Лиза Заикина поворачивается к зеркалу. Длинные каштановые волосы, бережно уложенные щипцами для завивки, волнами спадают на плечи. На лице макияж. Брови подведены по последней московской моде: они черные, толстые и зачесаны вверх.

«Красотка», — констатирует она удовлетворенно.

Ксения Утина, которая ее красила, гордо улыбается.

«Я люблю свою работу за такие моменты, — говорит она. — Когда мои клиенты поворачиваются к зеркалу и говорят: „Неужели это я!" Эмоции. Я люблю это, — она поворачивается к Лизе. — С Лизой почти ничего не надо делать. Все что нужно — это подчеркнуть ее красивые глаза и длинные волосы».

Ксения Утина и Лиза Заикина обсуждают внешность Лизы с очень практичной точки зрения. То, что женщина должна быть красивой, а у красоты — совершенно конкретные критерии, для них само собой разумеется. Пусть Ксения Утина и говорит о чувствах, они с Лизой совершенно не сентиментальны. Они знают, что от женщин ждут определенных вещей, и относятся к этому как к факту, с которым приходится считаться. Главное — использовать эти требования на благо себе.

Красота в России — это капитал. Ее можно использовать, чтобы пробиться куда-то, чтобы стать заметным.

С 2017 по 2019 год оборот на российском рынке косметики вырос с 8,6 до 12,5 миллиардов долларов. В прошлом году эта цифра упала до 11 миллиардов долларов — вероятно, из-за пандемии коронавируса. Но продажа продуктов индустрии красоты в России по-прежнему приносит огромную прибыль. Представление, что женщины должны быть красивыми и ухоженными, очень сильно.

«Мы с приятельницами часто говорим, что нужно держать планку. Поддерживать определенный уровень всю жизнь. Ухаживать за собой. Наращивать ресницы, отращивать длинные ногти. Именно ногти — один из самых важных моментов. Без ногтей ты не привлекательна для мужчин. Во всяком случае, так многие считают», — рассуждает Лиза Заикина.

Ей 32 года, и она работает экономистом в большой компании в Москве. Кроме того, она пишет песни, издает книги по самопомощи и ведет аккаунт в Инстаграме с 20 тысячами подписчиков, где в том числе рекламирует салоны красоты.

Постоянное стремление хорошо выглядеть привело к тому, что салоны красоты в России повсюду. Салон Ксении Утиной расположился в подвальном помещении на юге Москвы. Вывеска не слишком заметная, но клиенты и так знают, куда идти.

Несколько лет назад Ксения Утина сменила профессию, из офисного работника она превратилась в визажиста, как это называется по-русски. Российские визажисты занимаются не только макияжем, они также делают прически и предлагают целый пакет других услуг тем, кому нужна профессиональная помощь, чтобы выглядеть привлекательнее.

«Многие мои клиенты хотят, чтобы им одновременно обработали лицо и волосы. Они часто приходят сюда перед праздниками, свадьбами и тому подобным. Здесь, в Москве, среди визажистов жесткая конкуренция, потому что в интернете полно курсов по макияжу и советов, как и что сделать самому. Но в целом это для нас не такой уж минус. Рынок очень большой, работа находится для всех», — рассказывает Ксения.

В начале пандемии коронавируса она потеряла почти всех клиентов. Но это был лишь временный упадок. Сейчас клиенты вернулись, хотя инфекция в Москве распространяется все так же стремительно — началась третья волна.

Салон красоты занимает почти весь первый этаж в обычном каменном доме в центре Санкт-Петербурга неподалеку от Невы. Там есть все, что только можно себе представить из самых современных процедур.

Несколькими этажами выше находится Европейский институт, где я встречаюсь с профессором социологии Еленой Здравомысловой. Она говорит, что в неолиберальном обществе тело — это ресурс.

«В России мы живем в сексуальной матрице, где и сами женщины, и общество в целом согласно определенным критериям оценивают, какой именно должна быть настоящая женщина. Наше общество одновременно патриархально и неолиберально. И в этом нет никакого противоречия, наоборот, это прекрасно сочетается», — считает Елена Здравомыслова.

Она — доктор социологии и преподаватель, а также занимается исследованиями в Европейском университете. С одной стороны, Здравомыслова подчеркивает, что российский взгляд на женскую красоту не уникален — на западных женщин тоже оказывают давление, требуя от них красоты. Однако Россию выделяет то, что общество подвержено влиянию одновременно и патриархата, и неолиберализма.

«Очень мощный фактор — русская православная церковь. Она ратует за традиционное общество, в котором важнейшая роль женщины — быть хозяйкой дома. В Советском Союзе это было невозможно. Конечно, домохозяйки, которые не вели профессиональную деятельность, существовали и тогда — это были жены номенклатурщиков. Но нормой считалось, когда все работают. И вот возможность избежать труда по найму стала символом свободы. Многие очень этого хотят. А если ты хочешь найти мужчину, который будет тебя содержать, ты должна по-разному вкладываться в то, что может привлечь его внимание».

