— Борис Немцов говорил, что новая демократическая Белоруссия неизбежно станет частью объединенной Европы и, таким образом, покажет пример России. «Чем быстрее победите вы, тем быстрее победим мы», — говорил он. Согласны ли вы?

— Я разделяю эту точку зрения покойного Бориса Ефимовича. Всегда считал, что рано или поздно, так или иначе, но Белоруссия обязательно выйдет на прямую европейскую дорогу. Моя жена Вера — гражданка Республики Беларусь, и одно время она хотела сменить белорусское гражданство на российское, поскольку я — гражданин России, дети у нас — граждане России. И я ее всегда отговаривал от этого и говорил: «Вера, что будет с Россией, я не имею представления, и очень может быть, что ничего хорошего не будет, а вот твоя родная страна Белоруссия рано или поздно будет в полном порядке. Так что сохрани свое первоначальное гражданство».

— Как вы считаете, изменит ли Россию убийство Немцова?

— Сложный вопрос, ответа на который я пока дать не могу. Я думаю, что убийство Бориса Немцова может очень серьезно изменить Россию и послужит катализатором для серьезных изменений, но, по моему мнению, решение по этому вопросу (очевидно, будет не одно решение, а целая последовательность решений) еще не принято. В знаменитой вчерашней статье «Новой газеты» речь шла как раз о том, что российские власти, Путин, сейчас стоят на распутье, куда повернуть. Теперь Путин взял тайм-аут, он якобы болен, и неделю его нигде не было видно. Я думаю, что после этого он выдаст какое-то решение. Что это будет за решение, интересно будет посмотреть. Очень может быть, что ситуация ухудшится, а может и улучшится...

— Как много может сделать один человек? Например, такой, как украинская летчица Надежда Савченко?

— Я думаю, что никто кроме одного человека собственно ничего сделать не может. То, что в мире происходит, делают люди. Прежде чем они собираются в группы, армии, партии, организации, они сами для себя принимают серьезные решения. И, естественно, от одного человека зависит очень много. В частности, Надежда Савченко дает пример реального героизма, который не совсем типичен для XXI века, о котором мы привыкли думать как о крайне прагматичном и поверхностном времени. Оказывается, что такое возможно и в наше время. Это хорошо.

— В Эстонии вас сейчас называют лидером общественного мнения. Вы были приглашены на прием к президенту Эстонии Томасу Ильвесу, кстати бывшему директору эстонской службы «Радио Свобода», по случаю Дня независимости. Нет у вас ощущения, что сейчас все приличные люди в России все больше травят на родине, но при этом они становятся любимыми и очень популярными в соседних с Россией странах, как представители России, за которую не стыдно? Например, Андрей Макаревич сейчас, наверное, стал лидером общественного мнения в Белоруссии после того, как спел по-белорусски, не говоря уже о его позицию относительно войны на Украине...

— Я не согласен с тем, что я — лидер общественного мнения в Эстонии. По-моему, это преувеличение. Думаю, что в Эстонии есть другие лидеры общественного мнения. Я довольно популярный журналист и блогер, не более того. О людях, которые не очень признаны в своем отечестве, но вызывают интерес за рубежом... Да, я думаю, что в России всегда так было. Всегда были люди, не согласные с ее мнением, критикующие ее из-за границы. В XIX-XX веке было много таких примеров — Герцен, Бакунин, Плеханов, да и Ленин тоже долгое время базировался в других странах. Что касается моей жизни в Эстонии, то эта страна очень уютная, свободная, прозрачная, и я чувствую себя там хорошо.

— Вы — ведущий передачи «Разноцветные новости» на русскоязычном интернет-канале ARU TV, один из создателей которого — белорусский политэмигрант Павел Морозов. Как вы думаете, какой наиболее действенный способ противостоять пропаганде российских СМИ?

— Я думаю, что действенных способов противостоять такой массированной пропаганде фактически нет, потому что те люди, на которых она воздействует, как мне представляется, с этой иглы уже не слезут. Для меня они представляются загубленными душами, и я давно перестал вести с ними даже внутренний диалог, потому что это фактически речь людей глухих, которые абсолютно друг друга не понимают. Сколько им аргументов ни приводи, они все равно будут говорить, что «Крым — наш», что Путину замены нет, и что Россия встает с колен. Собственно в подтверждение этих тезисов им сказать особо нечего, но держатся они за них довольно сильно. Поэтому заниматься контрпропагандой мне совсем неинтересно.

То, что я делаю на портале ARU TV... Там очень симпатичные молодые парни, они попросили меня им помочь, поддержать. Я думаю, что, действительно, без моей помощи им было бы немного сложнее пробиться к более широкой аудитории. И я это с большим удовольствием делаю. То, что я делаю, это ироничные заметки, комментарии, легкий стеб, потому что говорить на эту тему с трагизмом и драматизмом мне не хочется.

— Я недавно услышала от одного из авторитетных экспертов мнение, что если россиянам в течение нескольких недель с телеэкранов предоставлять информацию, напрямую противоположную тому, что они сейчас слышат, то они быстро в это поверят, и что можно изменить вот эти 85 процентов россиян (поддерживающих Путина — прим. ред.). Вы согласны с этим?

— Если политика нашего телевидения вдруг, естественно, по приказу сверху изменится на 180 градусов, я не сомневаюсь в том, что 95% журналистов с удовольствием обнаружат свои хамелеонские способности и начнут говорить прямо противоположное тому, что они говорят сейчас. Что касается публики, то она не настолько юркая, как журналисты, но думаю, что если не через несколько недель, то через полгода ситуация с настроениями в стране изменится очень сильно. ТВ в этом смысле действительно сатанинская сила. И от этого телевидения (люди — прим. ред.) слишком зависит...

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.