Когда террористическая организация ИГИЛ защищала свой «халифат» на последней базе в Сирии, 13-летний Даран (Daran) получил указание: готовься, неверные приближаются.

Мальчик подготовился.

«Меня учили наезжать на автомобиле на нападающих и подрывать себя».

Мальчик рассказывает об этом с гордостью.

По происхождению Даран — езид. Езиды — меньшинство, исповедующее собственную религию, которое традиционно проживает на севере Ирака и Сирии.

Дарану было восемь лет, когда третьего августа 2014 года бойцы ИГИЛ напали на езидов в городе Синджар на северо-западе Ирака. Это был геноцид. В Синджаре зарезали примерно пять тысяч езидов, тысячи женщин были изнасилованы.

В последующие недели ИГИЛ вывел из города больше шести тысяч езидов, в основном женщин и детей. Среди них был Даран. Бойцы ИГИЛ его похитили.

Спустя пять лет Даран был готов убивать и умирать за ИГИЛ.

Трагедия детей касается не только езидов. Под жестокой властью ИГИЛ на севере Сирии и Ирака жили больше восьми миллионов человек в течение почти пяти лет. Среди них были миллионы детей: арабы, курды, ассирийцы, христиане, сунниты, шииты и многие другие этнические и религиозные группы.

Большинству этих детей пришлось жить с семьями в условиях войны, но им не пришлось насильственно становиться членами ИГИЛ. Сильнее всего пострадали те десятки тысяч детей, которые жили среди бойцов ИГИЛ и их семей.

ИГИЛ старался разрушить самосознание детей. Ежедневную промывку мозгов проводили в школах, домах и мечетях. Проповеди, боевые искусства, обучение преданности. Детям приходилось быть свидетелями насилия или принимать в нем активное участие.

По меньшей мере 3700 иностранных детей оказались на подконтрольных ИГИЛ территориях потому, что их родители присоединились к движению джихадистов и взяли с собой детей. Приезжали семьи из России, стран Северной Африки и Европы ‒ в общей сложности примерно из 40 стран. Из Финляндии в конфликтные зоны Ирака и Сирии было увезено около 30 детей, говорит Полиция безопасности Финляндии. Однако не все финские дети попали в ИГИЛ.

На территориях, подконтрольных ИГИЛ, родились десятки тысяч детей.

Интервью с детьми, оказавшимися жертвами серьезного преступления, — исключительное явление. «Хельсингин Саномат» рассказывает о детях, пострадавших от тирании ИГИЛ, потому что у этого вопроса есть особая общественная значимость. Сейчас десятки государств, включая Финляндию, размышляют о том, как следует относиться к детям ИГИЛ и как им следует помогать.

Интервью, взятые у детей для этой статьи, как и фотосъемки в Ираке и Сирии, проводились исключительно по разрешению нынешних опекунов детей. В статье использованы вымышленные имена.

Геноцид, совершенный в августе 2014 года, стал крутым поворотом в судьбе езидов. Международное сообщество обратило внимание на бесчинства ИГИЛ. Как следствие, президент Америки Барак Обама (Barack Obama) начал воздушную кампанию против джихадистов.

В итоге организация ИГИЛ стала всеобщим врагом в войнах Сирии и Ирака.

Весной 2019 года ИГИЛ утратила свои последние подконтрольные территории. Из более шести тысяч захваченных езидов 3425 были спасены и возвращены на родину, большинство — в последние месяцы.

Сейчас в безопасности находится и Даран. Его родители пропали, и поэтому он живет у своего дяди в северном Ираке, рядом с городом Дахук.

Мальчик вернулся, но вернулся совсем другим.

Промывка мозгов, проведенная ИГИЛ, отняла у него самосознание. Он больше не считает себя езидом. Он отказывается говорить на родном курдском языке и говорит только по-арабски, на котором его вынуждали говорить в ИГИЛ. Даран говорит, что он не помнит своих родителей. Он скучает по ИГИЛ и хочет вернуться к бойцам организации.

«Я был счастлив в Исламском государстве. Все было хорошо».

Камиран (Kamiran), младший брат Дарана, который провел в ИГИЛ пять лет, переехал от дяди в новый дом. Братья обзывали дядю и других родственников словом «куффар», неверный.

В пустыне на севере Сирии светит солнце. Дорога проходит рядом с городом Хасеке. Затем она идет прямо через пустые территории, на которых начинает появляться больше зелени после весенних дождей. У дороги стоит деревенский дом. По двору бегают куры. На деревьях щебечут птицы.

Это дом-приют для спасенных езидов.

Халифат ИГИЛ утратил эти территории. Курдские бойцы захватывали эту территорию деревню за деревней, город за городом. Последняя база, Багуз, была захвачена в марте.

