По случаю старта чемпионата мира по футболу, я пообщался с людьми, которых встретил в своих путешествиях по Центральной и Северной Европе, и расспросил их, что они думают о России, как месте проведения для такого события.


Некоторые просто вздохнули, мол, бесчестные политики из ФИФА победили. Один таксист из Праги, помня вторжение СССР на территорию его страны в 1968-м, с ненавистью относится к тому факту, что турнир состоится в России. Зато другой чех просто пожал плечами, ведь большинство людей, особенно молодежь, не помнят жизнь при коммунизме, поэтому сосредоточатся только на футболе.


И действительно, когда начнется чемпионат, все мысли футбольных фанатов будут только о сомнительных пенальти, голах и о том, сколько времени компенсируют судьи в конце матча. Но стоило бы также задуматься о самой России и тех этических принципах, которыми руководствуются при выборе мест проведения масштабных событий в таком ныне коммерческом и политизированном мире спорта.


Аргументы против России


Каждый раз, когда возникает вопрос, кто будет принимать чемпионат мира по футболу или Олимпиаду, разгорается дискуссия о критериях отбора. Здесь учитывают такие технические факторы, как экономические и инфраструктурные возможности устроить глобальный праздник, а также упорное желание способствовать распространению идеи спорта в новых уголках мира.


Учитывают не только спорт. Организаторы всегда размышляют и о том, не случится ли так, что право проведения достанется неправильной стране — такой, которая может испортить репутацию крупного спортивного события.


Так уже было с рядом городов и стран. Вот как в 1978 году во время чемпионата мира в Аргентине (военный переворот), в 1968-м во время Олимпиады в Мехико и 1988-м в Сеуле (массовые демонстрации и насилие), в 2002-м во время Игр в Солт-Лейк-Сити (взяточничество), в 2008 году на Олимпиаде в Пекине (нарушение прав человека и разгон митингов в Тибете), и на чемпионатах мира в 2010-м в Южной Африке и 2014-м в Бразилии (плохое финансовое обеспечение и не слишком продуманная организация).


Поэтому из-за вероятности митингов Россия должна была быть первым кандидатом на вылет из списка претендентов на проведение праздника. И, кажется, ей сделали большое исключение, несмотря на откровенно нахальное поведение с момента получения права на проведение чемпионата мира (а ведь были Зимние Олимпийские игры в 2014 году). Поражает то, что Россия имеет репутационные изъяны как в пределах мира спорта, так и вне его.


Крайне негативную славу Россия получила за свою широко распространенную государственную программу использования допинга. Здесь можно вспомнить и тот случай, когда во время Олимпиады в Сочи в 2014 году через специальное отверстие в антидопинговой лаборатории россияне пытались заменить положительные анализы мочи на отрицательные. Как следствие, во время зимних паралимпийских игр этого года в Пхенчане российским атлетам запретили выходить на соревнования с национальным флагом и выступать от имени России.


Ну а если перечислять погрешности страны вне мира спорта, то получается тот еще список.


Болельщики, которые собираются в Россию, должны также остерегаться хулиганства, а еще «национализма, гомофобии и сексизма». Присутствие этих явлений в российском футболе доказано документально.


Влияние ФИФА и культ денег


Россия, конечно же, все бурно отрицала, подняв шумиху и сетуя на лицемерие наиболее активных критиков. Последнее имело некоторый смысл: Россия не монополизировала посягательства на чужие территории, внутренние репрессии и тщательно продуманные коррупционные схемы.


Несомненно, процесс, благодаря которому Россия и Катар выиграли право на проведение чемпионатов, полон недостатков. И большим лицемерием отдает и от побежденных, которые внесли свою лепту во все это представление. Лишь несколько стран, заявившие о желании принимать спортивные события в 2018 и 2022 годах, вышли сухими из воды после длительного, хотя и неидеального, расследования американского прокурора Майкла Гарсиа о процессе принятия решений в ФИФА. Чего только стоит Австралия, которая впустую потратила 40 миллионов долларов государственных средств, чтобы убедить организаторов отдать ей право на проведение чемпионата мира в 2022 году.


И изящная русская наглость делает страну особенно подозрительным объектом для тех, кто задается вопросом, какие усилия пришлось приложить России, чтобы в свете событий последних лет ее не лишили права проведения чемпионата хотя бы из этических соображений.


