В начале Войны-продолжения (Советско-финской войны 1941-1944 годов — прим.ред.) президент Ристо Рюти (Risto Ryti) хотел, чтобы граница Финляндии и Советского Союза стала короче. В разговоре с послом Германии в Финляндии Випертом фон Блюхером (Wipert von Blücher) 11 сентября 1941 года Рюти предложил вариант границ, которые доходили бы до Невы и Свири рядом с тогдашним Ленинградом. На севере финская сторона хотела присоединить к себе и Кольский полуостров.

Лучшим вариантом для Финляндии стало бы отсутствие общей границы с СССР или с Россией. Германия, в свою очередь, могла бы распоряжаться территориями в районе Беломорской Карелии, прилегающими к новым границам Финляндии.

Об этом сообщается в новой книге Маркку Реймаа (Markku Reimaa) «Суфлер Кекконена — серый кардинал Ааро Пакаслахти» (Kekkosen kuiskaaja — harmaa eminenssi Aaro Pakaslahti). Пакаслахти — дипломат, который возглавлял политический отдел и канцелярию МИД в годы войны. В книге использованы его записи, которые ранее не публиковались.

Война-продолжение шла уже несколько месяцев на момент упомянутого выше разговора президента Рюти и посла нацистской Германии. Войска Финляндии и Германии продвинулись вглубь Советского Союза. Казалось, что СССР неизбежно потерпит поражение.

В записях Пакаслахти упоминается, что министр иностранных дел Финляндии Рольф Виттинг (Rolf Witting) и посол фон Блюхер хотели обсудить территориальные цели войны уже в конце августа. Но, как тогда выяснилось, рейхсканцлер Германии Адольф Гитлер (Adolf Hitler) еще не был готов заниматься этими вопросами.

В книге также рассказывается о планах на послевоенное время, которые были разработаны на более низком уровне. Доктор технических наук Рейно Кастрен (Reino Castrén), служивший в разведке главного штаба и в военной администрации Восточной Карелии, описал в своих записях план собрать все родственные финнам народы. В плане речь шла в том числе о мордве и хантах.

Полагалось, что на территориях, прилегающих к Финляндии, проживали примерно 850 тысяч представителей народов, родственных финскому, а на других территориях — примерно 2,5 миллиона. Несмотря на трудности военного времени, эту группу нужно было собрать вместе на государственной территории Финляндии, с которой в то же время был бы удален «инородный материал». Так было бы создано «сильное свободное поселение крестьян, к чему в северных условиях были хорошие предпосылки».

Ленинград, то есть Санкт-Петербург, Кастрен характеризовал как «искусственное творение и бремя России». Поскольку территории у Ленинграда присоединили бы к Финляндии, он не смог бы остаться большим городом. На его месте предполагалось оставить «вольный» город, который был бы под контролем финнов и немцев.

После войны Кастрен играл значительную роль в планировке строительства метро в Хельсинки.

В книге сообщается, что знаменитая «Клятва меча» Карла Маннергейма 11 июля 1941 года вызвала раздражение представителя министерства иностранных дел Пакаслахти. Он позвонил в информационный отдел ставки и отчитал его сотрудников за вмешательство во внешнюю политику.

Пакаслахти думал, что «Клятва меча» была составлена информационным отделом. Однако на самом деле это сделал генерал Вильо Туомпо (Viljo Tuompo) в соответствии с указаниями маршала Маннергейма. Приказ восприняли как планы Финляндии присоединить к себе приграничную Карелию, что вызвало обеспокоенность за границей. Финские дипломаты были вынуждены успокаивать мировую общественность.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.