Оптимизм — дело нелегкое. Легко ошибиться, ведь где-нибудь постоянно что-то идет не так. Поэтому надежнее всего предостерегать и описывать будущее в мрачных тонах.


Так что антиутопия в последние годы стала излюбленным жанром, и эта тенденция только усиливается. Кажется, все сейчас идет не так, возможно, даже стремится к уничтожению. Лучше хотя бы успеть вовремя сбежать с тонущего корабля.


Для каждого пессимистического прогноза есть реальные причины, но все эти предостережения заслоняют важные позитивные тенденции и в худшем случае могут парализовать принятие рациональных решений. Негативное развитие событий кажется предопределенным.


Но предсказатели мрачного будущего чаще ошибаются, чем говорят правду. Вот пять пессимистических положений, которые скоро изменятся или которые возможно изменить.


Евро обречен, а европейское сотрудничество потерпит неудачу


Кризисы действительно идут один за другим, и только что начало развиваться самое большое потрясение — брексит. Но историю с евро и ЕС можно также описать и как успех. Общая валюта функционирует ровно так, как и было задумано. Центробежные силы Европы и историческая склонность к расколу держатся в узде. Ни одна страна, где в ходу евро, не может и не хочет выйти из союза. Германия вынуждена приспосабливаться, в южной Европе впервые в истории появились крепкие денежно-фискальные и политические институты. Если бы у всех были их старые плавающие валюты, раскол был бы гораздо хуже, торговля — слабее, а неопределенность — больше.


Грядет война


Оккупация Россией Украины бросает вызов безопасности и порядку в Европе, а война в Сирии — гуманитарная катастрофа для сирийского народа. Но, в отличие от других кризисов в Европе и на Ближнем Востоке, на этот раз последствий для окружающего мира относительно мало. На востоке Украины идет вялотекущая война, но остальная Европа живет в мире. Ни одна из стран Европейского союза и ни один член НАТО не были в нее втянуты. НАТО усилила оборону Прибалтики и Польши.


Швеция и Финляндия наращивают вооружения. Вместе страны Прибалтики организовали сотрудничество, которое уменьшает возможности России. Никто не должен недооценивать Москву, но по сравнению с западными странами Россия слаба с военной, экономической и социальной точек зрения, бедна и обладает нулевой международной легитимностью, если не считать Северную Корею.


Грядет глобальное потепление


Это не так. Уже два года как кривые показателей стали меняться в нужную сторону, в первую очередь потому, что Китай больше не увеличивает потребление угля, но также и потому, что быстро растет использование энергии солнца и ветра, конечно, с низких уровней, но тенденция уверенная. Ожидается, что электричество, полученное от солнечных батарей, вытеснит уголь с 80% мировых энергетических рынков. Двигатели внутреннего сгорания потеряют актуальность гораздо быстрее, чем рассчитывали всего какой-то год назад.


Климатическая угроза до сих пор была причиной скорее международной сплоченности, нежели раскола. Президент США сейчас — деструктивный партнер, но в остальном политические лидеры, инвесторы, руководители предприятий и общественность полны твердой решимости прекратить выбросы углекислого газа.


Терроризм подрывает доверие и безопасность, а также угрожает совместному существованию мусульманского и западного мира


Напротив. Все европейские страны, подвергшиеся исламистскому террору, реагируют одинаково: сначала манифестация единства за пределами религиозных и культурных границ, а потом сосредоточенная и методичная суровая борьба полиции против терроризма.


Исламистский терроризм — не какая-то мистическая сила. Это что-то вроде паравоенной стратегии, которая используется, чтобы осуществлять месть и угрожать противникам. Вполне возможно препятствовать, осложнять и преследовать по закону террористические преступления. Как и любая другая правоохранительная деятельность, борьба с терроризмом не дает стопроцентного результата, но в особенности европейские страны раз за разом показывают, как они дают отпор террористическим группам. Идеологический и сепаратистский террор — смертельная часть нашей истории, но борьба не проиграна.


Тесно связанный с этим тезис, актуальный, по крайней мере, в Швеции: ничто не может помешать бандам захватывать пригороды


Напротив. Есть большой международный опыт того, как бороться с городским насилием. С немногочисленными исключениями смертельное уличное насилие связано с конкуренцией между группировками и торговлей наркотиками. Появляются новые этнические группы и вытесняют старые мафиозные формирования, а также пытаются нейтрализовать полицию. Так это издавна было в любом крупном американском городе, и так сейчас обстоят дела в странах вроде Швеции и Дании. Американские города после бандитских войн 80-х годов сделали ставку на усиленное присутствие полиции, чтобы улицы и площади принадлежали порядочным гражданам. Швеция сейчас делает то же самое, что и стало главным посланием воскресной речи премьер-министра. Социал-демократы, умеренные и даже левые внезапно отказались от своей старой болтовни о том, что количество полицейских не имеет значения. Все полюбили камеры наблюдения, особенно торговцы в пригородах.


Есть и многие другие медленные и долгосрочные позитивные тенденции, особенно в том, что касается глобальной, но постепенно уменьшающейся бедности, улучшения гигиены, снижения смертности, количества войн, но даже эти пять острых кризисов можно урегулировать.


Кроме того, скоро Швеция разберется со своей политической нестабильностью. Турбулентность недоверия этого лета показала, что правительство обязательно должно иметь поддержку парламентского большинства.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.