Интервью с фигуристкой Екатериной Кураковой, чемпионкой Польши

TVP Sport: У вас получается тренироваться несмотря на пандемию коронавируса?

Екатерина Куракова: Да, я три раза в неделю занимаюсь с тренером Брайаном Орсером (Brian Orser) из Канады, связываясь с ним при помощи программы Zoom, которой сейчас, пожалуй, пользуются все спортсмены. Кроме того, я каждый день в течение трех-четырех часов тренируюсь сама: бегаю, делаю упражнению на растяжку мышц и прыжки. Я не могу сейчас кататься на коньках, поэтому важно не забыть, как прыгать Мне бы хотелось вернуться на лед, коньки — вся моя жизнь. Сейчас мне 17 лет, 13 из них я занимаюсь фигурным катанием.

— Прыжки без коньков, это возможно?

— Да, я делаю даже четверные! Конечно, это совсем не то, потому что на ногах нет коньков, но делать прыжки на полу тоже здорово.

— Как это выглядит?

— Сейчас я вам покажу. Просто стоите, а потом подпрыгиваете.

— Сколько повторов вы делаете?

— Сложно сказать, думаю, 40-50 таких прыжков в день.

— А если вместо обычных коньков надеть роликовые?

— Нет, я никогда не пробовала кататься на роликах, у меня их нет. Я боюсь, что если бы я начала ездить на роликах, а потом вышла на лед, это было бы очень странное ощущение.

— Где вы сейчас находитесь?

— В России, с семьей. У меня есть квартира в Москве, но сейчас я за городом. Обычно я тренируюсь с Брайаном Орсером в Канаде, но теперь, как и все остальные спортсмены, мы вынуждены проводить тренировки в онлайн режиме.

— Значит, ограничительные меры вас затронули?

— Я могу тренироваться только дома, все закрыто, запрещено даже выходить на прогулки.

— Вы россиянка, но выступаете за Польшу. Как так произошло?

— Я два раза ездила на соревнования в Польшу и победила там. Я знала, что вам нужны хорошие фигуристки. Можно провести такое сравнение: если врач хочет работать, но в одной больнице вакансий нет, он устраивается в другую. Для меня было важно выступать, мне хотелось ездить на чемпионаты Европы, мира. В России очень много фигуристок, выполняющих сложные прыжки, а в Польше их нет. Я знала, что могу стать такой фигуристкой для Польши, представлять эту страну, а та сможет мной гордиться. Я очень люблю большую аудиторию, все на меня смотрят, я улыбаюсь. Это очень приятно.

— Кто-нибудь возражал против вашего решения? Многие могли сказать, что вы решили выступать за Польшу, потому что вам не хватило места в команде России.

— Нет, такого не было. Конечно, в России не хотели, чтобы я представляла Польшу, ведь я хорошая фигуристка, я выполняю сложные прыжки, например, каскад «три плюс три», а сейчас работаю над четверным. В России моим уходом довольны не были. Я очень благодарна Мареку Калишеку (Marek Kaliszek) и Сильвии Новак-Трембацкой (Sylwia Nowak-Trębacka), они мне очень помогли.

— Вы не опасались, что если у вас что-то не получится, то вы не сможете ни представлять Польшу, ни снова выступать за Россию?

— Нет, я размышляла так: или я буду выступать за Польшу, или никакого фигурного катания. Не было и речи о том, чтобы вернуться в Россию и выступать, как раньше. Или Польша, или ничего.

— Чем вас привлекла наша страна?

— Прежде всего меня очаровали города. Торунь восхитителен. Все прекрасно ко мне относились, старались помочь. Я чувствовала, что мы можем стать одной семьей.

— Вы свободно говорите по-польски. Как долго вы учили язык?

— У меня были проблемы с визой, я не могла уехать в Канаду тренироваться. Я долго ждала оформления разрешения на пребывание, а затем паспорта. В Польше я пробыла восемь месяцев. Я старалась научиться что-то понимать, но сама не говорила. В конце концов я прилетела в Канаду, а там оказалось, что наш массажист — поляк. Когда я пришла к нему в первый раз, мы разговаривали на английском, потом он спросил, за какую страну я выступаю. Я ответила. А он мне: «Да ты что, за Польшу?» Мы начали разговаривать по-польски. Кроме того, я много занималась сама. В Канаде, когда у меня не было уроков, я отправлялась утром перед тренировкой в «Старбакс» и зубрила слова.

