Темой экологической катастрофы на Таймырском полуострове и в окрестностях Норильска (согласно официальным заявлениям, ничего такого не имело места и говорить, следует, скорее, об инциденте), пришлось заняться самому Владимиру Путину. В конце мая, хотя россияне узнали об этом на несколько дней позже, произошла утечка из резервуара, в котором хранилось топливо для ТЭЦ, обслуживающей «Норильский никель» — одну из крупнейших и наиболее рентабельных в мире горно-металлургическую компаний. В итоге 30 тысяч тонн дизельного топлива попало в ближайшие водные артерии, а из них в реку Дудинку — приток Енисея, впадающего в Карское море. Рассказывается, что загрязненную воду удалось остановить и угрозы для фауны Крайнего Севера больше нет, однако, следует внимательнее присмотреться к тому, что же произошло в городе, находящемся под контролем «Норникеля».

Первоначальная версия событий, от которой уже отказались, гласила, что причиной инцидента стало ДТП: водитель автомобиля, пытаясь избежать столкновения с другим транспортным средством, врезался в резервуар, тот лопнул, а топливо стекло по склону в ручей. Это объяснение быстро отбросили на фоне заявлений, что такого рода объекты соответствующем образом защищены. Действующая версия гласит, что таяние вечной мерзлоты ускорило процесс коррозии дна резервуара и тот просто развалился. Так что не было никакой протечки, которую можно было бы остановить: резервуар перестал быть резервуаром, превратившись в груду дырявого металлолома.

Следует отметить, что оба эти подхода представляют интерес, поскольку они позволяют увидеть, в каком состоянии находится современная Россия. Сторонники первого считают (и они наверняка во многом правы), что «Норникель», находящийся под контролем олигарха Владимира Потанина, стал одним из самых рентабельных в мире концернов в своей отрасли именно потому, что он не инвестирует в экологию и модернизацию своей промышленной базы, созданной еще в советские времена.

Кстати, Потанин объявил, что его компания в ближайшее время выделит на устранение последствий катастрофы 10 миллиардов рублей. Российские комментаторы говорят, что он может себе это позволить, ведь в одном только прошлом году «Норникель» выплатил свои акционерам 88 миллиардов рублей в виде дивидендов, из чего почти треть досталась компании Потанина.

Выплатить такие щедрые дивиденды удалось благодаря отсутствию долгов и инвестиционных планов. Последняя масштабная модернизация Норильского комбината проводилась в 1972 году, и с тех пор, в особенности после «приватизации» ельцинской эпохи, средств в него не вкладывали. Более и менее крупные катастрофы, в которых гибнут люди, это там обычное явление, а экология находится на самом конце списка приоритетов. Журналист «Новой газеты», который после произошедшего опубликовал репортаж из Норильска, пишет, что город, где на посту мэра находится бывший высокопоставленный менеджер концерна, просто служит дополнением к комбинату, а тот экономит на всем.

Дошло даже до того, что возникающий при производстве шлак рассыпают зимой по городским тротуарам в качестве антигололедного средства. Город покупает отходы у комбината, таким образом тот не только не тратит средства на их хранение и утилизацию, но и даже зарабатывает. Иными словами, произошедшая катастрофа — это результат многолетней бесхозяйственности, отсутствия инвестиций и, мягко говоря, пренебрежения экологическими интересами региона.

Второй подход, которого, судя по сообщениям прессы, придерживается Путин, выглядит еще более достойным внимания. Его сторонники считают, что резервуар подвергся ускоренной коррозии из-за изменений климата, которые на российском Крайнем Севере идут быстрее, чем в других аналогичных регионах мира. В ходе видеоконференции с лицами, ответственными за состояние дел в Норильске, Путин даже дал поручение подвергнуть детальному анализу воздействие этих изменений на состояние вечной мерзлоты, в зоне которой находятся две трети территории России.

Если подтвердятся прогнозы пессимистов, события в Норильске могут оказаться предвестием целой серии аналогичных инцидентов, а это значит, что мы станем свидетелями одной из самых масштабных экологических катастроф в истории человеческой цивилизации. Произойти она может по нескольким причинам. Весь российский Север построен на вечной мерзлоте, но она стремительно тает, поскольку средняя температура в России повышается быстрее, чем в других частях мира.

В сентябре 2018 года министерство природных ресурсов опубликовало ежегодный доклад на тему состояния окружающей среды в РФ. В нем содержится информация, на которую следует обратить внимание. Российские эксперты утверждают, что температура на разной широте повышается в разном темпе. В период с 1976 до 2017 года средняя температура на планете за десятилетие повышалась на 0,18 градуса, а в России этот процесс шел в два с половиной раза быстрее: там этот показатель составлял 0,45 градуса. В итоге 2017 стал одним из четырех самых теплых годов с 1936 года.

