Перемирие на Украине может прекратиться в любой день. Но если оно сохранится, и война на этом закончится, возникнет вопрос о том, кто победил.

В военном плане ответ совершенно ясен: российский лидер Владимир Путин. В марте российская армия захватила Крым. На прошлой неделе она разгромила украинскую армию на востоке этой страны.

Украинский президент Петр Порошенко просил руководство ЕС и НАТО поставить ему оружие. Те сказали: «Военного решения этого конфликта не существует». Однако Путин показал, что оно все-таки существует – несколько тысяч пехотинцев в составе хорошо организованных частей и подразделений при поддержке танков и артиллерии.

Российское вторжение и отказ Запада поддержать Киев – вот главная причина, по которой Украина в прошлую пятницу (5 сентября) подписала мирный план из 12 пунктов под названием «Минский протокол». Он создает серьезные возможности для того, чтобы самопровозглашенные Донецкая и Луганская республики фактически стали государствами, что на десятилетия лишит Украину шанса на вступление в ЕС, не говоря уже о НАТО.

В минском документе говорится, что пророссийские повстанцы могут остаться, если не будет новых боевых действий, а Украина должна принять закон «о недопущении преследования и наказания лиц в связи с произошедшими событиями».

Он также придает видимость легитимности двум лидерам повстанцев, являющимся «премьер-министрами» Донецка и Луганска – Александру Захарченко и Игорю Плотницкому. Еще в прошлый четверг они были «террористами». Но уже в пятницу они подписали документ, утвержденный Россией, Украиной и многосторонним европейским органом ОБСЕ.

Минские договоренности обязывают их «вывести незаконные вооруженные формирования, военную технику … с территории Украины». И там есть положение о том, что ОБСЕ будет осуществлять мониторинг на российско-украинской государственной границе.

Звучит неплохо. Но могут возникнуть продолжительные дебаты по вопросу о том, что значит «незаконные». Плотницкий в воскресенье заявил: «Мы считаем, что военная техника украинской армии незаконно находится на территории Луганской и Донецкой народных республик». А по поводу мониторинга ОБСЕ он добавил: «Если это некий план или попытка снова окружить нас и захватить республику, то он не сработает».

Бояться ему нечего. Россия, обладающая в ОБСЕ правом вето, будет решать, где работать персоналу ОБСЕ. Если вспомнить о том, как ОБСЕ осуществляла мониторинг во время армяно-азербайджанского конфликта, то в этот раз они будут приезжать на место инцидента спустя два дня, составлять отчет, а после этого удаляться восвояси.

Между тем, о российских войсках на Украине в Минском протоколе ничего не говорится. На бумаге этих войск не существует. А несуществующего солдата нельзя попросить уйти, чтобы мирную договоренность можно было назвать успешной.

Имея в своем распоряжении такие войска, Путин может напасть и на другие районы Украины, если что-то пойдет не так, как он хочет. Но оккупация целой страны обойдется ему дороже, чем оккупация ее стратегически важной части. Особенно если цель – не пустить Украину в западные организации – уже достигнута.

Утрата Украины


Ну и что с того, что Путин завоевал Крым, Донецк и Луганск? Ведь остальную часть Украины он потерял, верно? После российского нападения в остальной части страны резко усилились прозападные настроения. Опросы показывают, что теперь украинцы хотят вступить в НАТО. Они также говорят, что прозападные партии вышвырнут пророссийских депутатов из парламента на предстоящих выборах.

ЕС и МВФ начали выплачивать деньги. Реализация торгового соглашения с ЕС приведет к перестройке украинской экономики по образу и подобию единого рынка. Но если украинская проевропейская революция и показала что-то (а в ходе этой революции на улицы порой выходило более миллиона человек), так это то, что Украина не была путинской, а поэтому утратить ее он не мог.

Что-то изменилось после обретения страной независимости в 1991 году и после «оранжевой революции» в 2004-м. Украина не собиралась вступать в Евразийский союз и признавать путинизм в форме януковичизма. Ей не нужно воровство и заискивание  перед Кремлем свергнутого украинского руководителя Виктора Януковича. А Путин откусил то, что мог проглотить.

Когда спадет эйфория, начнется реальная работа: преобразование того, что останется от Украины, в «европейское государство». Что касается оздоровления власти и ответственного государственного управления, то на это уйдет много времени.

Украинские олигархи облегчать эту работу не собираются. Репортер Татьяна Черновол, которую назначили руководителем  нового антикоррупционного органа, недавно ушла в отставку, заявив, что заниматься этой работой невозможно.

Путин эту работу тоже не облегчит. Ратификация Украиной договора с ЕС закончится введением российского торгового эмбарго. А зимой могут возникнуть перебои с газом.

