Что стоит за идеей партии «Отечество» (Isamaa) превратить Языковую инспекцию в Языковой департамент с расширенными полномочиями?

Председатель фракции отечественников (партии «Отечество» — прим. ред.)в Таллиннском горсобрании Март Луйк прокомментировал тему в студии Rus.Postimees.

Фрагмент беседы:

— Что не устраивает партию Isamaa в работе Языковой инспекции?

— У Языковой инспекции в ее нынешнем виде слишком узкий круг полномочий. Она в основном занимается проверкой того, как используется эстонский язык. Под расширением полномочий мы имеем в виду то, что Языковой департамент будет вносить реальный вклад в развитие языковой политики: они будут участвовать в разработке новых норм и так далее.

— Они по-прежнему будут только штрафовать, но уже на основании более жестких норм?

— Да, эта функция за ними сохранится. Ведь, что мы до сих пор видим в том же Таллинне?

В реальности в магазинах и ресторанах мы далеко не всегда можем общаться на эстонском языке.

— Не пора ли Языковой инспекции начать бороться против влияния английского?

— Со времен оккупации мы были сфокусированы на проблеме русского языка, защите и продвижении эстонского языка, но теперь мы уже видим, что новое поколение активно переходит на английский язык.

— Новый департамент должен будет вплотную заниматься английским языком? Видите ли вы в нем опасность для эстонского языка?

— Видим! По оценке Рейна Таагепера, эстонский — самый маленький язык в мире, который обладает полным спектром качеств, в том числе является языком науки и культуры. У нас самый маленький народ и язык, он нуждается в защите.

— Что важнее: следить за русскоязычным кассиром, худо-бедно владеющим эстонским языком, или злоупотреблениями английским в сфере обслуживания и в университетской среде?

— И тем, и другим надо заниматься одновременно. С одной стороны, нужно полностью переводить образование на эстонский, с другой, мы понимаем, что наступает английский язык. На выходе получается уже не эстонский, но еще и не совсем английский.

— Создание нового департамента будет означать ужесточение требований и проверок?

— Нет. Главная задача нового департамента — продвижение языковой политики по всей стране. В первую очередь — на экспертном уровне. Беда сегодняшнего дня — невыполнение норм закона.

— Может быть, они не выполняются, потому что не созданы условия, чтобы все могли выучить эстонский язык?

— Какие дополнительные условия мы в Эстонии должны еще создавать?

— Но курсы ведь переполнены. Спрос превышает предложение…

— Мэр Таллинна заявил на наше предложение удвоить сумму средств, направляющихся на обучение эстонскому языку, что денег на курсы достаточно.

— Не кажется ли вам, что пляски вокруг Языковой инспекции — это отголоски 90-х, когда жизнь русских, по словам бывшего гендиректора Департамента гражданства и миграции Андреса Коллиста, пытались превратить в ад?

— Многие мои знакомые говорят, что в 90-е мы сделали одну большую ошибку, сразу не переведя все образование на эстонский язык. Если бы мы это сделали, уже давно бы решили часть языковой проблемы.

Что касается неоднозначного отношения неэстонцев к Языковой инспекции, то мне кажется это странным. Ведь очевидно, что Закон о языке нарушается не только в сфере обслуживания, но даже в сфере образования. Языком не владеют учителя, воспитатели детских садов и т.д. В такси Bolt ко мне приезжает водитель из Ирака, который вообще не владеет никакими языками. И как быть? Это не может не беспокоить.

Странно, что неэстонцы столь неоднозначно относятся к Языковой инспекции.

— Стимулирует ли Языковая инспекция к изучению эстонского?

— Конечно, стимулирует. И, кстати, не исключено, что новая структура скажет, что на каком-то этапе мы работаем контрпродуктивно.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.