Хозяин этого приюта Махмуд Рашо (Mahmud Rasho) входит в сеть езидских активистов, которая пытается вернуть езидов, захваченных ИГИЛ, обратно домой или хотя бы в езидское сообщество. В последние месяцы он активно исследует сирийские лагеря беженцев, деревни, освобожденные от ИГИЛ, больницы, полицейские участки и центры реабилитации, чтобы найти езидов, которые смогли вырваться из когтей захватчиков.

Сейчас в убежище находятся три мальчика-езида и одна женщина.

Семилетний Лолан (Lolan) постоянно молчит. У него пустой взгляд, он подавлен.

Двенадцатилетний Нихад (Nihad) пинает во дворе мяч. Он полон радости и много говорит. Он рассказывает, что в последний раз видел своих родителей осенью 2014 года в городе Талль-Афар. Тогда ИГИЛ проводил торги. На них продавали детей.

Нихада и его мать купил боец ИГИЛ.

«Его звали Абу Наиф (Abu Naif), — говорит Нихад. — Он нас выбрал».

Позже саудовец перепродал мать дальше. Нихад остался жить в семье саудовца. Вместе с ИГИЛ он ездил по тем деревням и городам Ирака и Сирии, которые террористическая организация захватывала на разных этапах войны.

Нихад говорит, что ходил в школу. Там его обратили из веры езидов в ислам и учили трактовать Коран в соответствии со взглядами ИГИЛ. Его также учили стрелять из оружия и ненавидеть неверных. Согласно мировоззрению ИГИЛ, неверные — это все остальные люди, не входящие в ИГИЛ, в том числе и мусульмане.

Когда в приют попадает ребенок, ему сначала задают один простой вопрос: ты кто? Часто ребенок не знает ответа.

Не все дети помнят свои настоящие имена. Бойцы ИГИЛ заставляли их использовать арабские имена. Многие не помнят имена родителей или название родной деревни. Документов нет.

Семилетний Серван (Serwan) провел в приюте неделю. Хозяин приюта Рашо пытался найти его родителей через сеть активистов.

В телефоне Рашо ‒ больше двух тысяч контактов в разных группах Ватсапа. Он отправляет фотографии спасенных детей родителям-езидам, которые были вынуждены бежать на Ближний Восток и дальше после атаки 2014 года.

Родители Сервана оказались в Германии. Рашо организовал видеозвонок для мальчика и родителей. Из этого ничего не вышло, потому что Серван не признал своих родителей. Его похитили в возрасте двух лет.

В религии езидов есть черты христианской веры, ислама и зороастризма. Бог один и един, но существует семь ангелов. Самобытная религия часто становится объектом ненависти других людей. По мнению езидов, их народ столкнулся с геноцидом в общей сложности 72 раза.

Осенью 2014 года геноцид произошел в 73-й раз. Геноцид продолжается до сих пор — в головах выживших людей. Их превратили в других людей, никому не известных.

«Когда сюда попадают дети, они не знают, что они — езиды, — говорит Рашо. — Они считают себя арабами и мусульманами и думают, что бойцы ИГИЛ — их семья».

Рашо поет детям езидские песни. Он показывает на компьютере езидские праздники, рассказывает об истории езидов и отвозит детей в езидские деревни.

«Мы пытаемся пробудить в детях воспоминания. Что угодно, что помогло бы им понять, что они — езиды».

Езиды считают, что их забывают и их не защищают. Поэтому хозяин приюта хочет, чтобы о судьбе этих детей сообщали миру. Чтобы мир понял, что с ними произошло.

С детьми, выросшими в условиях диктатуры ИГИЛ, связаны сложные вопросы морали и закона.

С позиции международного права, дети войны изначально являются жертвами, в том числе и те, которых заставили стать бойцами. Дети не выбирали себе службу в ИГИЛ. Их лишили свободы и прав. Детей заставили подчиниться, использовали и пытали духовно и физически. Взрослые виновны в преступлениях против детей — независимо от того, идет ли речь о родителях детей, опекунах, похитителях, насильниках или командующих вооруженными группами.

С другой стороны, многие несовершеннолетние сами приняли решение участвовать в деятельности ИГИЛ. Организация ИГИЛ использовала детей как в повседневной жизни халифата, так и в военных действиях. Нужны были шпионы, проповедники, бойцы, учителя, смертники. Организация ИГИЛ публиковала видео, на которых дети совершали казни.

Для ИГИЛ обучение детей было частью будущей стратегии, утверждает исследовательская организация «Квиллиам» (Quilliam) в докладе «Дети ИГИЛ» (The Children of Islamic State). Радикальные идеи забивали в детей настолько глубоко, что они становились следующим поколением халифата.

Конфликт в Сирии еще не исчерпан. Сейчас захваченные дети страдают от того, что к ним относятся как к врагам. Правозащитная организация «Хьюман райтс вотч» (Human Rights Watch) недавно сообщила, что полицейские Сирийского Курдистана избивали задержанных детей из семей ИГИЛ.

Многие езиды, попавшие в плен ИГИЛ, были освобождены в Сирии, потому что там находились последние подконтрольные территории организации. Когда детей езидов возвращают на родину в Ирак, начинается перестройка самосознания.