И этот случай многое говорит о коммерческих и политических основах мира спорта. Ничто не иллюстрирует это лучше, чем период президентства Жуау Авеланжа и Зеппа Блаттера в период с 1974 по 2015 годы, когда ФИФА заработала себе статус машины воздействия, махинаций и вытягивания денег.


Момент истины наступил для ФИФА тогда, когда в 2015 году на конгрессе в Цюрихе арестовали ряд топ-чиновников. Это продемонстрировало совсем другой образ организации — не такой, который сложился после просмотра абсурдной пропагандистской документальной драмы «Лига мечты» (United Passions), снятой ФИФА в 2014 году.


Блаттер и многие его приспешники исчезли. Но мало кто проявил желание пересмотреть спорную победу России и Катара и объявить новый конкурс на право проведения чемпионата. И это несмотря на попытки таких политиков как, например, экс-премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон.


Не достигли результата и призывы бойкотировать чемпионат мира по футболу-2018. Глава МИД Австралии Джулия Бишоп не решилась на меры против России из-за того, что та, вероятно, получила право на проведение праздника путем обмана, однако отметила, что бойкотировать турнир, несомненно, надо. До сих пор решение поддерживать дипломатический бойкот согласились лишь несколько стран, среди которых Великобритания, Польша и Исландия.


Новые стандарты отбора


Приняли ли в ФИФА, теперь уже при Джанни Инфантино, какие-то меры для того, чтобы такие страны как Россия никогда больше не получали право на проведение крупных спортивных событий после того, как международное сообщество так негативно оценило их поведение?

 

Вскоре сможем понять. Сегодня, накануне первого матча футбольного турнира, 68-й конгресс ФИФА соберется в Москве чтобы решить, кто будет принимать чемпионат мира в 2026-м. Появилось несколько новых правил, среди них — более жесткий процесс принятия заявок на участие в отборе и открытые бюллетени для всех членов голосования. Вот некоторые новые положения конкурса: кто бы ни принимал чемпионат мира по футболу, они должны доказать, что знают и имеют все то, что необходимо для проведения турнира; они также обязаны официально подтвердить, что при организации сопутствующих мероприятий будут придерживаться всех общепринятых принципов, а также уважать международно признанные права человека и стандарты труда, в соответствии с основными принципами ООН.


На проведение Мундиаля-2026 есть только два претендента — Марокко и совместная заявка от Северной Америки, объединяющая Канаду, США и Мексику (на конгрессе ФИФА в Москве США, Канада и Мексика были выбраны странами-хозяйками чемпионата мира — 2026, — прим. ред.). Последняя имела в своей истории случаи нарушения прав человека, в то время как американский президент Дональд Трамп ввел визовые ограничения и пригрозил тем странам, которые не поддержат заявку их страны.


Дадут ли новые правила справедливый результат? Экс-глава отдела корпоративных и общественных дел Федерации футбола Австралии Бонита Мерсиадес так не думает. В свое время она написала книгу «Чего бы это ни стоило: история пути ФИФА» и поддержала коллег, которые выступили за реформирование организации.

 

Эти люди, а также недавно образованная Foundation for Sports Integrity убеждены, что ФИФА должна перейти под контроль фанатов и самих спортсменов. Среди принципов обновленной организации правозащитники также дают рекомендации по отбору стран, принимающих все следующие спортивные события: создать комитет экспертов со всего мира, которые бы знакомились и рекомендовали те или иные страны. Цель — способствовать роли чемпионата как механизма реализации мягкой геополитической власти и создания имиджа страны, а также создать так называемых «стражей» конкурса и обязать ФИФА составить четкие требования к правительствам тех принимающих наций, которые компрометируют внутреннее и международное законодательство.


Такие радикальные предложения могут привести к отказу от тех чрезмерных требований и гигантских сумм денег, которые должны выполнять и тратить страны, принимающие большие спортивные события. Сомнительная победа России должна была стать стимулом к переменам.


Ожидается, что в течение следующего месяца более трех миллиардов людей будут хотя бы частично наблюдать за нынешним турниром. Будем надеяться, что они смогут оторваться от эффектного представления и задуматься, как турнир, представляющий такую красивую игру, мог состояться в России и стоило ли ради этого ставить на кон этические принципы.