Резюме


1. [Министр иностранных дел ФРГ Ганс-Дитрих] Геншер озабочен нестабильностью в ГДР. Вновь подтверждает неизменную приверженность ФРГ НАТО и Европейскому сообществу и укреплению СБСЕ. Признает необходимость обсуждения последствий объединения Германии для НАТО и Европейского сообщества, но не поддерживает чрезмерного спонтанного планирования, учитывая динамику ситуации и необходимость ожидания результатов выборов в ГДР.


Детали


2. Госсекретарь [США Джеймс Бейкер] провел 50-минутную встречу с Геншером сегодня днем. Основной темой стал вопрос объединения Германии. Госсекретарь поинтересовался, завершатся ли выборы в ГДР к 18 марта. Геншер выразил надежду на то, что именно так и будет. Продлиться до 6 мая они никак не могли. Решение о проведении выборов было правильным, хотя он и сомневался в этом. Любая стабильность в ГДР — результат исключительно разумного поведения народа, а не авторитета государства или отдельных политиков. Ситуация была весьма нестабильна, что только усилилось бы (момент, по которому Геншер несколько раз выражал беспокойство). Лучшим испытанием на устойчивость стал бы показатель количества покидающих страну. Если бы ожидания народа ГДР не были оправданы, эта цифра возросла бы. Ожидания были преувеличены, но новое правительство не смогло добиться скорейшего существенного изменения образа жизни своих граждан. Все, что оно могло предложить — новое начало. Именно поэтому ФРГ должна была предложить ГДР политическую перспективу единства и экономическую перспективу существенной помощи. Принципиальным моментом была валюта: хорошие деньги за хорошую работу. Перспектива единства была сопряжена с трудностями, но к ГДР нельзя было относиться как к иностранному государству. Решить проблемы было бы легче, оставайся люди там, а не мигрируя в ФРГ. В этом контексте Геншер дал высокую оценку недавним замечаниям Горбачева об объединении, сделанным с целью внушения надежды немцам в ГДР.


3. Госсекретарь заявил, что мы понимаем динамику, с которой сталкиваются немцы, но есть несколько областей, где союзники и партнеры должны начать дискуссии, а именно по вопросам НАТО, членства в Европейском сообществе, Четырех Держав и СБСЕ. Как подгадать подходящее время для подобного рода дискуссий? Рано или поздно этим следовало заняться — проявив, очевидно, тактичность в отношении избирательного процесса. Накануне в Брюсселе Геншер говорил о неофициальных дискуссиях с Францией и Великобританией.


4. Геншер сказал, что ряд вопросов (социальная, медицинская, инвестиционная, денежная, коммерческая инфраструктура) могут быть решены вне рамок того, что он назвал порогом Альянса и Четырех Держав. Вопрос заключался в том, как все это будет происходить в контексте объединения, являвшегося решением не только для ФРГ, но и для ГДР. Он не знал, каким образом демократическое руководство ГДР определит свои решения после выборов. Он полагал, что в ближайшем будущем они захотят единства, дабы решить насущные внутренние проблемы. ФРГ, тем временем, могла говорить только за себя. Немецкое правительство не хотело ни расширения НАТО, ни прекращения своего членства в ней. Они хотели, чтобы эти два альянса стали неотъемлемой частью общеевропейских структур. Показательным был его собственный разговор с министром иностранных дел Польши. Поляк согласился с Геншером в том, что нейтрализация Германии будет неправильным шагом. Эта мысль была бы понятна, если бы исходила от британского, французского или какого-то другого министра иностранных дел НАТО. Ее особое значение заключалось в том, что говорили об этом именно поляки. Федеральное правительство Германии часто заявляет, что не хочет изолировать себя, и своим словам верно. Они будут способствовать интеграции Европейского сообщества и — параллельно — развитию процесса СБСЕ. Мы все рано или поздно поймем, какое невероятное значение процесс СБСЕ имеет как в целом, так и в плане помощи Советскому Союзу в стремлении сохранить свое лицо. Саммит СБСЕ, посвященный будущему Европы, станет важным инструментом, который поможет Советскому Союзу примириться с расшатавшейся Организацией Варшавского договора. По словам Геншера, говоря о том, что он не хочет расширения НАТО, он имел ввиду другие государства помимо ГДР. Русским необходимы заверения в том, что если, например, польское правительство однажды покинет Организацию Варшавского договора, они не станут следующими, кто присоединиться к НАТО.


