В прошлом году Кэти Хилл (Katie Hill) была одной из 20 миллениалов, в большинстве своем женщин, получивших кресла в Конгрессе. Они увеличили количество представителей своего поколения в шесть раз за один цикл и дали голос второму по величине блоку избирателей, обладающих правом голоса. На этой неделе она подала в отставку — после того, как ее фотографии в обнаженном виде во время «любви втроем» с сотрудницей ее штаба были опубликованы в интернете без ее разрешения, и она оказалась в центре расследования комиссии по этике в связи с подозрениями в отношениях с сотрудником своего штаба.

Дело Хилл оказалось в самом центре пересечения трех феноменов: технологии, секса и власти. Технология изменила секс; секс изменил власть, а власть оказалась по-новому уязвима для штаммов позора, не существовавших десять лет назад. Технологии предоставляют новые, унизительные способы документации сексуальных связей, а все сексуальные связи — особенно когда в них замешана публичная личность, теперь подвержены грубому рассмотрению публики. Возможно, Хилл — первая законодательница-миллениал, которой пришлось вступить в схватку с особенно тернистым кодексом поведения 21 века, но она не будет последней.

Хилл, открыто заявляющая о своей бисексуальности, признает, что у нее были отношения с сотрудницей предвыборного штаба. Она отрицает отношения со своим советником по законодательным вопросам, обвинив своего «склонного к издевательствам» мужа в организации клеветнической кампании в ходе их развода.

Поскольку миллениалы большую часть своей жизни проживают онлайн, нет ничего удивительного, что их сексуальная жизнь тоже перешла в цифровое измерение, и Хилл здесь не исключение. В одном исследовании 2015 года сообщалось, что 82% взрослых людей писали в прошлом году сообщения сексуального характера, по большей части при общении со своими партнерами, с которыми они находились в длительных отношениях. Но все эти сообщения о сексе могут с легкостью стать оружием в руках обозлившихся бывших партнеров или людей, склонных к издевательствам и насилию. В исследовании 2016 года, опубликованном на страницах журнала «Данные и общество» (Data and Society), выявлено, что каждый 25-й американец — то есть приблизительно 10,4 миллиона человек — сталкивался с публикацией своих фотографий без разрешения или с угрозой осуществления подобных действий. Среди очень молодых женщин этот показатель был выше — один к десяти.

​Использование фотографий в обнаженном виде — это сексуальное преступление 21 века, и федеральные чиновники мало что предпринимают, чтобы справиться с этой проблемой. Фотографии с изображением Хилл в обнаженном виде, в том числе та, где она, будучи обнаженной, расчесывает волосы сотрудницы своего штаба, были слиты изданию «Дэйли Мэйл» (Daily Mail), что вынудило Хилл признать факт романа и принести извинения. Однако для молодых и одиноких миллениалов в век приложений для знакомств, слив фотографий с обнаженной натурой вскоре может стать повсеместным — и даже в дальнейшем считаться не более возмутительным, чем прошлый развод или неудавшийся бизнес: всего лишь другим этапом жизни. «Единственный человек, у которого есть претензии — это уже почти бывший муж Кэти Хилл, — написал в Твиттере Мэтт Гаэтц (Matt Gaetz), республиканец-миллениал, выступавший оппонентом Хилл по большинству политических вопросов, но работавший с ней в Комитете по вооруженным силам. — Кто из нас выглядел бы идеально, если бы каждый бывший сливал наши фотографии/текстовые сообщения?»

Однако дело Хилл также проливает свет на хитрые нюансы отношений на работе в эпоху феномена #ЯТоже (MeToo). Культурные счеты с сексуальным домогательством бросили тень на многие отношения на рабочем месте, и особенно на отношения между начальником и подчиненным. В соответствии с новым кодексом этики о согласии не может идти речь при наличии дисбаланса власти. Но стоит отметить, что в случае с Хилл ни одна жертва не выступила с заявлением о злоупотреблениях.

