«В 21 час 50 минут, при явлении нарастающей сердечно-сосудистой и дыхательной недостаточности, Иосиф Виссарионович Сталин скончался», — объявляет диктор. Женщина снимает шляпу, еле сдерживая слезы. Красивый юноша в военной форме стоически уставился себе под ноги. Мужчина средних лет бросает застенчивый взгляд в камеру, словно чтобы убедиться, что она все еще следит за ним, а потом снова опускает глаза вниз. Снова и снова наше внимание привлекают к лицам людей, собравшихся в толпы по всему Советском Союзу. Благоговейны не все. Некоторые ерзают, болтают, жуют, курят и даже слегка улыбаются.

Похвалы Сталину по телевизору и радио становятся все более смехотворными: «Мы знали, что он лучше всех на нашей Земле… Невозможно отвести взгляд от этого бесконечно дорогого лица. Ваши глаза полны слез, дыхание сбивается, вас переполняет скорбь, которую разделяют миллионы, сотни миллионов людей».

Но так ли это? По мере того, как наше внимание снова и снова привлекают к отдельным личностям, жившим в стране в то время, фильм предлагает нам задуматься, как они на самом деле себя чувствовали.

«Государственные похороны» украинского режиссера Сергея Лозницы будут показывать на стриминговом сервисе Mubi и в избранных кинотеатрах Великобритании с 21 мая. Это необычный фильм, созданный на основе практически неизвестных общественности кадров похорон Сталина, состоявшихся в марте 1953 года. Фильм и должен был стать чем-то новым, непохожим на предшественников. Эти кадры были отсняты для официальной постановки под названием «Великое прощание». Официальная картина должна была прославлять сталинизм, а не рассказывать о тех людях, кто жил в стране в его эпоху.

Тем не менее, эта тема оказалась несколько неудобной по тем временам, ведь представители руководства, которые появляются в кадре, уже вели борьбу за власть. Лаврентий Берия еще заснят бок о бок с [другими] советскими лидерами, но через несколько месяцев они добьются его ареста. Берию казнят выстрелом в голову в декабре 1953 года. Ставший лидером Никита Хрущев начнет программу «десталинизации». А «Великое прощание» отправят на полку и никому не покажут вплоть до распада Советского Союза в декабре 1991.

Чтобы создать новую версию с явно критическим уклоном, Лозница отправился в Российский государственный архив кинофотодокументов в Красногорске под Москвой. Как он получил доступ к необработанным кадрам, которые так долго считались настолько деликатными? «Это было очень просто, — говорит он. — Я просто спросил директора архива, и оказалось, что они совершенно открыты для всех. Удивительно, что эта идея не приходила в голову никому раньше».

В архиве содержалось 40 часов цветных и черно-белых видеозаписей. Также там было 24 часа оригинальных радиопередач и записи панегириков. Литовские специалисты по постпроизводству и восстановлению изображений подчистили старые кадры, вернув им великолепную резкость. Звукорежиссер Владимир Головницкий собрал саундтрек, скомбинировав архивные записи с новыми музыкальными элементами и вдохнув в часто безмолвные изображения дух жизни. Эффект получился потрясающим. «Государственные похороны» кажутся тревожно свежими.

Материал покажется знакомым аудитории, которая видела мрачную сатиру Армандо Яннуччи (Armando Iannucci) «Смерть Сталина» (The Death of Stalin,2017). Лознице понравился этот фильм. «Как жанровое произведение, это здорово, это прекрасно, — сказал он. — Фильм Яннуччи — перевод исторического события на язык современности». Эти комедия и документальный фильм составляют потрясающую, хоть и мрачную, кинопару. Несмотря на очевидные различия, у них есть общая тема: безжалостный террор и иррациональность тоталитаризма, а так же то, как функционируют при нем люди.

С самого начала Сталин культивировал свой собственный образ и мифы. Он построил квази-религиозный культ вокруг личности умершего в 1924 году Ленина, от которого и сам Ленин, и многие из его товарищей-коммунистов пришли бы, вероятно, в ужас. «Удивительно, что Советский Союз всегда считался атеистическим обществом», — говорит Лозница.

