Фонд MAPFRE на выставке повествует об увлекательном приключении грез и утопий.

В 1934 году Андре Мальро присутствовал на собрании советских писателей в Москве. Во время дискуссии с Максимом Горьким французский писатель сказал: «Искусство — это не повиновение, а завоевание». Модернисты всегда несли знамя свободы и не преклонялись ни перед царем, ни перед большевиками.

Два года назад, по случаю столетия российской революции, выставок, посвященных тому периоду, во всем мире стало больше: в Королевской академии в Лондоне, в Нью-Йоркском музее современного искусства, в Музее Стеделейк в Амстердаме и так далее.

Одна из них проходит сейчас в фонде MAPFRE в сотрудничестве с форумом Гримальди в Монако и повествует об увлекательной авантюре грез и утопий, начавшейся в 1905 году — ключевой точке в истории России, ибо восстание, которое разразилось в Санкт-Петербурге, и которое Николай II подавил жестоко, означало конец целой эпохи. Эта авантюра закончилась в 1930 году.

В июле (на самом деле в апреле — прим. пер.) того же года Маяковский совершил самоубийство в Москве. Его последними стихами были: «Как говорят — „инцидент исперчен", любовная лодка разбилась о быт». В своей штаб-квартире в Мадриде Фонд MAPFRE собрал около ста работ 29 художников под названием «От Шагала до Малевича: искусство в революции». Они были предоставлены такими учреждениями, как Третьяковская галерея, Пушкинский музей и Государственный Русский музей в Санкт-Петербурге.

Революционеры до революции

Жан-Луи Прат, куратор выставки и большой знаток этой эпохи, обращает внимание, что «не революция выковала авангардистов и современность. Можно подумать, что это сделали они. Но, возможно, это были мужчины и женщины, которые хотели сменить форму правления страной и мечтали о свободе? Художники провозгласили себя революционерами до начала самой революции». Это был динамичный, лихорадочный период, заполненный творчеством во всех областях: музыка, театр, танец, живопись и так далее.

Главными героями этой истории являются два русских творца, художественное видение которых полностью отличается. Картины Марка Шагала, всегда одной ногой в еврейских корнях, а другой в мире сна, наиболее поэтичны и повествовательны. Также на выставке присутствуют его различные автопортреты и такие известные работы, как «Прогулка», где изображен сам художник и его жена Белла, которую он держит за руку и не дает ей улететь. Работы же Казимира Малевича куда более радикальны, они стремятся превратиться в абсолютную абстракцию. Это относится и к знаменитому «Черному квадрату», ставшему теперь символом. Основатель супрематизма (превосходство чистого чувства в творении) в 1913 году перевернул искусство благодаря черному квадрату, который удивил каждого. «Картина в своем „нулевом уровне", в минимальном виде: минимум цвета (только черный), минимум фигурных элементов (квадрат, вписанный в другой квадрат) и минимум перспективы (по сути, ее нет)». На стене эта работа расположена рядом с «Черным крестом» и «Черным кругом», таким образом составляя самый известный абстрактный триптих в истории искусства.

Также представлены архитектоны Малевича и работы с фарфором конца 20-х и его более яркие работы 30-х годов, такие как «Спортсмены», «Сложное предчувствие» или «Голова крестьянина», где персонажи изображены без лица. Если говорить об абстракции, то нельзя не вспомнить о Кандинском, одном из основателей творческого объединения «Синий всадник», музыкальная живопись которого достигает огромных духовных высот через форму и цвет. Это относится к таким полотнам, как «Два всадника и лежащая фигура», «Сад в Мурнау II» и «Смутное».

Кубизм и другие —измы

В начале прошлого века группа русских художников отправилась в Берлин и Париж, где открыла для себя Сезанна. Кубизм Брака, Пикассо и Гриса был найден в коллекциях двух русских меценатов: Щукина и Морозова. Но, помимо кубизма, было множество —измов, которых впитали русские модернисты (неопримитивизм, футуризм Маринетти, фовизм, конструктивизм и так далее). Кроме того, они способствовали появлению лучизма.

Женщины играли не второстепенную роль в русском авангарде, а, напротив, были главными действующими лицами, как и их коллеги-мужчины, и работали на равных условиях с ними. Живописная архитектура Любови Поповой, конструктивизм Александры Экстер и Варвары Степановой. Они с Александром Родченко покинули ряды русских художников, заявивших о смерти живописи, и посвятили себя созданию мебели, платьев, конструкций для театра. Наряду с ними также выделялись и другие имена женщин-художников, таких как Наталья Гончарова, Ольга Розанова, Надежда Удальцова, Елена Гуро и Мария Эндер.

Цензура

В выставочном зале висят некоторые ценные трехмерные конструкции, которые Лисицкий задумал для экспериментального представления «Победа над солнцем». В 20-е годы он возобновил футуристическую оперу, придуманную поэтом Алексеем Крученых с музыкой Матюшина и созданными Малевичем украшениями и фигурами. Актеры были заменены куклами, и так никогда не появились на сцене.

Но авангардисты стали подрывными элементами коммунистической партии: их не поддерживали, поскольку считали представителями элиты. Партия делала ставку на социалистический реализм. Художники вроде Малевича и Филонова всегда были объектами преследования и подвергались цензуре тоталитарного режима. «Коммунизм пытался избавиться от этих работ, но их удалось сохранить» — сообщает куратор [выставки]. Жан-Луи Прат и Надя Арройо, директор по вопросам культуры в Фонде MAPFRE, высоко оценили работу Пабло Хименеса, предшественники Арройо на посту, который и запустил этот проект.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.