 80-е годы, пусть и не такими темпами, как раньше. Затем, в начале 90-х годов, перешли от ограничения вооружений к разоружению: ракеты среднего радиуса действия были с вооружения сняты, сокращено количество стратегического оружия (соглашение СНВ). Химическое оружие было запрещено вообще, а в Европе сокращены обычные вооруженные силы.

Во второй половине 90-х годов с разоруженческими настроениями в США было покончено. Американцы отказались подписывать соглашение о запрещении испытаний и заявили о выходе из Договора по ПРО от 1972 года о системах противоракетной обороны. Они отказались от запрета на применение противопехотных мин и воспротивились подписанию дополнительного протокола к Конвенции о запрещении бактериологического оружия, накладывавшего на них международно-правовые обязательства.

Таким образом Вашингтон пытается снять с себя все прежние обязательства, а новые пока и вовсе на себя не брать, но одновременно он ожидает иного от других стран. Разоружение, тем самым, уже не предмет переговоров, а принцип, который навязывается более слабому или побежденному более сильным.

Соединенные Штаты, как и международное сообщество, всегда закрывали глаза не просто на потенциальную, но и в высшей степени реальную ядерную программу Израиля. В то же время не один год, после ядерных испытаний в 1998 году, оказывается давление на Индию и Пакистан с тем, чтобы те заморозили свои ядерные программы. Впрочем, три названных государства не нарушают никаких обещаний, так как они никогда не подписывали Договор о запрещении ядерного оружия.

Таким образом, американские планы в области вооружений не в состоянии помешать распространению ядерного оружия. Они, наоборот, дают толчок этому. Война в Ираке и новая военная доктрина США могут привести потенциальные ядерные государства лишь к одному выводу: лучше сделать все возможное, чтобы защитить себя от военных ударов со стороны американцев и иметь возможность принятия собственных мер возмездия, чем честно придерживаться однажды данному обещанию, не добиваться оружия массового уничтожения.

Северная Корея официально не исключила, что обладает ядерным оружием, она же отвергает всякую возможность международного контроля - и Соединенные Штаты реагируют на это дипломатическими средствами. Ирак оспаривает наличие у него ядерного оружия, был согласен на неограниченный контроль и стал, как известно, целью военной интервенции. В 2005 году должна состояться конференция по пересмотру Договора о запрещении ядерного оружия. Спокойной она, видимо, не будет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.