1 июня Госдепартамент опубликовал результаты обмена данными об американских и российских стратегических ядерных вооружениях, чего требуют условия договора СНВ-3. Они убедительно доказывают достоверность того, о чем скептики говорили долгие месяцы: этот договор ничего не дает США в плане численного сокращения российских ядерных сил.

Навязывая этот договор Сенату и американскому народу, администрация Обамы утверждала, что новый СНВ даст огромные преимущества, поскольку  количество российских и американских стратегических ядерных боезарядов будет сокращено на 30% - с 2200 до 1550 боеголовок с каждой стороны. Он также накладывал ограничения на максимальное число развернутых пусковых установок Америки и России в количестве 700 единиц с каждой стороны (ракеты и бомбардировщики). Согласно условиям договора, стороны к 2018 году должны оказаться на этом количественном уровне или ниже его. Но хитрость здесь (и это, несомненно, вызывает веселье в Москве) заключается в ставшем теперь неоспоримым факте: по условиям договора реальные сокращения должны осуществлять только Соединенные Штаты.

По состоянию на 5 февраля, когда договор вступил в силу, Россия уже находилась ниже пороговых значений договора как по количеству развернутых пусковых установок стратегического ядерного оружия, так и по числу боезарядов. В первый день после вступления договора в силу у России была 521 пусковая установка, что намного ниже установленного соглашением потолка в 700 единиц. А количество подотчетных боезарядов составляло 1537, то есть, ниже действующего порогового значения в 1550 единиц. Вместо того, чтобы сокращать свои силы, Москве надо теперь наращивать их, дабы достичь новых контрольных значений. По словам российского министра обороны Анатолия Сердюкова, Россия до 2028 года постарается выйти на новые пороговые значения СНВ-3 по стратегическим пусковым установкам. В отличие от России, США придется сокращать свое оружие, включая 25-процентное сокращение по развернутым стратегическим пусковым установкам.

Высокопоставленные члены администрации Обамы долгие месяцы скрывали эту весьма неудобную правду и добились в декабре 2010 года ратификации договора в Сенате. Признать, что российские силы находятся ниже контрольных значений нового СНВ, означало, что сокращения придется проводить только США. А это вызывало вопросы по поводу ценности договора. Это вступило бы в противоречие с популярным утверждением о том, что по условиям нового СНВ от обеих сторон потребуется сократить свои силы на 30%.

На самом деле, не нужно было прилагать больших усилий, чтобы сделать вывод о том, что русским ничего сокращать не нужно. Многочисленные российские представители и комментаторы открыто заявляли еще до ратификации, что Россия уже находится ниже устанавливаемых договором СНВ-3 предельных значений и будет сокращать свои вооружения дальше, выводя из состава стратегического арсенала устаревшие ядерные системы времен холодной войны. Россия уже довольно давно заменяет свои старые вооружения на более новые образцы, и темпы замены не поспевают за деактивацией устаревших систем. Поэтому сокращение численности в российских ядерных силах произошло бы как с новым СНВ, так и без него. Поэтому российские представители радостно замечали, что производить сокращения придется только США.

Госсекретарь Клинтон отрицала этот ставший очевидный факт, когда выступала в сенатском комитете по делам вооруженных сил и заявила, что скептически относящиеся к договору люди, делая такие выводы, «просто совершенно не верят в договоры по контролю вооружений и, на мой взгляд, к сожалению, многое искажают из того, что говорят». Точно так же, когда ушедший ныне в отставку сенатор-республиканец Кит Бонд (Kit Bond), занимавший пост заместителя председателя сенатского комитета по разведке, отметил, что по условиям нового СНВ, сокращения придется проводить только США, Госдепартамент выступил с публичным возражением, заявив: «Договор не заставляет Соединенные Штаты сокращать оружие в одностороннем порядке».

Переговоры - это всегда компромисс. Чтобы что-то получить, надо чем-то пожертвовать, ведь так? Очевидно, не так, когда речь заходит о сокращениях по СНВ-3. Российский военный эксперт Владимир Дворкин признает это открыто: «России не нужно ничего сокращать. Сокращать свои арсеналы придется только США». Ранее он и другой известный российский представитель Алексей Арбатов заметили: «Соединенные Штаты не стремились добиться ликвидации, сокращения или ограничения в любом виде каких бы то ни было вооружений и программ (например, советских или российских тяжелых МБР или ракет мобильного базирования, о которых всегда шла речь на предыдущих переговорах)». Действительно, не стремились. Вот урок, который надо усвоить, когда в следующий раз зазвучат несдержанные заявления о достижениях администрации в вопросах контроля вооружений, а скептиков подвергнут бичеванию. Как говорил Рональд Рейган, «доверяй, но проверяй».

Кейт Пейн – заведующая кафедрой обороны и стратегических исследований университета штата Миссури.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.