Российскому среднему классу потребовалось 20 лет для того, чтобы начать оправдывать надежды, которые на него возлагало предыдущее поколение мировых лидеров. Однако в субботу эта самая непонятная социально-экономическая группа, кажется, наконец нашла свой голос.

Распространённость телефонов iPhone и одежды марки Dolce & Gabbana среди примерно 50 тысяч человек, пришедших на митинг на московскую Болотную площадь, чтобы протестовать против фальсификации итогов голосования четвертого декабря, показала, что это не обычная демонстрация пенсионеров-коммунистов или упертых анархистов. Большая часть собравшихся хотела не свергнуть правительство, а лишь ущипнуть его.



«Мы не хотим революции», - заявила директор развития в фирме по переводам Мария Провкина, которая дрожала на своем первом политическом протесте в белой парке и дизайнерских солнечных очках.  «Мы лишь хотим, чтобы наши голоса были честно подсчитаны».

Еще по теме: Российскому среднему классу надоел Путин

В то время как на субботнем митинге участвовали представители всех социальных классов и профессий, самым удивительным было количество влиятельных работников интеллектуального труда, которые ранее никогда не голосовали и были пассивными потребителями политического процесса на протяжении всей своей жизни.

Одним из проповедников нового политически активного среднего класса стал Михаил Дмитриев, президент московского аналитического Центра стратегических исследований. Его осмеяли за февральскую публикацию исследования фокус-группы, которая предсказала, что режим осенью столкнется с «кризисом легитимности». Городской средний класс, 40% от московского населения и 20-30% от населения в других крупных городах, является «политическим детонатором, который невозможно будет разобрать», написал он в статье, опубликованной в газете «Ведомости» в июле.

Однако теперь его позиция выглядит полностью реабилитированной.

Ради справедливости по отношению к его критикам стоит отметить, что зарождение политически сознательного среднего класса, который смог бы предотвратить скатывание России назад к авторитарному правлению,  оказалось одним из самых разочаровывающе неуловимых  и наиболее часто предсказываемых феноменов в постсоветской России.

После падения коммунистического режима в 90-х годах многие западные политики и российские демократы надеялись на проведение экономических реформ. Они, согласно теории, должны были создать новый средний класс, владеющий собственностью, который бы стал бороться за то, что приобрел.
 
Этого не случилось в большей степени из-за того, что «реформы» привели к обратному – бедности большей части населения и созданию класса астрономически богатых олигархов, которые привели бывшего полковника КГБ Владимира Путина к власти. Иронично, но потребовалась авторитарная эпоха Путина для создания того, что можно было с долей уверенности назвать средним классом, чьи  реальные доходы выросли на 142% за десятилетие с 1999 -го по 2009 год.

Читайте еще: Недуги среднего класса


Большую часть власти Путина зарождающийся средний класс был удовлетворен отсиживанием на боковых линиях и наблюдением. «Они могут наблюдать, как коммунисты или кто-то другой протестует против правительства, но они никогда не будут в этом участвовать. Политика – это то, что происходит по телевидению», - заявил бывший политтехнолог Кремля Глеб Павловский.

Но прошедшие в этом месяце парламентские выборы, на которых поддержка партии «Единая Россия», согласно официальным данным, скатилась до около 49% голосов, стали переломным моментом. Убедительные доказательства фальсификаций заставили прежде не участвовавших в политических протестах людей почувствовать себя обманутыми. Кремль решил ответить на обвинения силой при разгоне демонстраций в течение всей недели, ослабив натиск лишь для проведения субботнего митинга.

Павловский заявил, что выборы оставили многих впервые голосовавших озлобленными. «Вдруг это перестало происходить только на телевидении, это происходило с ними, с их друзьями, теперь они участвуют в этом», - сказал он.
 
Не все верят в гипотезу «зарождающегося среднего класса». Социолог Алексей Левинсон, критикующий теорию Дмитриева, заявил, что протесты имели гораздо более широкую базу, что не позволяет их отнести  к какой-либо социальной группе.

Скинхеды-националисты в татуировках стояли рядом с одетыми в норковые шубы домохозяйками, болтающими по своим мобильным телефонам, инкрустированным камнями фирмы Swarovski.

«Это был по-настоящему разнородный срез общества, не одной группы интересов или класса. Да, там были представители среднего класса, но они были там не из-за того, что являются представителями этого класса», - считает Левинсон. «Причина, скорее всего, была моральной. Речь шла о морали и долге, а не классовых интересах».
 
Какие бы причины не двигали присутствовавшими на митинге против Путина, они изменили направление российской политики. Когда-то все кружилось вокруг кремлевских «политических технологий». Теперь на улицах чувствуется какая-то спонтанность, а Кремль пытается за ней угнаться.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.