У Путина есть рычаги влияния на Киев. Один из его людей, Виктор Медведчук, по-прежнему является ведущим политическим воротилой. Да и  на ЕС он тоже может воздействовать. Канцлер Германии Ангела Меркель недавно сказала, что Россия тоже должна участвовать в принятии решений о том, как будет реализовываться торговое соглашение  с ЕС.

Из-за политической междоусобицы и усталости в ЕС после «оранжевой революции» крах терпело одно украинское правительство за другим, а реформы не сдвигались с места. Порошенко может грозить та же участь.

Пиррова победа?


Итак, если победил Путин, то он заплатил слишком высокую цену. Верно? Нет, за победу расплатились погибшие российские солдаты и их семьи. Но большинство  россиян никогда об этом не узнают, потому что  они живут в авторитарном государстве, где гражданское общество и свободная пресса притесняются.

Расплатились и некоторые путинские друзья, попав в черные списки ЕС и США, а экономический спад от введенных санкций ударит по российскому среднему классу.

Что Путин получил взамен?

Если отложить в сторону стратегическую ценность восточной Украины, то на модернизацию этого разрушенного войной индустриального региона уйдут миллиарды. Крым без туризма, пресной воды и источников электроэнергии – тоже не в лучшем состоянии.

Но благодаря Минскому протоколу, в котором говорится о «программе экономического возрождения Донбасса и восстановлении жизнедеятельности региона», украинские и европейские деньги могут пойти на восстановление оккупированных Россией районов. Довольно трудно определить и ценность Крыма, который является территорией размером с Бельгию, особенно если разговоры о газовых месторождениях в крымских водах соответствуют действительности.

Путин сказал, что те российские олигархи, которые свои лондонские поместья предпочитают лояльности Кремлю, могут убираться прочь. Если кто-то сомневается в его словах, то пусть спросит олигарха Михаила Ходорковского, который в 2003 году обратил свой взор на Запад и следующие десять лет провел в тюрьме.

Благодаря путинской монополии на пропаганду многие рядовые россияне поверили в сказку о возрождении империи. Но даже оптимисты не верят, что лишившись сыра пармезана и работы, люди начнут массово протестовать на улицах Санкт-Петербурга и Москвы.

А если жители Донецка, Луганска или Крыма будут вынуждены жить в нищете, то в этом нет ничего страшного: подавляющее большинство  россиян десятилетиями влачат жалкое существование.

Мир любой ценой


ЕС, со своей стороны, на этой неделе показал, что он будет весьма доволен, если Украина расплатится за мир в Европе. Австрия, Кипр, Финляндия, Германия и Италия притормозили новый пакет санкций, чтобы помочь в выполнении Минского протокола. Помимо того, Меркель постоянно разрушает любые надежды Украины на будущее членство в ЕС и НАТО. А на прошлой неделе она также выступила против создания новых натовских баз в Восточной Европе.

Если не будет санкций из-за вторжения России на восток Украины, то следующим шагом станет сворачивание тех санкций, которые уже введены. Венгрия и Словакия во всеуслышание призывают развернуться в обратном направлении. Франция сказала, что ее важное решение – заморозить поставку в Россию боевого корабля – будет отменено, если «состоится прекращение огня и политическое урегулирование».

Европейцы были в ужасе, когда в августе 2008 года российские танки вошли в Грузию. Но затем глава их внешнеполитического ведомства Хавьер Солана (Javier Solana) заявил, что отношения с Россией слишком важны, чтобы жертвовать ими – и в ноябре российских руководителей пригласили  во Францию на саммит ЕС.

Новый шеф по внешней политике Евросоюза итальянка Федерика Могерини (Federica Mogherini) в октябре должна встретиться с Путиным на конференции ЕС в Милане. Она также заявила, что ЕС должен дать России возможность  построить газопровод «Южный поток».

Не нужно обладать особым даром воображения, чтобы понять, что все вернется на круги своя. Франция поставит России корабль, Болгария возобновит строительство «Южного потока», в декабре или в начале 2015 года состоится очередной саммит Россия-ЕС, а в 2018 году в России пройдет чемпионат мира по футболу.

Что дальше?

Что бы ни произошло потом, задавать вопрос о том, кто победил в российско-украинской войне, наверное, будет неправильно. Он указывает на кризис, который проходит по путинским условиям. А правда состоит в том, что все проиграли.

Граждане ЕС (рейс МН17), 2600 украинцев и бог знает сколько россиян расстались с жизнью. Украина потеряла территории. ЕС и НАТО утратили авторитет.

Но Путин войдет в историю как главный проигравший. Он утратил шанс превратить Россию, которая является одной из самых богатых в мире стран в плане природных ресурсов и культуры, а также соседние с ней территории в приличное место для жизни.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.