Сначала детей надо зарегистрировать, чтобы они официально существовали.

Дахук — оживленный город среди спокойных холмов северного Ирака. В двухэтажном доме в центре Дахука находится центр спасенных езидов.

В коридоре кричит мальчик.

Мать мальчика Гавре Кхадер (Gawre Khader) сидит на диване в подавленном состоянии.

В конце лета 2014 года семья сбежала из своего дома в горной деревне рядом с иракским городом Синджар, но их схватили бойцы ИГИЛ. Мать рассказывает, что они были пленниками ИГИЛ полтора года. Ее муж и ее дочь до сих пор не найдены.

Кричащего мальчика, 13-летнего Ардана (Ardan), привезли матери несколько недель назад. Но мальчик не хочет здесь быть.

«Ла, ла, ла!» — кричит мальчик по-арабски. Нет, нет, нет!

Мальчик называет всех людей, находящихся в комнате, неверными. Он со злобой бегает по комнате и успокаивается только тогда, когда садится на диван, чтобы поиграть на телефоне в военные игры.

«Он не соглашается со мной разговаривать, — говорит мать. — Я не знаю, что с ним сделали. Или что он сделал».

Центр езидов оказывает детям психиатрическую помощь. Привлекаются и международные организации. По словам руководителя центра, дети могут выздороветь, но на это может уйти несколько лет. То же касается и промывки мозгов. Кроме этого, дети получили травму от насилия, которое они испытали или совершили.

У езидов этническая вера. В нее нельзя обратиться, с ней рождаются. Езиды также считают, что от веры нельзя отказаться.

Храм Лалыш, святыня езидов, находится на дальнем холме на севере Ирака. Стоящая рядом нефтеперекачивающая станция выпускает в воздух черный дым.

Во дворе храма нужно ходить босиком, таковы традиции. Вода из источника на склоне стекает в два водоема. Здесь езиды крестят младенцев. В последние месяцы здесь проводятся специальные церемонии: спасенных из ИГИЛ взрослых и детей крестят заново.

Речь идет в том числе и о ритуале очищения.

Бойцы ИГИЛ превращали езидок в секс-рабынь. Эту судьбу пришлось испытать и езидке Наде Мурад (Nadia Murad). Она написала о произошедшем книгу и получила в 2018 году Нобелевскую премию мира. Мурад пробыла секс-рабыней три месяца.

Весной 2019 года езидок, которых бойцы ИГИЛ насиловали четыре года, освободили. Среди них есть женщины, которых вынудили выйти замуж за десятерых бойцов ИГИЛ. Есть беременные девушки-подростки. Есть и изнасилованные мальчики.

«Во время повторного крещения люди могут почувствовать себя так, словно родились заново, — говорит служащий храма Лукман Сулайман (Luqman Sulaiman). — Мы показываем, что они относятся к нашему сообществу и что мы их поддерживаем».

Однако позаботиться удается не обо всех.

Женщины, которые находились в сексуальном рабстве, за последний год родили много детей, отцами которых являются бойцы ИГИЛ.

«Нашему сообществу тяжело принять этих детей. Они были рождены не от любви, а от злобы и принуждения», — говорит Сулайман.

Многие езиды приняли своих жен, вернувшихся из рабства, но отказались принимать «детей ИГИЛ». Женщины были поставлены перед жестоким выбором. Если хочешь вернуться домой, откажись от своего ребенка.

Брошенные дети остались в детских домах, попали в приемные семьи, лагеря или исчезли.

Руководящий совет езидов недавно сделал заявление, согласно которому совет не может принудить отца семьи принять на попечение детей от бойцов ИГИЛ. Это заявление вызвало критику международного масштаба. Его посчитали нарушением прав детей.

Однако езиды — не единственные люди, которым тяжело принять детей от бойцов ИГИЛ. Эта же ситуация имеет место и в других сообществах Ирака и Сирии.

Это клеймо встречается и в западных странах. Примерно 12 тысяч членов семей бойцов ИГИЛ — женщин и детей — сейчас держат в закрытом лагере аль-Холь на севере Сирии. На данный момент лишь несколько стран забрали часть своих граждан из этого лагеря — к примеру, Россия, Косово, Индонезия и Франция.

По информации «Хельсингин Саномат», в лагере аль-Холь находится около 20 финских детей. Финские власти пока не помогли детям попасть из лагеря домой, но над этим вопросом работают.

На внешней стене храма езидов изображен Ноев ковчег и змея. Согласно легенде, в этих горах Ной построил свой ковчег. Когда начался потоп, змея закрыла собой брешь в ковчеге.

Такова вера езидов.

Сулайман говорит, что несчастья испытывают веру езидов в спасение. Надежда все-таки появилась.

«Для жертв это настоящий кошмар, но когда-нибудь это все закончится, — говорит он. — Надеюсь, Бог накажет тех, кто с нами так поступил».

 * запрещена в России, прим. ред.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.