72% американцев заявляют, что они не будут ходить на матчи, пока им не удастся сделать прививку от коронавируса. В группе тех, кто называет себя страстными любителями спорта, как выяснили исследователи из Университета Сетон-Холл, о возвращении на трибуны только при обретении гарантий полной безопасности говорят 61%. Это тоже много, тем более что 12% респондентов готовы рассмотреть возможность похода на стадион лишь при условии, что там будут действовать принципы социального дистанцирования. Иными словами, они ожидают, что будет ограничено как количество зрителей, так и стюардов, продавцов или журналистов.

С тех пор как человечество парализовала пандемия, нас со всех сторон бомбардируют любопытными, но вызывающими сомнения прогнозами, изображая более или менее мрачные картины будущего. Пророчества никогда не были нашей сильной стороной, чтобы убедиться в этом, достаточно вспомнить, как атакующую планету заразу изображала современная культура. В «Слепоте» нобелевского лауреата Жозе Сарамаго больные теряют зрение; в «Заражении» режиссера Стивена Содерберга вирус распространяется по воздуху и убивает в течение нескольких дней; в фильме со звездным составом актеров «Война миров Z» встреча с зараженным мгновенно превращает человека в агрессивного зомби; герой «28 дней спустя» просыпается в пустой больнице, за стенами которой бесчинствуют кровожадные живые трупы; в чудовищ люди превращаются в ленте «Я — легенда» и во множестве других призванных ужаснуть зрителя рассказах о будущем, которые можно перечислять еще долго.

Апокалипсис мы всегда изображали как момент, когда огромное количество людей в короткий период времени гибнет или получает тяжелые увечья. Мы не представляли себе такой вариант, что вирус будет убивать лишь некоторых, а многим вообще не нанесет вреда, а это сделает его неуловимым, а поэтому особенно коварным. Мы не думали, что основной причиной наших страданий станет домашнее затворничество. (Точнее говоря, похожий сценарий придумал, пожалуй, Бил Гейтс, но пять лет назад никто к нему не прислушался.) В этом контексте вспоминается высказывание профессора Ежи Ветулани (Jerzy Vetulani), который говорил, что футурологию придумали затем, чтобы нам было над чем посмеяться через 50 лет.

Когда я слышу, что спорт из-за COVID-19 изменит свое обличье, я рефлекторно начинаю сомневаться в этом. Раз мы не имеем ни малейшего понятия, когда ученые окончательно победят эту коронавирусную заразу, а также какую форму приобретет кривая на графике экономического кризиса, сложно прогнозировать, что ни один шейх никогда больше не выложит 222 миллиона евро за Неймара, что футбольный или другой связанный с деятельностью ведущих спортсменов бизнес излечится от алчности и патологической коммерциализации. Что будет, абсолютно неизвестно. И точка.

Иначе выглядит ближайшее будущее, измеряемое месяцами. Мы, страстные любители спорта, прозябая в ожидании, когда все «вернется в норму», судя по всему, до сих пор не осознали, что нет ни малейших шансов на возвращение чего-либо в норму в текущем году. Мы не можем представить себе, насколько противоестественной, гротескной окажется реальность, когда мы вновь приведем мячи в движение.

В первую очередь мы увидим эту реальность на стадионах, где снова начнут проводить футбольные матчи, привлекавшие обычно больше всего зрителей. Подготовка к возобновлению состязаний идет во многих странах. Спортсмены пока тренируются легко, бесконтактно, а футбольное руководство, напротив, интенсивно ломает голову, как организовать изолированное экстерриториальное пространство, в котором футболисты смогут играть, не угрожая ни себе, ни другим. Такой искусственный конструкт наверняка создадут, даже если этот процесс будет сопровождаться появлением возмущенных вопросов, почему, когда множество отраслей простаивает, избранной кастой позволили стать именно футболистам. У футбольной индустрии нет альтернатив: дальнейшее замораживание приведет на край банкротства десятки клубов, в том числе играющих в сильных лигах.

