Сжигание мусора с попутной выработкой энергии приравняли к переработке. Это поможет формально выполнить цели нацпроекта «Экология» — ликвидировать незаконные свалки и увеличить в ближайшие пять лет долю утилизируемых отходов с 7% до 36%.

Однако реализация идеи может поставить крест на внедрении раздельного сбора мусора и развитии инициатив по его переработке в соответствии с экологическими нормами, а также спровоцировать протесты, считают эксперты. Не говоря уже о том, что сжигание мусора является одним из главных источников парниковых газов.

Сжигание приравняли к переработке

В конце декабря были приняты поправки в законы «Об охране окружающей среды», «Об отходах производства и потребления» (и другие), помимо прочего расширяющие понятие переработки, включая в него «использование твердых коммунальных отходов в качестве возобновляемого источника энергии» после обязательного вычленения из них полезных компонентов. Под этой формулировкой имеется в виду сжигание отходов для производства электрической или тепловой энергии. По сообщениям, авторами поправок являются сотрудники Минприроды.

Раньше сжигание рассматривалось как способ обезвреживания отходов (то есть изменения их свойств для снижения вреда). Теперь сжигание отходов с производством энергии признается «энергетической утилизацией», или переработкой, пишет «Гринпис России».

Это нарушает сложившуюся систему обращения с отходами в стране, считают в организации, поскольку в иерархии обращения с отходами обезвреживание (сжигание) стоит на последнем месте. «Это значит, что сжигание отходов можно [было] применять в самых крайних случаях, когда другие варианты утилизации отходов почему-то не подходят», — считают в «Гринпис России».

«Мы очень расстроены [новым законом], — говорит руководитель экологического движения «Раздельный сбор» Татьяна Нагорская. — Он нарушает иерархию приоритетов обращения с отходами [зафиксированную в законе об отходах]: обработка [сортировка], утилизация, и лишь затем обезвреживание».

Доводы за и против сжигания

Экологи сомневаются, что требование сортировать отходы перед сжиганием будет выполняться на практике.

«Сколько полезных компонентов должно быть изъято [при сортировке] — не указано. При [промышленной] сортировке смешанных отходов процент изъятия небольшой, примерно 10%. Получается, сжигать будут 90% мусора», — считает Нагорская. В «Гринпис России» придерживаются схожего мнения, полагая, что речь идет о 85% отходов.

Сторонники «энергетического сжигания» считают, что оно поможет справиться с проблемой свалок. Как сказано в паспорте госпрограммы «Чистая страна», строительство пяти мусоросжигательных заводов, ведущееся в Подмосковье и Казани дочерней структурой Ростеха — РТ-инвест, позволит сократить объем вредных выбросов в атмосферу в 8 тысяч раз по сравнению с выбросами от пожаров, регулярно происходящих на свалках.

В частности, согласно этому документу, в результате работы заводов должны быть снижены на 837,5 тысячи тонн ежегодные выбросы парниковых газов, что лежит в русле обязательств России по Парижскому соглашению о климате.

Оппоненты называют подобные доводы некорректными, поскольку выбросы мусоросжигательных заводов нужно сравнивать не с выбросами на горящих свалках, а с выбросами предприятий по переработке отходов, где не применяется сжигание.

Хотя «мусорные» ТЭЦ формально относятся к возобновляемым источникам энергии, они, как отмечает международная группа экспертов по изменению климата, вносят свой вклад в выбросы СО2.

Согласно докладу о состоянии окружающей среды в Москве за 2014 год, сжигание мусора на мусороперерабатывающих заводах — основной источник парниковых газов, связанный с отходами.

Кроме того, в России избыток мощностей электростанций, работающих на угле, газе, ядерном топливе (что, по мнению экспертов, тормозит развитие ветряной и солнечной энергетики), пишут «Ведомости» со ссылкой на отчет международной финансово-аналитической корпорации Moody's. Так как вопрос о регулировании выбросов углекислого газа далек от разрешения, мусор вряд ли сможет потеснить традиционные (и более дешевые) виды топлива.

Другой аргумент, позволяющий рассматривать сжигание как «зеленую» технологию, может состоять в том, что современные методы очистки газовых выбросов на предприятиях сокращают загрязнение воздуха в сравнении с токсичными продуктами горения мусора под открытым небом, такими как диоксины и фураны, по данным Всемирной организации здравоохранения, вызывающими раковые и другие заболевания.

Мусоросжигание применяется в Европе с ее высокими экологическими стандартами. Например, государственная «Российская газета» опубликовала репортаж о мусоросжигательном заводе в Вене, который, как утверждает издание, является не только архитектурной достопримечательностью, но и триумфом «зеленых» технологий.

Однако, возражают скептики, в Европе сжигают раздельно собранный мусор, в котором нет таких опасных фракций, как ПВХ, пластик, батарейки, ртутные лампы и так далее.