В то же время в российском обществе очень много сильных неолиберальных течений. Российское государство дисфункционально и слабо. Граждане знают, что ни на какую помощь от него рассчитывать нельзя.

«Рассчитывать можно только на себя. И поэтому, конечно, встает вопрос: а какие у меня есть ресурсы? Для многих внешность — это ресурс. Многие женщины, у которых я беру интервью, так прямо и говорят, что считают тело своим капиталом. Они могут создавать его, улучшать, использовать. В то же время им нужна некая идеология, и консервативная вполне подходит. Российские женщины в общем и целом сильные, они живут под жестким давлением и развивают большую работоспособность. Но сами они любят выглядеть слабыми, хотя на самом деле это просто мечта. Представление о том, что женщина слаба, культивируется патриархальным дискурсом, но это всего лишь символ. Слабой женщины не существует», — констатирует Елена Здравомыслова.

Лиза Заикина пишет в Инстаграме, как она мечтает о сильном мужчине, который смог бы заботиться о ней.

«Надеюсь, я очень скоро встречу настоящего мужчину, который защитит меня. И я стану домохозяйкой, буду заботиться о своем здоровье, рожать детей, выращивать цветы и писать вам красивые песни», — написала Лиза Заикина в прошлом году.

С тех пор ситуация не изменилась. Лиза по-прежнему одна. Когда мы встречаемся на юге Москвы теплым летним вечером, она говорит, что больше всего на свете мечтает выйти замуж и родить детей.

«Поскольку я хорошо выгляжу, вызывать интерес мужчин никогда не составляло для меня труда. Проблема в том, что я им нужна лишь в роли любовницы».

Мы сидим на скамейке в парке около ее дома — советской многоэтажки, где она снимает комнату. Лиза живет в тесноте, как и многие другие молодые приезжие в Москве. Поэтому она не захотела приглашать меня в гости.

«Я несколько раз встречала состоятельных мужчин, которые были готовы купить мне квартиру и содержать меня. Привлекательная внешность в России дает массу преимуществ. Но я не хочу так жить. Я хочу выйти замуж за мужчину, который будет обо мне заботиться и поддерживать меня».

В то же время она согласна с тем, что красота — это капитал.

 

 

«Конечно, внешность — это капитал. Это совершенно очевидно. Мужчины обращают на меня внимание, потому что я выгляжу моложе. В России женщины часто делают пластические операции, из-за чего становятся похожими друг на друга. А если удается выглядеть естественно, найти что-то свое, мужчины на это обращают внимание. Но я хочу найти того, с кем проведу жизнь. В этом красота мне совершенно не помогла».

Лиза Заикина родилась в маленькой деревне в Ивановской области в 250 километрах к северо-востоку от Москвы. Она всегда действовала с железной целеустремленностью, пробиваясь вперед.

«Я каждый год была лучшей студенткой на своем курсе на факультете экономики в Гавриловом Посаде. На третьем курсе я получила большую стипендию, которую выдают только лучшим студентам».

В России займов на учебу не выдают. Студент должен сам оплачивать все расходы. Лишь лучшие студенты с высочайшими оценками на всех экзаменах получают государственные стипендии.

«После института я переехала в Москву, где тут же нашла работу. Я всегда интересовалась кадровой политикой и решила параллельно с работой учиться, чтобы повысить квалификацию. Курсы были платные, так что мне пришлось откладывать на них часть зарплаты».

Лиза Заикина отучилась на курсах по управлению и менеджменту при престижном Московском государственном университете. После этого она изучала международные отношения в МГИМО, где получают дипломатическое образование дети многих представителей российской политической элиты (например, там училась политик и кандидат в президенты 2018 года Ксения Собчак).

Для человека с амбициями, такого как Лиза, красота — это в первую очередь способ куда-то пробиться. Она стремится к успеху в учебе, на работе, в личной жизни. Этого легче добиться, если люди обращают на тебя внимание.

«Я родилась красивой. И всегда этим пользовалась. Это всегда помогало, даже когда я училась. Речь не идет о том, чтобы всегда угождать мужчинам. У меня была, например, и преподавательница, которая относилась ко мне лучше, потому что я следила за собой. Она считала, что красивая девушка, которая старается и делает действительно все, чтобы добиться успеха, вполне заслуживает пятерку (в России пятерка — высшая оценка)».

В то же время Лиза подчеркивает, что человек, само собой, должен знать свое дело.

«Я платила репетиторам, чтобы они помогали мне в учебе, я действительно хотела быть лучшей. И надо признать, что привлекательная внешность связана и с некоторыми неудобствами.

