Мы безосновательно доверяем биологическим объяснениям мужского поведения. И чаще всего такие объяснения звучат по поводу тестостерона. Современные ученые вспоминают гормон на букву «Т», когда надо доказать что-то насчет мужского начала и мужественности, показать, как сильно отличаются мужчины и женщины, объяснить, почему у некоторых мужчин сильнее либидо (потому что у них больше тестостерона, естественно). Но несмотря на мифические свойства, приписываемые гормону Т, все до единого строгие научные исследования указывают на то, что у здорового мужчины нет существенной связи между уровнем тестостерона и сексуальным желанием.

Начиная с 1990-х годов, и особенно в 2000-х, продажи заместительной терапии тестостероном (ЗТТ) выросли колоссально — практически с нуля до пяти миллиардов долларов в 2018 году. С чем это связано? Либо с внезапной вспышкой «низкого тестостерона», когда масштабную медицинскую эпидемию наконец признали, либо из-за рекламы, потому что ЗТТ представляли как чудо-лекарство, а мужчины ударились в панику, узнав о том, что после 30 лет уровень тестостерона у них снижается на один процент ежегодно.

Ответ не в том, что организм мужчины меняется, и не в том, что раньше никто не ставил диагноз «низкий тестостерон». Дело в том, что по мнению многих, тестостерон — это нечто вроде магической мужской молекулы, которая может вылечить мужчину, когда его энергия и сексуальное желание с возрастом ослабевают.

Более того, нас учат, что если мы хотим узнать причины своей агрессивности, надо просто проверить уровень тестостерона. Верно? На самом деле, нет. Наука и этот вывод тоже не подтверждает. Первые известные ныне исследования на тему связи между тестостероном и агрессией проводились среди заключенных, и их использовали, по сути дела, для доказательства того, что у некоторых категорий мужчин (читай — у темнокожих) уровень тестостерона выше, и именно этим объясняется их агрессивность. А посему их надо сажать чаще и больше. Чтобы понять методологические изъяны таких исследований, понадобились десятилетия. Новые тщательно и строго проведенные исследования указывают на то, что связь между тестостероном и агрессией очень слабая (за исключением тех случаев, когда его уровень очень высок или очень низок). Но с их выводами публика начинает знакомиться только сейчас.

Далее, оказывается, что тестостерон не только половой гормон, имеющий одну-единственную цель (размножение). Он также очень важен для развития эмбрионов, мышц, женского и мужского мозга и красных кровяных телец. В зависимости от целого ряда биологических, экологических и социальных факторов, его влияние может быть разным (или ничтожным).

Роберт Сапольский (Robert Sapolsky), работающий нейробиологом в Стэнфордском университете, составил таблицу, которая показывает, что в 1970-1980-х годах было всего 24 научных статьи о тестостероне и агрессивности, а за 10 лет с 2010 года их появилось более 1 000. Что это, новые открытия о тестостероне и агрессивности? На самом деле, нет, хотя в это время появлялись исследования, указывающие на важность тестостерона для овуляции. Есть также разница между взаимосвязью и причиной (уровень тестостерона и агрессивность, например, это классический пример проблемы курицы и яйца). Ведущие специалисты по гормонам уже много лет указывают на то, что у подавляющего большинства мужчин по уровню тестостерона невозможно предсказать, кто из них будет агрессивен. Точно так же, отыскав агрессивного мужчину (да и женщину, коль уж на то пошло), невозможно предсказать его (ее) уровень тестостерона.

Тестостерон — это молекула, которую почти 100 лет ошибочно называют «сексуальным гормоном», потому что (некоторые вещи никогда не меняются) ученые искали определяющие биологические различия между мужчинами и женщинами, а тестостерон должен был раскрыть тайну природной выраженности мужских признаков. Тестостерон важен для мозга мужчины, его бицепсов и… как там еще называют яички. А еще он очень важен для женского организма. Да, кстати, уровень гормона «Т» далеко не всегда имеет значение. Иногда само наличие тестостерона важнее, чем количество гормона. Это как в автомобиле: когда вы его заводите, вам неважно, сколько там топлива, пять литров или 50. Тестостерон не всегда порождает различия между мужчинами и женщинами, или между мужчинами. Вдобавок ко всему, есть признаки того, что когда мужчины, принимающие добавки, говорят об изменениях, это скорее всего эффект плацебо, а не что-то другое.

