Многие оплакивают его смерть, однако большинство сами отняли у него годы жизни. Все они — непосредственные соучастники смерти футболиста.

Спортивные журналисты, политические обозреватели, ведущие ток-шоу и комики. Те, кто готов бросаться из крайности в крайность, от любви к ненависти, скрывают собственную посредственность за ширмой поспешной критики и дискредитации. Они высмеивали его болезни и зависимость, стремясь поднять собственный рейтинг. К таким же людям относятся и коллеги по цеху, товарищи по командам, которые молчали. Они его бросили. Президенты клубов, за которые он выступал, отдавая всего себя каждой игре, просто его игнорировали. Они превратили Диего в раба собственных интересов. В разменную монету.

Диего играл. Играл в мяч. Любой — тряпичный, пластиковый, кожаный или бумажный в вязаном чулке. Однако ему выдалось жить в мире, находящемся на распутье, во времена неолиберализма, когда футбол превратился в пучину спекуляций. Даже мяч получил имя. Диего медлил, однако оказался в эпицентре урагана. Телевидение стало отличным средством массовой информации. Заголовки, интервью, новости.

В 1990 году, когда Марадона выиграл для «Наполи» всё, что только возможно, из-за страсти к игре его объявили вне закона. Ему не смогли простить, что Аргентина разгромила Италию на Чемпионате мира. Власти его преследовали, а команда избегала. ФИФА дисквалифицировала Марадону за употребление наркотиков. Ему пришлось уехать из Италии с женой и дочерями. Семья раскололась.

Путешествие на грани отчаяния и депрессии. Ему было 30 лет. Жизнь рушилась. Поддержали лишь несколько друзей, остальные принялись его ругать. Появился новый Марадона, которого разносили в пух и прах. Желтая пресса нападала на него еще больше. Беспринципные журналисты! Диего попадал на первые полосы всех газет мира за то, что сделал или чего не сделал, сказал или не сказал. Так прошли его вторые 30 лет. Появления и исчезновения. Рецидивы и минуты счастья.

С ним играли, жестоко обращались, его преследовали, пока не загнали в глубокую депрессию. Те, кто еще вчера его высмеивал, сегодня оплакивают кончину. Эти люди — невероятные циники. Они терпеть не могли его политические взгляды, которыми он справедливо гордился. Кубинская революция, поддержка Венесуэлы, просьба о праве выхода к морю для Боливии и защита Лулы да Сильвы. Диего выражал солидарность Кубе и Фиделю, обнимал Чавеса и Мадуро, поддерживал всех народных лидеров.

Среди всех мучений Куба протянула руку помощи. Страна, равнодушная к футболу, понимала величие Марадоны. Куба понимала, как Диего страдает. И вновь журналисты накинулись на него с издевательствами. Что бы он ни делал, жизнь была пропитана разочарованием и непониманием. В интернете, на Ютубе или в Твиттере Диего был легкой добычей для тех, кто мог анонимно выставлять его монстром. Абсолютно никто не относился к нему с той человечностью, которую все проявляют сейчас. Над ним издевались, пока Диего не сломался.

Марадона грешил, потому что многочисленные грешники окружили его искушениями. Они осмелились его осуждать и, притворившись непорочными, воздевали руки к небу. Невероятно известного футболиста правящие элиты невероятным образом использовали для того, чтобы сколотить состояние.

На Чемпионате мира 1986 года в Мексике его назвали королем футбола, так как он обыграл всех английских соперников, встававших у него на пути, и забил самый красивый гол в истории. Бог помог ему в той же игре. Жертвой стало исчезновение Диего. Чтобы себя защитить, Марадона занял его место. Это был неравный бой.

Диего был заботливым и щедрым другом. Своим парнем с района. Родился в бедном квартале Буэнос-Айреса — в Вилья Флорито, где он был обречен голодать и страдать. Мечтал помогать родителям, братьям и сестрам. Купить дом для семьи и выступать за команду высшей лиги. Диего играл в футбол как бог — даже лучше. Мяч помог ему сбежать от голода и печали. Диего делился радостью, надеждами, фантазиями и красотой. Никогда не бросал тех, кто жил в его районе, представителей своего социального класса. И Диего никогда не молчал. Он осуждал несправедливость, встречался с руководителями, чтобы защитить интересы людей. Поэтому Диего вечно будет жить в своем районе — в памяти всех, кто умел его ценить, наслаждаться его мастерством и разделять его бунт.

Марадона уничтожил Диего. А Марадону уничтожили те, кто его эксплуатировал до последнего дня. Те, кто ничего не знал и не умел, те, кто не знал и хотел не знать.

Все, кроме тех, кто умел одно — любить Диего Марадону.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.