Российские климатологи пишут, что в ближайшие 20 лет сгладить парниковый эффект не получится, даже если ограничить выброс отвечающих за это явление газов до нуля (что нереально). Вопрос только в том, какой рост температур нас ждет: умеренный или стремительный. Первый сценарий предполагает, что средние годовые температуры повысятся на 1,5-2 градуса к концу столетия, а второй — на 5 градусов к 2080-м годам.

Чем обернется этот процесс, мы видим на российском Крайнем Севере уже сейчас. Все, от заводов и трубопроводов до жилых домов, школ и больниц, строилось там с расчетом, что летом вечная мерзлота успевает оттаять на метр. Сейчас талый слой достигает уже двух метров, а это приводит к катастрофическим последствиям: грунт оседает, а здания и дороги начинают покрываться трещинами.

Сильнее всего страдают трубопроводы, служащие для транспортировки нефти и газа. Взглянем на цифры. По данным министерства энергетики, только за 10 месяцев 2018 года на нефтепроводах произошло 11 403 аварий (в среднем — более 1 100 в месяц). Потери составили 46 тысяч тонн нефти. Разумеется, основная причина проблем кроется в неудовлетворительном состоянии инфраструктуры, однако, проседание грунта ускоряет процесс ее разрушения. Российский «Гринпис» полагает, что власти замалчивают реальное количество аварий на трубопроводах, а в реальности речь идет о 35 тысячах такого рода инцидентов в год, не менее 20% из которых связаны с последствиями таяния вечной мерзлоты. Обстановка на мировых рынках нефти, падение цен, а, как следствие, доходов российских концернов, лишь усугубляют ситуацию. Денег на инвестиции недоставало и раньше, а сейчас их будет еще меньше.

Следует напомнить, что многие российские месторождения нефти и газа, находящиеся в относительно доступных местах, уже в значительной степени истощились, поэтому сейчас добычу придется вести на расположенных дальше к северу территориях. По оценкам экспертов, на Крайнем Севере сосредоточено 93% российских запасов газа и 75% запасов нефти. Это не только труднодоступные места, но и такие территории, где инфраструктуру для транспортировки добытого сырья придется создавать с нуля. Сейчас общая длина находящихся в Сибири трубопроводов составляет 340 тысяч километров. Если они начнут изнашиваться быстрее, это ограничит российские возможности в сфере экспорта углеводородов.

Дополнительную проблему создаст повышение уровня моря. Находящиеся на Крайнем Севере порты и базы могут оказаться затопленными или лишиться связи с большой землей. Как говорит директор Центра экономики окружающей среды и природных ресурсов Георгий Сафонов, в связи с изменениями климата транспортная инфраструктура на Крайнем Севере будет подвергаться дополнительной опасности. Таяние вечной мерзлоты представляет угрозу для всей российской энергетической отрасли, а прежде всего оно ударит по перспективам экспорта углеводородов, объясняет он. Находящаяся там инфраструктура создавалась 40-50 лет назад в период, когда об изменении климата никто, особенно в России, не слышал, добавляет эксперт.

Ликвидация последствий разлива дизельного топлива в Норильске
Другой не менее апокалиптический сценарий рисует в интервью «Московскому комсомольцу» директор Института экологии московской Высшей школы экономики Борис Моргунов. Он говорит, что на российском Севере, в особенности на Ямале, близко от поверхности земли находятся огромные залежи метана. Таяние вечной мерзлоты способствует выделению этого газа, что не только подстегнет парниковый эффект, но и может сделать некоторые районы недоступными для человека.

Повышение температуры вод мирового океана грозит, по мнению Моргунова, спровоцировать два негативных явления. Новые морские течения вынесут отходы, которые в огромном количестве сбрасываются в море в районе Юго-Восточной Азии, к российскому Дальнему Северу, а рыба, предпочитающая более низкую температуру, начнет дрейфовать в сторону полюса, что не только ударит по соответствующему сектору российской экономики, но и изменит жизнь коренных народов.

Российская пресса пишет, что средства в экологию не вкладывают в Норильске потому, что, с одной стороны, Потанину дорого обходятся его яхты, стоящие на якоре в Монако, а с другой — руководство государства закрывает глаза на происходящее. Недавнюю катастрофу в Норильске сочли несчастным случаем, так что ответственных за нее могут наказать штрафом в размере максимум 40 тысяч рублей. Системных механизмов, которые бы вынуждали предпринимателей инвестировать, нет, как и денег в целом: России их не хватает ни на что. Посмотрим, как долго еще эта страна сможет выдержать такое положение дел.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.