Интервью с игроком «Локомотива» Мачеем Рыбусом (Maciej Rybus).

Wirtualna Polska: Какие карантинные меры ввели в России?

Maciej Rybus: Например, действуют электронные пропуска. Без них нельзя пользоваться метро, такси или даже поехать в супермаркет. За отсутствие пропуска полиция взимает штраф. Все делается для того, чтобы люди не перемещались по городу без цели. В самом начале пандемии я еще бегал в лесу. Я видел патрули, но догонять меня никто не стал. Когда ситуация стала более серьезной, я ограничил выходы из дома и только раз в неделю езжу в магазин за покупками.

— Число зараженных в России продолжает увеличиваться, даже президент Владимир Путин заявил, что ситуация развивается в неблагоприятном направлении. В таком тоне он высказывается редко.

— Можно почувствовать, что россияне очень серьезно относятся к коронавирусу и хотят жестко с ним расправиться. По всем телевизионным каналам звучит одна и та же тема, вся Россия говорит о пандемии. С самого начала мы все немного над этим подсмеивались. Если кто-нибудь в раздевалке чихал или начинал кашлять, сразу начинались шутки. Когда я простудился и у меня стали слезиться глаза, клубный врач отправил меня домой, а ребята смеялись, что я заразился. Думаю, в большинстве стран первая реакция на появление вируса была такой.

— Как это выглядит сейчас?

— Все следуют рекомендациям. Я тоже надеваю маску и перчатки, входя в магазин, а потом мы с женой дезинфицируем все продукты. Мы стараемся не контактировать с людьми, но я не зацикливаюсь на мыслях о страхе, растущем количестве зараженных. Я сам не был в центре Москвы уже месяц. Я заказал велотренажер, насколько приборов для тренировки мышц верхней части тела. Кроме того, тренеры дали каждому игроку инструкции для проведения тренировок.

— Вам делали тест на коронавирус?

— Президент клуба сказал, что их слишком мало, их сложно достать, кроме того, есть те, кому они нужны больше. Каждый, кто плохо себя почувствует, должен сообщить об этом нашему врачу.

— В Польше футбольные клубы постепенно готовятся к возобновлению игр.

— Нам сказали, что пока тренировки официально прекращены до конца апреля. Посмотрим, даты уже несколько раз менялись. Последняя тренировка на базе «Локомотива» состоялась 26 марта. Я слышал о разных сценариях, существует предложение завершить сезон с результатами, которые есть на сегодняшний момент, и отказаться от перевода аутсайдеров в низшую лигу. Нас бы это устроило: «Локомотив» занимает второе место, которое дает право участвовать в Лиге чемпионов.

— Есть ли у кого-то желание возобновить игры?

— Команды, которые борются за участие в международных кубках, наверняка этого хотят. Телевидение в меньшей степени, в России ситуация выглядит иначе, телевидение там платит мало. Клуб в основном финансируется РЖД — главной железнодорожной компанией страны. Но, конечно, каждому хотелось бы вернуться на поле.

— Вы открыли в себе какие-нибудь новые умения во время домашней изоляции?

— Я стал пылесосить, хотя давно этого не делал. Надеваю наушники и прохожусь по всей квартире несколько раз в неделю. Еще я занялся сборкой шкафов, полюбил ходить в магазин. Ну и, конечно, я играю с сыном. Роберту полтора года, с ним не заскучаешь. Жена говорит с ним по-русски, я добавляю польские слова, но иногда забываюсь и совсем перехожу на польский. Хорошо, что он такой маленький, нам есть, чем заняться, иначе я бы слетел с катушек.

— Вы планируете покинуть Москву? Ваш контракт с «Локомотивом» заканчивается в июне.

— Если чемпионат возобновят, то контракт будет действовать до его окончания. На 80% контракт я, однако, не продлю. До сих пор не было никаких переговоров, никто не говорил мне, останусь ли я, так что я понимаю, к чему все идет.

— Ваш менеджер рассказывал недавно, что у вас есть предложения, в частности, из Германии и Турции.

— Да, что-то есть, он уже был на предварительных переговорах, но мне сложно сказать, что из этого выйдет. Из-за коронавируса все остановилось. Я был бы не против сменить лигу. Сын еще маленький, в детский сад он не ходит, так что уехать в другую страну было бы не так сложно. За «Локомотив» я играю вот уже три года, это был хороший период, мы стали чемпионами. Я не замыкаюсь на России, так что если появится интересное предложение, я готов его рассмотреть.

— В последние годы у вас были травмы.

— К счастью, сейчас я чувствую себя полностью восстановившимся и готовым играть. Меня уже распирает энергия, я думаю даже не о новом клубе, а просто о возможности выйти на тренировку.

— Перенос Чемпионата Европы на следующий год — это шанс для вас.

Игрок ФК "Рубин" Ибрагим Цаллагов и игрок ФК "Локомотив" Мацей Рыбус (справа)
— С одной стороны, я стану на год старше, с другой — я не принимал участия в отборочном турнире. Для меня это действительно будет шанс: у меня появится больше времени побороться за место в составе сборной.

— Вы почувствовали влияние связанного с пандемией кризиса на другие сферы помимо спортивной?

— У меня несколько квартир в Варшаве и несколько домов в Закопане, которые сдавались туристам. Одна квартирантка попросила на время пандемии снизить арендную плату, я согласился сделать скидку на 50%. В горах бизнес шел очень хорошо, но вирус его остановил. Я мог неплохо заработать, но, что делать, повлиять я на это не могу. Дома сейчас закрыты, мне пришлось только сообщить сотрудникам, которые занимались там уборкой, что у них пока не будет работы.

— Игроки «Локомотива» согласились, чтобы им снизили зарплату на 40%.

— Сначала такая тема не звучала, но потом мы встретились с президентом клуба, и команда сказала, что понимает ситуацию. Мы предложили отказаться от части денег. Это были не переговоры, а, скорее, товарищеская беседа. Мы договорились, что если команда выйдет в «Лигу чемпионов» (а сейчас мы занимаем в турнирной таблице второе место, которое дает нам такое право), нам вернут 20%. Сокращение зарплаты действует до окончания сезона. Конечно, оно распространяется не на всех: молодые игроки, которые получают меньше, не будут должны возвращать часть зарплаты.

— В начале недели скончался ваш коллега Иннокентий Самохвалов.

— Он скончался во время индивидуальной тренировки от сердечной недостаточности.

Он играл в команде «Локомотив-Казанка», но мы иногда пересекались на тренировках. Он ездил с нами на сборы, если я не ошибаюсь, тренер взял его в команду на один из кубковых матчей. Я потрясен. Он тренировался на 100%, был здоровым молодым парнем, ему было 22 года. Вроде бы все в порядке, и вдруг такая трагедия. Когда я узнал эту новость, меня просто парализовало.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.