В понедельник 22 ноября 2004 года я пошел пить утренний кофе в бар гостиницы «Украина» в центре Киева — у площади Независимости, Майдана.

Накануне состоялся второй тур президентских выборов, и ЦИК недавно опубликовал предварительные результаты. Согласно им, с 49% голосов победил Виктор Янукович, премьер-министр и фаворит России. Его прозападный соперник Виктор Ющенко набрал 46% голосов. Данные экзитполов показывали результаты, противоположные официальным.

«Вот и все?» — спроcил я у бармена, который наливал мне кофе.

«Наоборот, сейчас все только начинается», — ответил он.

В тот понедельник действительно «началось»: на Украине началась так называемая «оранжевая революция». Через неделю на Майдане ежедневно митинговали полмиллиона человек. Настрой становился все более патриотичным, на площади был разбит палаточный лагерь.

Вечером в понедельник Ющенко завершил свою речь словами, позже ставшими на Украине особенно популярными: «Слава Украине!» Сейчас к ним добавляют: «Героям слава!»

Восклицание «Слава Украине» восходит к 1920-м годам. «Героям слава» было добавлено в 1930-е годы и стало приветствием членов ОУН (Организации украинских националистов), которых в 2004 году многие в соответствии с советской идеологией с опаской называли «фашистами».

Опасения вылились в 2014 году в революцию, захват Крыма и войну на Восточной Украине.

Нынешняя ситуация в Белоруссии была похожа на политическую обстановку на Украине в 2004 году — по крайней мере, до выборов президента, состоявшихся 9 августа. Оппозиция породила народное движение против 26-летнего правления президента Александра Лукашенко. Националистические взгляды тоже окрепли.

Однако понедельник после белорусских выборов отличался от событий на Украине 16-летней давности. На улицы белорусских городов в общей сложности вышли десятки тысяч протестующих. По сообщению министерства внутренних дел, три тысячи человек были задержаны. В Минске в результате насильственных действий полиции погиб один человек.

Конкурент Лукашенко Светлана Тихановская сбежала в Литву. Фальсифицированные результаты были признаны действительными.

Может, все будет так же, как и на предыдущих протестах в Белоруссии? Все скоро утихнет, жизнь вернется в прежнее русло? Ведь белорусы спокойнее и терпеливее украинцев и ценят стабильность превыше всего? Вероятно, на это Лукашенко и рассчитывает.

Или же Минск-2020 все-таки станет Киевом-2014? Предстоит ли Белоруссии насильственная революция? К чему она приведет? К вмешательству России?

Оба варианта маловероятны, но насильственный вариант развития событий кажется реалистичнее.

И хотя по своему началу события в Белоруссии в 2020 году и на Украине в 2004 году очень схожи, повторение украинского революционного сценария в Белоруссии невозможен.

«Оранжевая революция» имела в своей основе раскол элиты. Полиция, службы безопасности и вооруженные силы быстро перешли в ряды оппозиции.

Дело в том, что в стране уже не было единого центра. В Белоруссии такого нет, Александр Лукашенко об этом позаботился.

Это не значит, что Лукашенко может не волноваться, ведь подавление протестов против результатов выборов отличается от борьбы с националистическими силами. Сейчас бить дубинкой приходится не только минского студента, но и воспитателя детского сада из Витебска.

Украинская «оранжевая революция» утихла в январе 2005 года, когда после дополнительного голосования президентом был провозглашен Ющенко.

Белорусский кандидат от оппозиции Светлана Тихановская, в свою очередь, заявила, что не хочет свергать нынешнего президента, и требует проведения новых, честных выборов. Фамилию «Тихановская» не выкрикивают на демонстрациях — даже имя «Светлана», хотя его было бы удобно ритмично скандировать.

Революция в Белоруссии только набирает обороты. Возможно, у нее нет очевидного лидера, но, с другой стороны, все вопросы не навешаны на одного человека.

Кровавое развитие событий возможно всегда. Достаточно лишь пары демонстрантов, жаждущих насилия, и одной ошибки аппарата безопасности, чтобы все растерялись и не знали, что делать дальше.

Такой вариант развития событий все же маловероятен. Светлана Тихановская, как и многие ее сторонники, говорили, что боятся повторения событий киевского Майдана 2014 года.

Лукашенко руководит страной не одним только насилием, но и деньгами, которые он получил благодаря нефтяной сделке с Россией. После 2015 года поставки свернулись, потому что у России появились свои проблемы с экономикой.

В Белоруссии начинают формироваться националистические настроения. От них не избавиться дубинкой, да и деньги тоже заканчиваются. Вероятно, события приведут к постепенному обветшанию системы Лукашенко.

Все чаще кто-то из элиты или аппарата безопасности поглядывает на сторону. Вскоре президент заметит, что подчиненные кивают в ответ на его приказания, но ничего не делают.

Москва может попробовать найти в качестве преемника какого-нибудь местного Ахти Карьялайнена (Ahti Karjalainen, финский политик послевоенного времени, которого обвиняли в сговоре с СССР, прим. пер.), но вряд ли сильно расстроится, если ей не удастся это сделать.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.