Хилл признала факт отношений с сотрудницей предвыборного штаба Морган Дежарден (Morgan Desjardins) — что неэтично и может быть причиной отставки, но необязательно служит нарушением правил Палаты представителей, потому что Дежарден не является ее подчиненной в Конгрессе. В ее адрес звучат также обвинения в сексуальной связи с советником по законодательным вопросам Грэмом Келли (Graham Kelly) — которые Хилл назвала «абсолютно ложными», и которые, вероятно, нарушают новые правила Палаты представителей о сексуальных связях между ее членами и подчиненными. Но ни Дежарден, ни Келли не выступали с обвинениями в адрес конгрессмена в неподобающем поведении. Нет никаких указаний на принуждение, домогательства или злоупотребление: только факт одной связи и обвинение в другой. Если бы не фотографии, Хилл, скорее всего, смогла бы выпутаться из этой ситуации.

Разумеется, это порождает другие непростые вопросы. Могут ли отношения считаться проблемой, если ни одна сторона не заявляет о том, что это проблема? Достаточно наличия лишь дисбаланса власти, чтобы отношения можно было считать нарушением правил? Правила Палаты представителей запрещают сексуальные связи с сотрудниками Конгресса, поэтому Хилл столкнулась с расследованием по этике на предмет отношений с Келли (которые она отрицает). Столкнулась бы она с подобным публичным унижением, будь на ее месте мужчина? Было бы в таком случае к ней проявлено такое же сочувствие? «Нам никогда не позволили бы разыграть карту жертвы так, как это сделала она, — говорит один молодой конгрессмен. — Картина не складывается».

По иронии судьбы, на ужесточении правил Палаты представителей о сексуальных связях между ее членами и их подчиненными настаивали как раз некоторые из ближайших друзей Хилл. Представитель Лорен Андервуд (Lauren Underwood), которая была соседкой Хилл, когда та переехала в округ Колумбия, рассказала мне в предыдущем интервью, что, попав в Конгресс, она была удивлена, узнав о лазейках в существовавших правилах, поэтому она создала правило, запрещающее членам Палаты представителей иметь отношения с сотрудниками комитета. (Хилл обвиняется в романе с советником по законодательным вопросам, а не с сотрудником комитета.) Андервуд и Хилл жили вместе, чтобы сэкономить на расходах на жилье в округе Колумбия, так как обе по сравнению с их старшими богатыми коллегами были ограничены в средствах. Они публиковали в Инстаграме видео своих домашних разборок, поездок в магазин «Икеа» (Ikea) и сборки мебели, и Хилл однажды помогла Андервуд закрепить каркас кровати при помощи изоленты. (Андервуд отказалась комментировать эту историю.)

Таков был собирательный образ миллениалов — целеустремленных, полных сил и способных на непредсказуемое поведение — который ознаменовал приезд Хилл в Вашингтон. Ее считали восходящей звездой демократической партии, взращивавшей новую молодую смену. Она поддерживала законодательство о климатических изменениях и права ЛГБТ-сообщества, ее избрали без помощи корпоративного комитета политических действий, она использовала свои социальные сети, чтобы отпускать шпильки в адрес политических оппонентов. Она объединила силы с представительницей от штата Нью-Йорк Александрией Окасио-Кортес (Alexandria Ocasio-Cortez) во время приостановки работы правительства, чтобы найти лидера сенатского большинства Митча МакКоннелла (Mitch McConnell), запустив новый хэштег #ГдеМитч (#WheresMitch)

Но досрочный выход Хилл из Капитолия также указывает на политическую опасность, усугубляющуюся для таких завсегдатаев цифрового пространства, как она. «Я никогда не утверждала, что я совершенна, — сказала она в слезах на видеозаписи, обращенной к ее сторонникам. — Но я никогда не считала, что мое несовершенство будет использоваться против меня с целью расправы». И все же использование несовершенства в качестве оружия — это ключевая угроза для миллениалов в общественной жизни. У этого поколения очень многое зафиксировано в цифровых ресурсах, и, следовательно, очень многое может быть выужено. Все это — фотографии в обнаженном виде, переписка с бывшими поклонниками, старые костюмы на Хэллоуин, злобные электронные письма, сомнительные шутки в колледже — только и ждет своего часа, чтобы быть обнаруженным и предъявленным на суд общественного мнения.

Это невероятно характерный для миллениала взлет и последовавшее за ним невероятно характерное для миллениала падение.

Исправление от 29 октября

В оригинале этого сюжета было неверно приведено правило, в рамках которого представительница Кэти Хилл оказалась в центре расследования по этике. Это правило, запрещающее членам Конгресса вступать в сексуальные отношения со своими сотрудниками по вопросам законодательства, а не правило, запрещающее отношения с сотрудниками комитета.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.