На грубых кирпичных стенах висит паутина. Валентина втягивает голову в плечи и, охая, спускается по ступенькам в узкий подвал. Внизу в сумеречном свете можно разглядеть две шаткие скамейки и пару стульев. 79-летняя женщина проверяет достаточно ли там свечей. Она посчитала: горят семь свечей. Более, чем достаточно для одной ночи, когда снова начнут рваться снаряды. «Прошлой зимой здесь было особенно трудно. Надеюсь, в этом году будет иначе», — говорит Валентина. Ее дыхание застывает в воздухе. Потом, тяжело ступая, она снова идет наверх навстречу свету.


В Каменке на востоке Украины осталось мало жителей. Перед началом конфликта в деревне жили примерно 700 человек. Теперь осталось 96, более трети из них — старики. Отлитый из железа советский солдат показывает, почему ушло так много людей: снаряд, больше года назад прилетевший с фронта, который находится совсем рядом, оторвал ему одну руку. Теперь этот инвалид из металла в середине деревни напоминает о павших.


Валентина родилась перед Второй мировой войной. Ее отец, ее брат и ее сестра не пережили ту войну. Теперь она боится, что сама умрет в этом конфликте, который она просто не в состоянии понять. С 2014 года украинская армия и ополчение Донбасса, поддерживаемое Россией, противостоят друг другу.


«Кто бы мог подумать, что я еще раз переживу такое. Проводить ночи в подвале. Свои стреляют в своих. Даже у меня в огороде снаряд разорвался», — говорит пожилая женщина на пути к своему небольшому жилищу. Консервированные овощи в пузатых банках всегда помогали ей прожить зиму. «Теперь у меня этого не будет. Но у меня еще есть куры и сад», — говорит она упрямо.


В ее маленькой квартире гуляют сквозняки. Но тем не менее, благодаря Международному Комитету Красного Креста, у нее есть уголь, чтобы топить печку, и пакеты с продуктами питания, но в первую очередь немного мужества. «Обстрел нашей деревни — это ужасно. Мы так часто слышим, как идут бои у Авдеевки. Даже до войны нам жилось не легко, а теперь тяжело как-то сохранять надежду», — говорит пожилая женщина.


Это знает и Фархана Джавид (Farhana Javid). Психолог МККК и ее команда четыре месяца регулярно посещают бабушек у линии фронта. Проект скоро закончится, но должен продолжаться в других деревнях. Пожилые женщины радуются каждому посещению. «Сначала они были настроены скептически. Психолог: с психологами говорят только сумасшедшие», — вспоминает 38-летняя психолог. А теперь сердечные объятия при встрече. Старики Каменки рады, когда их кто-нибудь слушает. Им помогает, когда у них появляется чуть больше уверенности.


Анна Зотова — одна из помощниц Красного Креста. Эта 33-летняя женщина улыбается, когда Валентина входит в общинный зал. Он расположен между подвалом и квартирой Валентины. Небольшое помещение советского времени, с потолка сыпется штукатурка. Здесь угощают кофе, чаем и немного пирогами. И есть люди, которые слушают тебя и проявляют понимание. То, что старушки как в мирное время заботятся о своем огороде, консервируют свой урожай, уже является важным шагом, говорят помощники. Банка варенья собственного изготовления в Каменке может уже стать маленькой надеждой. А варенье у Валентины сладкое, как в мирное время.


У старушки — три дочери. Они живут в Донецке, это меньше 20 километров на другой стороне фронта, который официально называется «контактной линией». «Я главным образом езжу к дочерям. Меня, старую женщину, пропускают побыстрее. Мне редко требуется больше девяти часов», — говорит она. Девять часов на 20 километров. Валентина привыкла к этому безумию.


Четырехполосная улица, идущая вблизи Каменки, — дорога призраков. Из асфальта пробивается трава, ближайший мост взорван. На блокпостах происходит проверка проезжающих. 20 километров для такого конфликта — невероятно большое расстояние. Одну из дочерей она тем не менее привезла из Донецка временно к себе в Каменку. Дочь больна, и пожилая мать ухаживает за ней. Регулярно она звонит остальным дочерям, чтобы спросить: «У вас все в порядке?» Больше Валентина не может себе позволить. «Но так приятно услышать дочерей. Им там тоже нелегко», — говорит пожилая женщина. Тем тяжелее становится тишина, наступающая после телефонного разговора.


Во время конфликта люди страдают по обе стороны. Окопы — это не «контактная линия», они разрушают семьи, дружбу. Но старики Каменки упорно ждут. А что им еще остается делать? «Только не терять надежду», — говорит Валентина на прощанье.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.