Тем не менее, мы продолжаем наделять тестостерон сверхъестественными свойствами. В 2018 году Верховный суд США столкнулся с проблемой. На слушаниях по вопросу об утверждении в должности возник вопрос о мужском сексуальном насилии против женщин. Нужны были тщательные описания и анализы. Осуждая или выступая в защиту поведения судьи Бретта Кавано (Brett Kavanaugh) в юности, его противники и сторонники ничтоже сумняшеся употребляли слово «тестостерон». Один комментатор писал на страницах «Форбс» о «групповом изнасиловании от избытка тестостерона». Другой, давая интервью Си-Эн-Эн, заявлял: «Но мы же ведем речь о 17-летнем школьнике, у которого зашкаливал тестостерон. Скажите мне, какой мальчишка не делал этого в старших классах?» А третий написал в «Нью-Йорк Таймс»: «Это он на волне тестостерона и выпивки».

И вряд ли кто-то из читателей усомнился в гормональной логике Кристин Лагард, которая, возглавляя МВФ, заявила, что экономический крах в 2008 году отчасти был вызван тем, что в руководстве финансового сектора было слишком много мужчин: «Честно говоря, я думаю, что в одной комнате никогда не должно быть слишком много тестостерона».

В статьях и речах тестостероном каждый день объясняют (и оправдывают) поведение мужчин. Можно сказать, это что-то вроде поэтической вольности. Просто эффектный и напористый способ поговорить о том, что мужчины должны руководить. Но когда мы говорим о тестостероне, объясняя мужское поведение, мы можем непреднамеренно оправдать его, объяснив, что мужчина не в силах себя контролировать, что это выше его возможностей. Апеллирование к биологическому мужскому началу подразумевает, что главенство мужчины коренится в самой природе.

Когда мы превращаем в норму идею о том, что у всех школьников много тестостерона, и что именно этим объясняются случаи изнасилований, мы переходим от иносказания к защите мужчины, совершающего сексуальное насилие над женщиной. «Нет, он невиновен, виновны одни гормоны».

Когда мы объясняем поведение мужчин их биологическими особенностями, это слишком часто заканчивается оправданием их действий. Когда мы начинаем разбрасываться терминами типа «тестостерон» или «Y-хромосома», мы распространяем мысль о том, что мужчиной управляет его тело. Думая, что гормоны объясняют, почему мальчишки останутся мальчишками, мы позволяем мужчинам соскочить с крючка и оправдываем все их грехи. Но если вы считаете, что тестостерон определяет поступки и мысли мужчины, вы заблуждаетесь. Мужчины совершают плохие поступки, потому что им это позволяет культура, а не потому что этого требует биология.

Никто не может всерьез утверждать, будто только биология и ничто иное определяет, что значит быть мужчиной. Но слова типа «тестостерон» или «Y-хромосома» срываются с нашего языка, когда мы описываем поступки мужчин, как будто они имеют какое-то более глубокое значение и смысл, чем на самом деле. Тестостерон не управляет агрессивностью и сексуальностью мужчин. Стыдно, что мы не знаем о других исследованиях, которые показывают, что повышенный уровень тестостерона у мужчин может быть в равной степени связан как с агрессией, так и с великодушием и щедростью. Но великодушие и щедрость не относятся к типичным мужским достоинствам, а посему не должны портить рассказ о врожденной агрессивности мужчин, особенно об агрессивности мужчин мужественных и отважных. И все это оказывает сильное влияние на представления мужчин и женщин о естественных наклонностях мужского пола.

Нужно больше говорить о бесчувственной брутальности самца в поведении мужчин и о патриархате. Они вполне реальны и очень пагубны. А еще мы должны говорить о мужчинах, мужском начале и мужественности так, чтобы выбраться из западни и перестать думать, будто биология мужчин это их судьба. Оказывается, если начать разбираться с эффектом плацебо и со всей этой биоболтовней, то окажется, что гормон «Т» — это вовсе не магическая мужская молекула, а скорее социальная молекула, на что в своей замечательной новой книге «Тестостерон» (Testosterone) указывают ученые Ребекка Джордан Янг (Rebecca Jordan-Young) и Катрина Карказис (Katrina Karkazis).

Как ни называй тестостерон, а им слишком часто оправдывают мужские привилегии и безнаказанность.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.