Во время Третьего крестового похода король Ричард Львиное Сердце направил свое войско на Иерусалим. Войско султана Саладина, было, однако, еще более многочисленным, однако против английских рыцарей у него не было никаких шансов.

Единственным фактором, все еще объединявшим крестоносцев, оставалась харизма Ричарда Львиное Сердце. Английский король присутствовал, казалось, повсюду — и в авангарде своего войска, и в его арьергарде, и среди обозов с боеприпасами, и в лагере своих воинов. По словам участников похода, он «очень заботился о больных и обессилевших» и использовал весь свой опыт для того, чтобы запутать противника, превосходившего его собственное войско по численности. А противником был не кто иной, как султан Саладин, которому в 1187 году удалось отвоевать у крестоносцев Иерусалим и разбить их в сражении при Хаттине.

Вместе с императором Фридрихом I «Барбароссой» и французским королем Филиппом II Ричард в 1188 отправился в очередной, Третий крестовый поход. Однако этот поход с самого начала не задался. Так, император Фридрих погиб при переправе через реку Селиф в Малой Азии. Филипп, которого с Ричардом связывала дружба, после взятия крепости Акры вернулся во Францию, и во главе похода остался один Ричард. До Иерусалима оставалось еще 180 километров. А по пути туда он встретился с Саладином и его войском.

Львиное Сердце решил отправиться из Акры сначала на юг, к побережью, чтобы захватить порт Яффу (нынешний Тель-Авив), расположенный поблизости от Иерусалима, который мог бы послужить для его войска базой перед наступлением. Кроме того, его план предусматривал, что крестоносцы будут получать подкрепление с моря, и тогда им приходилось бы опасаться нападения противника лишь с одной, левой стороны.

Но у Ричарда в этой связи возникла большая проблема тактического характера: необходимо было, чтобы его воины (около 15 тысяч человек, в том числе от одной до двух тысяч рыцарей в тяжелых доспехах) оставались максимально дисциплинированными и были готовы отразить нападение Саладина буквально в любой момент. Для этого надо было, чтобы их ряды постоянно оставались максимально сомкнутыми. Элитные войска тамплиеров составляли авангард, иоанниты были арьергардом, а между ними шли бретонцы, анжуйцы, пуатевенцы, нормандцы и англичане. Ну а Ричард и Гуго Бургундский возглавляли мобильный резерв, который мог бы вступать в бой по мере необходимости.

Важнее всего было, однако, чтобы рыцари оставались дисциплинированными и не поддавались на провокации конных лучников Саладина, которые небольшими группами шли следом за крестоносцами и обстреливали их. Мусульманским воинам не раз удавалось одурачить их, когда те бросались вдогонку за, казалось бы, обратившимся в бегство врагом, но попадали в ловушку — враг вдруг переходил в контрнаступление. Именно так тактику Саладина описал британский историк Дэвид Николл (David Nicolle).

У султана оставалось все меньше и меньше времени. Лучшей защитой Иерусалима было бы помешать Ричарду захватить порт. Тот, в свою очередь, понимал, что по мере приближения его войска к Яффе росла опасность вражеского нападения. 5 сентября он привел своих воинов в Арсуфский лес и устроил им день отдыха. За лесом располагалась открытая равнина, где Львиное Сердце без труда заметил бы многочисленное войско мусульман.

Как писал английский летописец Амброзий, сопровождавший Ричарда в походе на Восток, король хотел, чтобы битва с войском Саладина состоялась именно здесь. Чтобы своевременно задействовать свое главное оружие — рыцарей в тяжелых доспехах, Ричард, по словам Амброзия, расставил на разных позициях шестерых барабанщиков, чтобы те одновременно подали сигнал к началу наступления.

Впрочем, британский историк Томас Эсбридж (Thomas Asbridge) в своей книге «Крестовые походы» привел аргумент в пользу другой версии, процитировав письмо Львиного Сердца настоятелю аббатства Клерво (Clairvaux), написанное им через несколько недель после сражения. В этом письме битва упомянута лишь как бы между прочим, что, по мнению Эсбриджа, «позволяет сделать вывод, что основной интерес Ричарда в этот день состоял в том, чтобы попасть в относительно безопасные окраинные районы Арсуфа». Однако Саладин, в конце концов, завершил наступление своего войска, насчитывавшего, предположительно, до 30 тысяч бойцов, которые, подобно огромной «живой изгороди», преградили путь христианам.

Уже утром 7 сентября султан отдал приказ к наступлению. Воины Ричарда, вооруженные пиками, быстро сформировали «вал», за которым выстроились арбалетчики. Третий «эшелон» составили рыцари. Противнику не удавалось пробить их доспехи, но войско Ричарда потеряло в бою много лошадей. «Франки думали, что их ряды прорваны, и уже не верили, что им удастся продержаться еще хотя бы час и пережить все это», — рассказывал некий свидетель тех событий.

Но пехотинцы Ричарда выстояли. В свою очередь, рыцари, как это бывало во многих средневековых битвах, больше не захотели довольствоваться ролью зрителей. Маршал иоаннитов и Балдуин Карью (Balduin von Carew), «движимые яростью, вызванной унижением, и жаждой крови, выскочили из рядов и галопом бросились на турок», цитировал Эсбридж одного из современников тех событий. За ними последовали и другие рыцари, которые, как часто бывало и ранее, не обратили никакого внимания на легко вооруженных воинов, защищавших их до того момента.

Теперь Ричард попал в своеобразный цугцванг: если бы он заставил остальных своих воинов оставаться на месте, возникла бы опасность, что он потеряет свое основное оружие — рыцарей. Так что ему пришлось отдать приказ к всеобщему наступлению. Во главе резервных сил он пришел на помощь своим рыцарям, уже успевшим устроить настоящую резню. «Повсюду валялось множество обезглавленных трупов — как своих, так и противников», говорилось в христианской летописи. А один из участников сражения из рядов мусульман написал, что многие пали «мученической смертью».

По словам Амброзия, король «перерезал этот отвратительный народ, словно собирая урожай серпом, так что на расстоянии полумили все поле битвы было „устлано" трупами турок, под которыми не было видно земли». Но, как бы то ни было, Ричарду удалось вновь собрать свое войско воедино, которое смогло отразить отчаянные попытки отрядов Саладина к контрнаступлению. Тот в итоге потерпел сокрушительное поражение.

Крестоносцы продолжили свой поход и сумели захватить Яффу, а Саладину пришлось отступить. Впрочем, это поражение не стало для него окончательным, и он смог быстро собрать новое войско. Оно оказалось достаточно сильным для того, чтобы помешать снабжению войск Львиного Сердца, которые нуждались в подкреплении перед штурмом хорошо укрепленного Иерусалима, если бы он вообще решился на него.

Впрочем, в конечном итоге холодный расчет полководца взял верх над страстью крестоносца: Ричард предпринял несколько попыток взять Священный город, но затем сделал выбор в пользу переговоров с Саладином, который признал владычество англичан над побережьем, но смог удержать в своих руках Иерусалим.

Таким образом, цель Третьего крестового похода достигнута не была, и в октябре 1192 года Ричард Львиное Сердце, ослабленный болезнью, в конце концов, покинул Палестину. Впрочем, оставшиеся там увидели, что Саладин вовсе не был непобедим, особенно если действовать против него предусмотрительно и дисциплинированно. Проверять это на практике никто, однако, не решился, а в марте 1193 года султан умер в Дамаске.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.