Несколько раз случалось, что мои начальники хотели со мной встречаться. Это раздражает. Я хорошо справляюсь со своей работой и делаю все, что нужно, но этого недостаточно. Вдобавок они хотят, чтобы у нас были отношения. И так повсюду, даже в больших, серьезных компаниях».

Когда к Лизе впервые стал приставать начальник, она была в шоке. Но сейчас она относится к этому как к реальности, с которой приходится считаться.

«Я интересуюсь политикой и раньше ходила послушать дебаты круглого стола, которые проводятся в Думе. Затем я попыталась найти там работу. Но когда я пришла на собеседование, со мной говорили совсем не о работе. Они говорили о том, кто с кем спит и с кем было бы выгодно переспать мне».

Лиза отказалась от планов сделать политическую карьеру.

По мнению социолога Елены Здравомысловой, культ красоты — это на самом деле поклонение молодости.

«Это культ молодости. И он тесно связан с обществом потребления. Когда ты выглядишь моложе, чем есть, ты посылаешь сигнал вовне: я в хорошей форме. У меня хорошая дисциплина. Я забочусь о себе. Это касается не только женщин, я знаю и мужчин, которые красят волосы, потому что без седины легче найти работу».

Но Здравомыслова утверждает, что на женщин по-прежнему оказывается гораздо более мощное давление. Отчасти это связано с тем, что они сами усвоили такой идеал красоты.

«Женщинам важнее выглядеть моложе. Люди, в том числе и сами женщины, более открыто говорят о том, что женщины должны стремиться к определенным идеалам. Общество по-прежнему гораздо строже судит женскую внешность, чем мужскую. Но сейчас мужчины и женщины в этом отношении сближаются».

Российская феминистка-активистка Алена Попова проводит кампанию против насилия в отношении женщин и руководит организацией «Ты не одна», созданной для женщин, оказавшихся в уязвимом положении. Она — одна из немногих общественных деятельниц в России, открыто называющих себя феминистками, — это слово до сих пор вызывает в стране негативные эмоции.

По словам Поповой, идеал внешности в России сейчас меняется. Женщины помоложе больше не хотят выглядеть как куклы.

«Недавно я пришла в парикмахерскую с дочерью, ей 15 лет. Она хотела мальчишескую прическу, что очень возмутило парикмахера. Она сказала мне: вы же мать, вы что, не понимаете, что ваша дочь хочет подстричься под мальчика? Маша хочет быть оригинальной, а женщины моего поколения, те, кому за 35, часто имеют очень традиционный взгляд на красоту», — рассказывает Попова.

По ее словам, молодые российские женщины свободнее относятся к понятию красоты.

«Они хотят самовыражаться. А мое поколение считает, что красота зажата в очень строгие традиционные рамки. Высокие каблуки, длинные волосы, юбка. Я сама предпочитаю ходить в джинсах и кроссовках, но вот осенью планирую баллотироваться в Думу. Это значит, что мне придется выглядеть определенным образом, мы с моими политтехнологами провели исследования. Факт в том, что, если я приспособлюсь к общепринятым представлениям, как следует выглядеть женщине, избиратели проникнутся ко мне большим доверием».

Хотя для Лизы Заикиной внешность важна, в последние годы она стала больше себе разрешать. Она заложила в свой месячный бюджет около 10 000 рублей на косметику и уход за кожей и волосами. По московским меркам это довольно скромно.

«Я больше не трачу огромные суммы на самые красивые ногти. Я перестала отбеливать зубы. Когда я была моложе, я это делала, а сейчас вижу, что зубы от этого портятся. Если я по утрам спешу, я не крашусь, как раньше. На работе важнее то, что я делаю, а не как я выгляжу».

Однако в Москве, если ты придешь без макияжа на работу, на это обратят внимание.

«Начальство и коллеги тут же высказываются. Говорят, что я должна краситься. А однажды мой парень сказал, что у меня толстый живот, хотя я очень худая. Попадались парни, которые спрашивали, почему я не увеличу грудь или не наращу волосы. Они постоянно напоминают, что мы должны делать больше. И проблема в том, что мы с этим соглашаемся. Сама я даже не разговариваю с мужчинами, которые заявляют, что я должна что-то изменить в своей внешности. Вот почему я до сих пор одна».

Российские женщины лучше образованы, чем мужчины

Российские женщины более образованы, чем мужчины. 37% российских женщин и 29% российских мужчин имеют высшее образование.

53% российских женщин и 68% мужчин работают по найму.

Зарплата женщин в России в среднем на 30% ниже, чем у мужчин.

В 2007 году в стране ввели так называемый «материнский капитал». Это сумма, которая единоразово выплачивается за каждого ребенка. Сегодня она составляет примерно 65 000 крон (453 000 рублей), и ее можно потратить на три цели: улучшение условий жизни ребенка (ипотека или ремонт), оплата образования ребенка или пенсия матери.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.