«Если сжигать будут несортированный мусор, то на выходе может быть все что угодно», — пояснял в комментарии «Коммерсанту» научный сотрудник Московского энергетического института Игорь Мазурин.

Даже если оборудование мусоросжигательных заводов будет отвечать европейским нормативам, технологический сбой может привести к «залповому выбросу» ядовитых газов, предупреждал ученый.

Недоверие публики подогревает дефицит информации о технологиях, используемых при строительстве заводов (в полном объеме она не разглашается по соображениям коммерческой тайны). Известно, что 55% оборудования на заводах должно быть отечественным. Неясно, соответствует ли оно передовым зарубежным разработкам.

В то же время, как сообщил директор Института экономики природопользования и экологической политики ВШЭ Борис Моргунов, швейцарские мусоросжигательные заводы, наработки которых заимствует РТ-инвест, используют пять ступеней очистки выбросов, а спроектированные отечественные предприятия — три.

На это в дочке Ростеха сообщили «Коммерсанту», что намерены сжигать отходы при более высокой температуре, что предотвратит загрязнение. Однако ученого эти доводы не убеждают.

Как реагирует общественность

Проблема мусорных полигонов стала одним из драйверов протестного движения в 2017-2019 годах. Однако сжигание отходов тоже вызывает неоднозначную реакцию.

Летом 2019 года жители нескольких населенных пунктов Удмуртии, Кировской, Саратовской и Курганской областей выступили против перепрофилирования объектов по уничтожению химоружия в заводы по утилизации высокотоксичных отходов (проект курирует Росатом). Как сообщали «Ведомости», опасное сырье на них планируется сжигать.

Опрос в Казани в 2018 году выявил почти равное (40% и 41%) число положительных и отрицательных оценок планов по строительству завода. Исследование, проведенное в Омске, показало, что почти 49% опрошенных настороженно относятся к аналогичной инициативе. Противники мусоросжигания в столице Татарстана разбили палаточный лагерь на стройплощадке будущего завода, но были задержаны. Протесты со схожими требованиями проходили в Подмосковье.

Обеспокоены перспективой появления завода и в Петербурге. По словам координатора движения «Красивый Петербург» Красимира Врански, городские власти вынашивают подобные планы с начала десятилетия, но протесты общественности тормозят их реализацию.

Однако, отмечает активист, опасность не миновала. Как сообщали СМИ, замороженный проект мусоросжигательного завода в промзоне Каменка (на севере города) могут реанимировать. К тому же, добавляет Врански, есть вероятность, что на новых мусорных полигонах, которые собираются строить в Ленобласти (под Петербургом), будут заниматься мусоросжиганием.

Протесты проводятся и против существующих заводов. В 2016 году жители Владивостока потребовали закрыть предприятие, из-за которого город постоянно накрывало дымом (в 2018-м завод перестал принимать отходы). Москвичи также добиваются закрытия заводов, расположенных в черте города.

Почему власти предпочитают сжигание

Как считают в «Гринпис России», прогрессивная политика в области обращения с отходами основана на принципе «Reduce. Reuse. Recycle» («сокращай потребление, используй повторно, перерабатывай»). Она предполагает ограничение оборота одноразовой продукции из пластика, внедрение раздельного сбора и вторичного использования отходов.

Но, по мнению «зеленых», чиновники, продвигающие идею мусоросжигания, не желают менять сложившуюся систему обращения с отходами. При этом, по данным опросов, от 66% до 90% россиян готовы сортировать свой мусор.

Как объясняет Татьяна Нагорская, организация раздельного сбора не входит в обязанности и невыгодна региональным операторам по обращению с отходами (компаниям-монополистам, создаваемым в ходе мусорной реформы).

«Если внедрен раздельный сбор, и поток [смешанных отходов] уменьшился, понравится ли это региональным операторам, которые зарабатывают на перемещении объемов смешанных отходов? Конечно, нет. Они лишатся своих прибылей. И вполне возможно, что придется компенсировать им недополученную прибыль из бюджета региона», — считает она.

Раздельный сбор и переработку могли бы организовать частные фирмы, однако, по словам эксперта, этот вид деятельности малорентабелен и нуждается в госдотациях. При этом властям удобнее работать с единым оператором, гарантирующим, что мусор доедет до свалки или мусоросжигательного завода, чем искать общий язык с разнообразными бизнес-субъектами.

По мнению Нагорской, в сочетании с монополизацией мусорного рынка, ставка на мусоросжигание угрожает будущему переработки отходов.

«Как только вы построили мусоросжигательный завод, это прожорливое чудовище будет требовать от вас [определенный объем] отходов именно того состава, который вы обещали. И так будет продолжаться лет тридцать. За это время, возможно, океаны выйдут из берегов [в качестве последствий глобального потепления], а мы все еще будем кормить это чудовище», — считает Нагорская.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.