Однако одного футбольным боссам никак не удастся избежать: игры в пустоте. Не глухой, кладбищенской (мы в любом случае услышим крики тренеров и игроков), но все же в пустоте, которая будет колоть глаз и противоречить чувству прекрасного. Волнующиеся дети не выведут команды из раздевалок на поле, за боковой линией, вероятно, не будут стоять подающие мячи мальчишки (правда, Германия собирается только сократить их количество), никто не сможет испытать удовольствие, которое дает попытка утихомирить трибуну болельщиков противника, приложив палец к губам. Скажем, в июне и июле, игры завершатся в локальных чемпионатах, а потом будут розданы трофеи в международных состязаниях. Нам придется сжиться с тем, что ненормальное стало нормой, привыкнуть к образам, напоминающим театр абсурда, к помещению массового развлечения в рамки экспериментального искусства. Журналистам, в свою очередь, предстоит кружить в одиночестве по стадионам, напоминающим гробницы.

Четвертьфиналы, полуфиналы и финал Лиги чемпионов пройдут при пустых трибунах. Смогут ли футболисты испытывать искреннюю радость? А что с кругом почета? Откажется ли УЕФА от конфетти или будет делать вид, что все в порядке? Продолжат ли игроки бросаться друг другу в объятья после забитого гола? Не испытают ли в таком случае зрители, которым рекомендуют воздержаться от лишних прикосновений, когнитивный диссонанс? Да и вообще, если присутствующие на стадионе болельщики, как любят нам рассказывать спортсмены, это самое важное, для кого тогда Месси будет забивать голы?

Я не поклонник фразы «футбол без болельщиков не имеет смысла». Смысл, разумеется, есть, это основополагающий смысл футбола, понятный всем, кто когда-либо в него играл. Мы, любители, всегда бегали по полю без публики, сегодняшние мегазвезды тоже начинали так свою карьеру, подавляющее большинство спортсменов гоняет мяч в камерной атмосфере, а женщины, даже самые выдающиеся (да и то до сих пор немногие), лишь сейчас начинают открывать, как приятно играть перед большой аудиторией. Однако матчи на самом высшем уровне без густой наэлектризованной толпы зрителей будут извращением, фикцией, эрзацем настоящего спектакля. Представьте себе: «Ливерпуль», который заслужил титул чемпиона в английской лиге, пожалуй, как никто другой, не сможет проехаться на крыше своего открытого автобуса!

Сочиняя эту колонку, я сам задумался о том, какие глупые прогнозы давал раньше. Я писал на страницах «Газета выборча», что предвижу, как в будущем многие спортивные дисциплины не потребуют присутствия каких-либо свидетелей. Я не мог представить себе эпидемию, а просто думал, что матчи или другие состязания станут чисто телевизионными представлениями без трибун, но с сотнями камер, которые зарегистрируют каждую мельчайшую деталь и передадут на наши зрительные нервы концентрированную притягательную картинку, от которой невозможно оторваться. Читая о падении посещаемости стадионов и других сходных проявлениях общественной цифровой эволюции, я предсказывал, что люди сбегут из кинотеатров к экрану с «Нетфиксом». Говорилось даже, что в эпоху стриминговых трансляций они начнут отказываться от личного присутствия на концертах.

Однако происходит нечто другое: нас парализовали обстоятельства непреодолимой силы, враждебная стихия, которая нанесла особенно сильный удар по большому спорту, ведь без огромных людских масс тот не может функционировать. Что хуже всего, к концу лета проблема, пожалуй, не исчезнет.

Если мы даже задушим эпидемию, и осенью коронавирус не пойдет в контратаку, страхи, которые нашли отражение в упоминавшемся выше опросе, никуда не исчезнут. Впрочем, итальянцы и немцы уже говорят о готовности играть для пустых пластиковых кресел до конца 2020 года. Как уговорить болельщиков (тех, у кого останутся деньги на покупку билета) вернуться на трибуны? Достаточно ли будет просто проредить толпу, то есть продать четверть или одну восьмую от всех билетов? А что будет с естественным образом возникающей давкой перед началом матча и после него? Придется предписать людям сохранять в очереди двухметровую дистанцию, а, значит, раньше приходить на стадион и медленнее его покидать?

Вся эта картина, которую я пытаюсь себе представить (я не касаюсь еще одного существенного аспекта: финансовых последствий уменьшения посещаемости), кажется чем-то неправильным, карикатурным, мне становится дурно от одной мысли об этой перспективе. И еще один печальный парадокс: раньше лица закрывали только футбольные хулиганы, а теперь это выглядит как социально ответственное поведение. Кто мог предвидеть, что балаклава станет предметом гардероба, в котором приветствуется появляться на трибунах.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.