— Вы на соревнованиях, побеждает фигуристка из России, звучит российский гимн… Можно почувствовать себя странно.

— Нет-нет, я не сказала России «до свидания». Это моя родина, у меня два паспорта, польский и российский. Всему, что я сейчас умею, я обязана российским тренерам. Я горжусь, что у меня русский характер. Если у меня на тренировке что-то не получается, я буду повторять, повторять и повторять, пока не получится.

— Фигуристки-одиночницы эгоистки?

— Нет, я не эгоистка, одиночнице в обычной жизни вовсе не обязательно быть эгоисткой.

— Как выглядят отношения между ними?

— На соревнованиях? Нельзя сказать, что мы одна большая семья. Я всегда стараюсь быть приветливой, вежливой. Я не обнимаюсь со всеми подряд, но по крайней мере здороваюсь. Так делают не все. Некоторые девушки смахнут волосы с лица и пройдут мимо, так бывает. Конечно, на соревнованиях коньки нужно держать при себе, а то кто-нибудь может сделать что-нибудь неприятное. Это не так, что мы все такие милые и улыбающиеся, на соревнованиях обстановка другая.

— Вам портили коньки?

— Со мной такого не случалось, но я знаю, что такие ситуации бывают. То же самое с платьем, его могут изрезать ножницами. Все вещи даже на разминке я стараюсь держать при себе.

— Психическое состояние перед стартом, какое оно?

— Перед выступлением я надеваю наушники и стараюсь сконцентрироваться, у меня почти всегда отключен телефон, интернет, я не разговариваю ни с братом, ни с мамой, ни с папой. В такой момент для меня существует только тренер. Прежде чем выйти на лед я произношу свои заклинания.

— У вас встает перед глазами вся программа?

— Накануне перед выступлением я не могу заснуть: закрывая глаза, я вижу прыжки, пируэты. Это очень тяжело в психологическом плане.

— Вы боитесь, что что-то не получится, что вы сорвете прыжок?

— Я не боюсь, но очень волнуюсь, очень. Хуже всего перед короткой программой, потому что в ней нельзя ошибаться. Одна ошибка — и выпадаешь из первой пятерки или десятки. В произвольной программе что-то можно изменить: если не получился один прыжок, можно добавить его в комбинацию с другим.

— Если вы совершаете ошибку, то забываете о ней и едете дальше?

— Да, нужно забыть о ней и делать то, что было изначально задумано. Погружаться в размышления нельзя, даже перед последним элементом. Выступление заканчивается, только когда останавливаешься.

— Тогда вы чувствуете удовлетворение?

— Накатывают эмоции. Можно забыть об ошибках, появляется удивление, как все настолько быстро закончилось. Работаешь два месяца, а короткая программа длится 2 минуты 50 секунд. Столько вкладываешь труда, а выступление проносится в одно мгновение, сложно осознать, что происходит. Уже позднее, спокойно сев, начинаешь анализировать, что получилось, что нет, чего удалось достичь месяцами тренировок. Это долгий процесс, все это долго крутится в голове.

Фигурное катание. Чемпионат мира. Юниоры. Девушки. Короткая программа
— После соревнований у вас перед глазами стоят ваши прыжки, в особенности неудавшиеся?

— Бывает. Однажды после соревнований я еще две недели размышляла, почему некоторые вещи у меня не получились. Однако ошибки — это нормально, невозможно кататься идеально. Они очень важны: ошибка становится дополнительной мотивацией для работы. Я знаю себя. После одного удачного выступления, второго, начинает казаться, что я уже все умею, что я могу меньше трудиться. Но тогда на следующих соревнованиях из-за этой уверенности в себе ошибок становится больше. Для полной концентрации нужно немного стресса, ошибки начинаются от самоуверенности.

— Что самое сложное для фигуристки-одиночницы? Проигрывая, вы остаетесь один на один с собой, в паре хотя бы есть партнер.

— Да, это тяжело. На тренировке я сама могу себя поругать, а потом сама из-за этого расстроиться. В паре есть кто-то, кто за тебя болеет, а фигурист-одиночник делает все только для себя самого.

