В выходные, выехав из столицы Бурятии Улан-Удэ на восток вдоль реки Амур, «Лада» продолжила свой путь от Выборга до Владивостока во второй по величине город Дальнего Востока Хабаровск. Там Реета-«Лада» очутилась вечером в понедельник, 23 мая.

Это означает, что за время нашего путешествия мы въехали в седьмой часовой пояс. На одометре накрутилось 2878 километров.

Здесь автодорога пару тысяч километров идет вдоль реки Амур и границы с Китаем, и предварительная информация о ней не обещала ничего хорошего. Страхи оказались напрасными, дорога большей частью была хорошей или вполне приличной.



После Читы пошла холмистая местность с лесами, а затем — голые сопки без деревьев.

После сопок был отрезок дороги с большими ямами, но они не были такими, в которых разбиваются автомобили, а скорее волнистыми. Реета плавно двигалась вперед, словно кружась в вальсе.

От Читы автодорога идет на юг к Китаю и Маньчжурии. Здесь мы будем «на сопках Маньчжурии», как в российском вальсе 1906 года, у которого есть так много версий.

На полпути из Улан-Удэ в Читу у меня появился новый попутчик, 50-летний Сергей.

«Слава Богу, доеду с Вами до Хабаровска!» — воскликнул Сергей, как только услышал, куда я еду. Ну, я, конечно, этого не обещал, но так и вышло: ехали три дня вместе.

Сразу же, как Сергей занял свое место в машине, он завел пластинку о горестях в России: то, что денег на поезд нет, бутылка водки стоит 500 рублей, а телефон стоит пять тысяч — следствие наглой коррупции.

Поскольку я не присоединился к этим жалобным песням, Сергей замолк, и оставшуюся часть пути мы сидели в полной тишине. Я очень благодарен за то, что Сергея тишина не беспокоила. Особенно из-за того, что я не всегда понимал диалект, на котором он говорит.

По словам Сергея, он родился на Украине, и у него типичная украинская фамилия. Его семья переехала вслед за служившим в армии отцом в южный пригород Хабаровска, когда Сергей был маленьким.

Последние 14 лет Сергей работал в городе Кемерово, а сейчас он безработный. Первая жена умерла, вторая жена и трое детей, судя по его рассказам, живут после развода в Москве.

Сергей начал добираться автостопом до дома в пригороде Хабаровска 13 мая. Вслед за отцом и братом недавно умерла мать; она оставила после себя однокомнатную квартиру, требующую ремонта, которую Сергей решил продать.

«Конечно, не получу за нее миллионы, но хоть что-то», — рассуждал он. У Сергея был план продать квартиру, купить маленький дом где-нибудь в деревне Приморского края и там спокойно жить.

Когда мы проезжали участок сгоревшего леса, Сергей начал читать лекцию о том, что эти пожары устраивают умышленно, чтобы потом можно было продать пострадавший лес по хорошей цене в Китай. Ага, и чиновники в этом замешаны?

«У нас здесь раньше были бандиты, — сказал Сергей. — Теперь они носят униформу».

Вечером в субботу на экране телевизора придорожного мотеля появился президент России, и, если я правильно расслышал, Сергей опять проворчал что-то про 500 рублей за бутылку водки и стоимость телефона. Ты, наверное, не фанат Путина?

«Совсем нет, он же бывшая шишка КГБ».

У Сергея много татуировок, а на правой руке у него набита толстая свастика.

«Я сделал ее в молодости, когда выступал против советской системы. Я тогда совсем ничего не понимал».

А что украинские корни? Что думаешь о войне на востоке Украины?

«Все войны — это бизнес».

В Хабаровске я дал Сергею денег на электричку. Он обещал сразу же выслать долг, когда продаст однокомнатную квартиру матери.

Карта путешествия

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.