5. Госсекретарь сказал, что НАТО будет необходимо обсудить доктрину и позицию, но Геншер не видит пользы от того, чтобы начинать обсуждение прямо сейчас. С другой стороны, представители военного командования терпеть не могут неопределенности. Геншер заявил, что не видит причин, по которым военные последствия уменьшения угрозы в Европе не стоит обсудить немедленно. Но будущий политический ландшафт подвержен действию динамично развивающегося процесса, и мы не должны руководствоваться одними лишь планами. Означает ли это, спросил госсекретарь, что позиции будет позволено развиваться? Геншер ответил утвердительно, но подчеркнул необходимость наличия определенного количества фиксированных ориентиров. Одним из них было Европейское сообщество, другим — НАТО, а третьим — процесс СБСЕ, который Германия хотела продвигать. Причем все три неотделимы друг от друга.


6. Госсекретарь поинтересовался, как Геншер оценивает позицию СССР. Как теперь он относится к присутствию своих войск в ГДР, а американских — в ФРГ? По-прежнему ли он стремится к тому, чтобы американские войска покинули Германию, или считает их частью нового порядка?


7. Геншер сказал, что для ответа на этот вопрос необходимо понять подоплеку американского и советского присутствия. Отчасти оно стало следствием Второй мировой войны. Но географически Советский Союз также является частью Европы, нравится нам это или нет. Говоря об американцах, мы создали два инструмента, с помощью которых они оказались включены в европейский процесс: НАТО и заключительное соглашение СБСЕ. Варшавский договор означал, что Советский Союз мог связать с собой страны, находившиеся в российском «палисаднике». Для США альянс предоставил возможность присутствия в Европе. Без учета вопросов прав, приобретенных в результате Второй мировой войны (аргументы, никого особо не впечатлившие), Западный Альянс отличался от Организации Варшавского договора в том, что касается европейской стабильности. По этой причине американцы сохранят присутствие в Европе — причем не против воли россиян. События на Мальте показали то, как двигается Советский Союз. В то же время Россия придает большое значение психологическим причинам сохранения своих сил в ГДР, но не обязательно на нынешнем уровне. Вопрос численности советских войск в ГДР не обязательно связан с немецким единством или членством ГДР в Организации Варшавского договора. Но теперь Геншер знает, какова будет позиция нового правительства ГДР.


8. Госсекретарь высказал предположение о том, что народ ГДР или единой Германии захочет вывода советских войск. Геншер заявил, что разные страны занимают разные позиции. Венгры и чехи хотели ухода русских. Поляки хотели сокращения количества российских войск: они знали, что затрагивают больную тему. Обсуждение этих вопросов было слишком статичным в условиях динамично развивающейся ситуации. Довольно скоро целый ряд вопросов представится в ином свете. В одном он был вполне уверен: немцев не стоит наделять таким статусом, который вывел бы их за пределы Европы. Геншер не верил в то, что сказанное [Хансом] Модровым (Hans Modrow) о немецком нейтралитете отражает мнение его начальства. Он не мог представить, что русские хотят выхода Германии за пределы европейских структур. Вот в чем заключается важность СБСЕ — партнерство и способ продемонстрировать Советскому Союзу наше нежелание менять баланс сил. Затем Геншер вновь выразил беспокойство по поводу внутренней ситуации в ГДР. Русские не станут мобилизовывать силы, но никто не мог также утверждать, что ответ находится в области ответственности Четырех Держав. Самой неотложной задачей было избежать хаоса в ГДР. Он согласился с замечанием госсекретаря о том, что речь идет не о вводе армейских или полицейских сил для поддержания порядка, а о том, чтобы убедить людей держать чемоданы наготове. Это, в свою очередь, означало практическую помощь, а также движение к экономическому и валютному единству ФРГ и ГДР. До выборов это произойти не может, но и пересуды имеют положительный эффект. Производительность труда в ГДР снизилась по меньшей мере на 5 %, поскольку внимание уделялось не столько работе, сколько разговорам.


9. Госсекретарь заявил, что в своем выступлении в Бонне пытался продемонстрировать понимание данных проблем. Он был уверен в том, что Геншер час за часом будет держать нас в курсе дела. Мы должны задуматься обо всем этом, даже если не имеем пока возможности способствовать началу дискуссий. Он вновь затронул необходимость рассмотрения вопроса о том, как справиться с российским давлением на переговоры Четырех Держав. Геншер говорил о визите Бейкера в Москву. Реальная задача состоит в открытии перспектив, которые заинтересуют миллионы мирных жителей Европы. Мы должны сделать все возможное для сохранения стабильности.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.