— Вы переживаете неудачи в одиночестве, а можете ли вы разделить с кем-нибудь радость?

— Да, но если у меня что-нибудь не получилось, кто-то из родных обязательно спросит, почему так вышло. На соревнованиях я одна. Две, три тысячи зрителей, и ты, такая крошечная, стоишь перед ними. Никто тебя не поддерживает, все нужно делать самой.

— Что вас вдохновляет перед выступлением, что помогает выступить как можно лучше?

— Я сморю один веселый сериал, чтобы поднять себе настроение, слушаю одну и ту же музыку. У меня есть свой план, я претворяю его в жизнь. И самое важное: прежде чем выйти на лед, я улыбаюсь и говорю сама себе: «Иди, делай, ты все можешь». И я это делаю.

— На последней Олимпиаде обладательницами золотой и серебряной медалей стали две россиянки: Алина Загитова и Евгения Медведева. Вы себя с ними сравниваете?

— Да, Евгения Медведева тренируется сейчас в Канаде вместе со мной. Это, конечно, здорово. Когда я вижу, что она что-то сделала, а тренер говорит ей «да, вот сейчас отлично», у меня появляется вопрос: «у нее отлично, а у меня?» Я сразу же пытаюсь сделать лучше. Разумеется, это сильная мотивация. Медведева уже поднималась на олимпийский подиум. Я стараюсь превзойти ее, но цель у меня другая: я хочу стать лучше себя сегодняшней, хочу каждый день добиваться какого-то прогресса, пусть небольшого. На каждой тренировке я выкладываюсь не на 100, а на 120%, тогда я знаю, что сделала все, что было в моих силах.

— Вы соревнуетесь на тренировках с Евгенией?

— Ха-ха, да!

— Как выглядят ваши тренировки? Каждая из вас занимается отдельно или у вас есть общие элементы?

— Нет, мы тренируемся самостоятельно, но я наблюдаю, кто что делает. Я смотрю не только на девушек, но и на мужчин. Когда я вижу, что они выполняют четверные прыжки, то думаю, раз они могут, то почему не могла бы я? Это тоже меня мотивирует. Если кто-то говорит, что девушки не могут справиться с прыжками в четыре оборота, то я в таком случае сделаю невозможное.

— Вы упоминали Брайана Орсера. Как в вашей карьере появились этот тренер и Канада?

— За это я должна тоже поблагодарить Марека Калишека и Сильвию Новак-Трембацкую. На чемпионате мира, кажется, 2018 года они показали Брайану запись с моим выступлением. Он сказал: «Да, я хочу тренировать эту девушку». Для меня это была честь. Орсер — лучший тренер одиночниц, а раз он готов со мной работать, значит, я хорошая фигуристка. Я немного переживала, потому что раньше не бывала в Канаде и вдруг мне пришлось лететь на другой конец света.

— Вам пришлось быстро повзрослеть.

— Никаких вечеринок, в кино я могу пойти только в свободный день. Некоторые после тренировок встречаются с друзьями, но у меня нет на это сил. Я знаю, что если после тренировки куда-нибудь отправлюсь, то на следующий день меня будет мучить усталость, у меня не получится работать в полную силу. Я спортсменка, так что самое главное для меня — тренировки. Я вкладываю в них всю свою энергию, такой я сделала выбор.

— Вы о нем не жалеете?

— Разумеется, нет. Никто из моих знакомых, не занимающихся фигурным катанием, не посещает в год по десять стран. Италия, Китай, Канада, Польша… После соревнований я могу пойти на прогулку, посмотреть, как выглядит мир. У меня очень интересная жизнь.

— Какие цели вы перед собой ставите на чемпионате Европы, мира? В Польше чемпионкой вы уже стали.

— Я не думаю о том, что я самая лучшая. Это еще и ответственность. Кто-то мог бы сказать: «Расслабься, ты уже и так хорошо катаешься». Я смотрю на это иначе. Да, я добилась успеха в Польше, но сейчас я думаю о чемпионате Европы и мира, это моя цель, через год я хочу войти в первую европейскую пятерку. Я буду много работать, чтобы так и произошло.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.