Во время своей первой стажировки в Москве в 2016 году я задал певцу и автору песен Сергею Сироткину простой, как мне казалось, вопрос. Какой язык, по его мнению, будут чаще использовать в российской музыке инди в будущем? Его ответ оказался неожиданным: «Это трудный вопрос. Это почти геополитический вопрос».

Готовя свою диссертацию на тему современной российской музыки, я узнал, что выбор языка очень важен при ответах на сложные вопросы об идентичности. Эти вопросы находятся на пересечении национальной культуры, международной политики и интимной атмосферы собственного «я». И мои собеседники из числа музыкантов глубоко задумывались над ними.

В середине 2010-х в музыке инди наступил период языкового перехода. Лидер постпанковской группы Human Tetris Арвид Кригер рассказал мне, что в начале прошлого десятилетия «все в России говорили, как это здорово петь по-английски. Тогда не было такого понятия как русскоязычная группа».

За несколько лет до этого англоязычные группы в огромных количествах стали обретать общенациональную популярность. Эти группы и артисты объединялись, создавая воображаемое космополитическое и глобальное сообщество. Это была верхушка айсберга коллективных усилий, направленных на то, чтобы вывести Россию на один уровень с западноевропейскими трендами. «Это было стремление к Западу, любовь к Западу, типа мы тоже умеем, мы не хуже», — сказала певица инди-поп Надя Грицкевич (группа «Наадя»).

Журналист Александр Горбачев рассказал мне, что это движение было «воплощением более масштабного общественного проекта». «Если мы, Россия, являемся частью Запада, это означает, что мы, музыканты, должны писать музыку и вести себя так, как если бы мы находились на Западе», — заявил он.

В период президентства Дмитрия Медведева с 2008 по 2012 год наступило относительное расслабление, и стали появляться новые культурные пространства на основе западной модели, особенно в Москве. Между тем, старые площадки, такие как Парк Горького, существенно преобразились. Идея о Москве как о крутом и «комфортном городе» имела музыкальное сопровождение на английском языке, и это было отражением российской надежды на сближение с европейской идентичностью.

Но в 2012 году членов группы Pussy Riot приговорили к двум годам лишения свободы за хулиганские действия в храме Христа Спасителя. Это уголовное дело показало, что модернизм и городские преобразования нельзя приравнивать к политической демократизации и к толерантному отношению к инакомыслию.

Такие изменения в представлениях усилил конфликт с Украиной и российская аннексия Крыма в 2014 году. Однако президент Владимир Путин с ног на голову перевернул изоляцию и экономический кризис, начавшийся в России после введения западных санкций (а также российские контрсанкции), превратив их в источник национальной гордости.

Согласно новой официальной идеологии, которую отстаивает большинство СМИ, Россия может теперь отмежеваться от либерального космополитизма Евросоюза и стать суверенной в культурном плане державой. Характерной чертой новой эпохи стал «патриотизм», в основу которого положены русский язык, традиции, история, а кульминацией является концепция об «уникальности» России.

Эта операция была проведена успешно, если верить результатам опроса Левада-Центра, организованного в 2017 году. Как показал опрос, 64% респондентов считают, что их страна занимает особое место в истории, а 72% видят в России мировую сверхдержаву. Это самые высокие показатели за всю историю страны.

Новые веяния времени повлияли и на сообщество инди. Сироткин сказал мне: «Независимо от того, интересуемся мы политикой или нет, независимо от тех политических взглядов, которых мы придерживаемся… это очень сильно влияет на музыку, которую слушают люди». Поэтому после крымских событий в период с 2014 по 2016 год несколько групп перешли с английского на русский язык. Причем делалось это с определенной гордостью. Грицкевич сказала об этом так: «Думаю, тенденция сейчас состоит в более глубоком проникновении в русскую культуру, и это замечательно». Николай Комягин из экспериментальной российской группы Shortparis к этому добавил: «Осознание нашей собственной национальной идентичности, наших традиций находит выражение в музыке. Мы меньше смотрим на Запад, мы меньше берем с Запада».

«Наадя», Shortparis и Сироткин в начале карьеры все пели по-английски. Но когда Россия начала меняться, петь на английском языке стало непозволительно. В изолированной и самовластной среде космополитичные песни музыкантов на английском языке уже не соответствовали приоритетам сообщества инди.

Однако музыканты инди и государство используют русский язык по-разному. Грицкевич утверждает, что петь по-русски — это «возможность понять, что делает тебя русским», что такое русский язык и культура. Это образ мышления о твоем «персональном патриотизме» в противовес тому, что тебе говорят о патриотизме другие.

Музыканты инди в 2019 году были в авангарде протестов против незаконного ареста журналиста Ивана Голунова и исключения независимых кандидатов из списков на выборах в московскую Думу.

Когда полиция начала действовать более жестоко, музыканты стали громче говорить о дефиците демократии в стране. Черпая вдохновение в России, музыканты инди размышляют о ее социально-экономических проблемах, и выражают протест на своем родном языке.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.