Поначалу официально Сталина изображали учеником Ленина. В начале 30-х иконография изменилась, и они стали представать равными. К 1935 году Сталин уже был звездой, а Ленин отошел на второй план. Сталин одержимо контролировал то, как его изображали: он очень болезненно относился к своим оспинам на лице, короткой левой руке и маленькому росту. Он предпочитал портреты, на которых он обнимал детей, — они укрепляли его образ как любящего отца Советского Союза. (На самом деле, отцом он был ужасным, некоторых из своих детей бросил, а остальных сделал несчастными. После того, как его сын Яков предпринял попытку самоубийства, но выжил, Сталин, говорят, прокомментировал это так: «Он даже стрелять-то прямо не умеет»).

Однако в «Государственных похоронах» мы видим, насколько обширной и успешной была эта пропаганда. Лозница отобрал отрывки из видеозаписей, где скорбящие ухмыляются, болтают или выглядят скучающими, но здесь также много и весьма убедительного горя. Глаза опущены, плечи поникли. Многие плачут так, словно они действительно потеряли любящего отца. Любили ли они его искренне? Или просто считали, что должны выглядеть любящими?

Конечно, многое упущено. Мы не видим событий на Трубной площади в Москве после того, как объявили о смерти Сталина. Когда люди столпились, пытаясь подойти к почившему лидеру, чтобы проститься с ним, там образовалось «бутылочное горлышко» и началась давка. Как минимум 109 человек погибли, а по неофициальным оценкам — и гораздо больше. «Режиссеры-документалисты, особенно те из нас, кто работает с архивными пленками, постоянно оказываются в трудной ситуации, ведь мы можем показывать лишь то, что было действительно снято, — говорит Лозница. — Если иметь в виду всех жертв режима, то эта фатальная толчея тоже была одним из элементов той огромной трагедии». События на Трубной вполне могли быть засняты, говорит он: «Возможно, они до сих пор хранятся под грифом секретно в каких-то архивах КГБ. Мы попытались, но не смогли их найти».

В фильме Лозницы нет закадрового повествования или подписей (помимо английских субтитров). Среди титров в конце фильма указано, сколько миллионов людей погибло и скольких преследовали во времена правления Сталина. После всего, что было показано до этого, эти красные слова на черном фоне очень впечатляют, но есть в них и какая-то двусмысленность, оставляющая место для критики. «Для баланса, конечно, не хватает контекста, — написала Маша Гессен в New Yorker. — Рядовые зрители, будь то американцы или россияне, часто просто не будут знать, что они видят». Если же вы действительно знаете, что видите и что не видите, все это принимает невероятно зловещий оттенок — и тот факт, что в картине нет ничего дидактического, только добавляет ей мощи.

Фильм вышел в России незадолго до начала пандемии. Реакция зрителей оказалась двух типов, рассказывает Лозница: «Есть люди, которые говорят, как это кошмарно, как ужасно — вся картина совершенно ужасна. Другие же восклицают: "Каким великим человеком был Сталин!» Некоторые видят в ленте отличный фильм о прекрасном лидере. А что касается этих титров в конце, они просто говорят: "Да неважно, мы этот текст просто проигнорируем: режиссер не знал, что творил"».

В контексте современной России, фильм Лозницы провокационен. «Возможно, сейчас не так важно, какое имя разместили на вершине пирамиды», — говорит Лозница, имея в виду мавзолей Ленина на Красной площади в Москве, где с 1953 по 1961 год также лежало и тело Сталина, которое потом с большой помпой предали земле. Мы это видим в конце фильма. «Идеология по-прежнему никуда не делась. Система на месте».

Смотреть эти кадры можно по-разному. Но если вы интересуетесь Советским Союзом и тоталитаризмом в целом, вам пропустить «Государственные похороны» никак нельзя.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.