У политики наводнений в Германии интересная история, которая вполне может повториться. Сегодня утром (в пятницу, 16 июля — прим.ред.) официальное число погибших увеличилось до 93, а 1300 человек до сих пор числятся пропавшими без вести в западном районе страны Арвайлере. Это, без сомнения, самое ужасное стихийное бедствие из всех, что случались в Германии на памяти живущих.

Пока что не стоит делать поспешных выводов по поводу его влияния на политику. Возможно, оно сыграет на руку «Зеленым», поскольку климатические изменения вернулись на политическую повестку дня. Исторически обычно складывалось так, что от наводнений выигрывали действующие правительства.

В 1962 году из-за огромного шторма, прошедшего над Северным морем, прорвало плотины и затопило Гамбург. Население никто не предупредил, потому телефонные линии были повреждены, а власти недооценили вероятность того, что шторм на Северном море как-то заденет Гамбург, расположенный в 60 километрах от побережья.

Наводнение способствовало политическому подъему Гельмута Шмидта (Helmut Schmidt), который в то время был сенатором Гамбурга по внутренним делам и вопросам безопасности. Стараясь справиться с катастрофой, Шмидт нарушил конституционный закон, приказав вооруженным силам страны помочь с ликвидацией последствий шторма. Также он задействовал силы США. Когда наводнение обрушилось на низины вокруг Эльбы, в Гамбурге погибло 315 человек. Но спасательные операции прошли чрезвычайно успешно. 13 лет спустя Шмидт был канцлером Германии и оставался одним из самых уважаемых немецких политиков до самой смерти в 2015 году. 

В августе 2002 года северная и восточная Германия пострадали от того, что было преждевременно названо наводнением века, когда реки Эльба и Одер вышли из берегов и затопили прилегающие районы. Одна небольшая деревня в восточной Германии полностью исчезла.

Как и сейчас, 2002 год был годом выборов, запланированных на сентябрь. К началу августа Герхард Шрёдер, который только-только закончил свой первый срок в роли канцлера, согласно опросам, отставал по рейтингу поддержки от Эдмунда Штойбера (Edmund Stoiber), премьера Баварии и кандидата в канцлеры от ХДС / ХСС. Когда разбушевалось наводнение, Шрёдер бросил свою кампанию, надел сапоги и тут же взял на себя ответственность за операции по ликвидации последствий стихийного бедствия.

Штойберу же потребовалось несколько дней только на то, чтобы вообще приехать в пострадавшие районы. Абсолютное влияние этой ситуации на избирателей было, может, и небольшим, но его оказалось достаточно, чтобы коалиция Шрёдера вырвалась вперед. Красно-зеленый альянс выиграл выборы с перевесом в три места.

Эти истории стали частью фольклора современной немецкой политики. Когда Армин Лашет (Armin Laschet) услышал о масштабах наводнения во время встречи с ХСС в Баварии, он тут же отбыл в свой родной регион — один из двух самых пострадавших в стране. Правда, Лашет в своих резиновых сапогах и анораке выглядит далеко не так убедительно, как Шмитд и Шрёдер. 

Один из парламентариев от партии «Зеленых» перегнул палку, обвинив правительство в наводнении и попытавшись заработать на катастрофе политические очки. Такие маневры совершать, определенно, слишком рано. Также преждевременно говорить и о влиянии катастрофы на политику. Но как только вода в выходные спадет, станет виден не только нанесенный ею ущерб, но и политические последствия.

 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.