Девальвация национальной валюты вызвала бурю негодования в казахстанском обществе. С социальной точки зрения все были возмущены обманом со стороны чиновников. С государственной колокольни такой подход является мерой защиты государственных резервов. С другой стороны, это симптом серьезных проблем в экономике и зависимости от внешних факторов.

Так как Казахстан является частью глобального рынка, попробуем разобраться — когда к нам ожидать очередную коррекцию тенге и что можно этому противопоставить.

Как поступили в США в такой ситуации

За прошедший после девальвации месяц казахстанские эксперты уже идентифицировали основные внутренние причины, заставившие Нацбанк пойти на эту меру. Не все эти причины объективны, некоторые даже больше корпоративного характера. Однако есть очень большая причина, которая вскоре приведет к последующей девальвации на всех развивающихся рынках, и мы не станем исключением. По крайней мере, все показатели говорят об этом.

Итак. После ипотечного кризиса в США в ноябре 2008 года глава Федеральной резервной системы Бен Бернанке запустил программу количественного смягчения (QE, quantitative easing). Это была своего рода государственная поддержка. Рынок США, потрясенный банкротством гигантских компаний, замер и поэтому нуждался в деньгах (ликвидности), чтобы начать восстанавливаться. Поэтому Б. Бернанке, согласовав свои действия с федеральным правительством, начал печатать доллары и выкупать печально известные ипотечные облигации у финансовых структур США.

Каждый месяц ФРС выкупала никому не нужные облигации на сумму $85 млрд. И так — несколько лет. Данная мера позволила США спасти многие фининституты. Однако накачка денег на рынок могла привести к быстрой инфляции, поэтому одновременно с этим ФРС снизила процентные ставки, что сделало рынок ценных бумаг США непривлекательным для инвестиций. Тем самым Б. Бернанке сделал привлекательными вложения в рынки развивающихся стран. И все эти миллиарды поплыли в Китай, Бразилию, Индию, Россию и другие страны — в гонке за большими прибылями.

Теперь, когда ФРС выкупила значительную долю ипотечных облигаций с рынка и оздоровила ситуацию в США, вступает в действие вторая часть плана: сокращение впрыска денег в систему и постепенное повышение процентных ставок на внутреннем рынке Штатов. Это сделало инвестиции в США более выгодными, чем в другие страны, в силу низких страновых рисков, которые определяются рейтинговыми агентствами. А чем ниже риск, тем меньше резервов надо откладывать инвестору для вероятной неудачи. Следовательно, в малорисковые страны вкладываться можно больше.

Так как США опять стали привлекательным рынком, инвесторы решили вернуть значительную часть средств в Америку. Для этого они начали продавать активы на развивающихся рынках за местную валюту, обменивать ее на доллары и инвестировать в США. Это привело к очень большому оттоку долларов на историческую родину. Американская валюта стала дефицитной на развивающихся рынках, и мы говорим о суммах в десятки миллиардов долларов в месяц. А раз долларов становится меньше, то они становятся дороже: снижается предложение и цена возрастает.

А при чем тут Казахстан? Он всегда ни при чем...

Естественно, эти события коснулись всех рынков, а затронули Казахстан через всех наших торговых партнеров, особенно Китай и Россию. Доллары стало выгодно вкладывать в США. Поэтому, сколько бы наш Нацбанк ни выбрасывал долларов, их бы покупали на тенге и вовращали бы в США. Возникает вопрос: кто эти инвесторы, из какой они страны? Проблема в том, что доллар — мировая валюта, и любой инвестор из любой страны понимает, что ему надо срочно вкладываться в США, чтобы предотвратить потери и заработать немного денег.

С ноября 2008 года доллар бурной горной рекой вливался в развивающиеся рынки. И эту денежную массу финсистема США до сих пор всасывает в себя. В ожидании снижения выброса долларов центробанки многих стран начали девальвировать свою валюту. Постепенно, бережно для своих производителей. Почему наш Нацбанк пропустил момент для начала постепенной девальвации? Это хороший вопрос. Потому что в момент, когда Б. Бернанке объявил вышеописанную программу в конце 2008 года, уже можно было закладывать эти риски.

Можно предположить, что наш Нацбанк находился в транзите менеджмента «Марченко-Келимбетов» и, скорее всего, просто прозевал момент, когда надо было начать девальвацию. Или не прозевал, а просто решил помочь экспортерам. Избежать этого было невозможно, но смягчить — да. Начав раньше. Однако мировые рынки капитала неэмоциональны и, при слабом планировании, проигрыш одного часа может означать потерю миллиардов.

Психологический компонент

На начальном этапе программы впрыска денег в мировую систему сотни миллиардов долларов инвестиций в развивающиеся рынки сродни закачке чистого кислорода в легкие экономики. Физиология называет это гипероксигенацией (избыточное содержание кислорода). Следствие — эйфория, головокружение, ослабление критического мышления. Избыток кислорода — водолазы знают — также ускоряет процессы гниения, разложения и порчи. На латыни, кажется, это звучит как коррупция.

Далее, резкое прекращение подачи кислорода, переход в полубессознательное состояние. Именно в этом состоянии может оказаться экономика Казахстана, как и ряда других стран. Причина в том, что США еще не прекратили выкуп ипотечных облигаций, а только начали сокращать. Согласно первоначальному плану, скорость сокращения будет зависеть от восстановления экономики США.

А это уровень безработицы, который снижается быстро. Даже быстрее, чем предсказывали аналитики. США продолжат сокращать выкуп облигаций и, вероятнее всего, повысят процентные ставки у себя. Согласно этой первоначальной модели, валюты развивающихся стран будут дешеветь в 2014 году, а доллар усиливаться. Что может пойти не так? Рынки капитала работают со скоростью сигнала в оптоволоконном кабеле, поэтому уверенным на 100% быть тяжело.

А как другие и, в первую очередь, великий Китай?

Не углубляясь в детали, можно обратить внимание еще на две валюты — евро и юань. Из политических соображений. В Европе видно, как дешевый германский экспорт сражается за южные страны региона с американским экспортом. При курсе в 1,38 евро за $1 и слабом восстановлении экономики европейскому производителю тяжело: обедневший потребитель предпочитает тратить средства на самое необходимое. Евро, будучи искусственной валютой, за которой нет единой политической воли, обречен быть заложником споров политиков.

В свою очередь за юанем стоит миллиард трудолюбивых китайцев, объединенных коммунистической партией. С более чем $1,3 трлн долга США и значительной частью экспорта, уходящего в Северную Америку, Китай видит свою уязвимость. Благосостояние в Китае растет, растут и затраты на производство, что делает китайский экспорт менее конкурентным, чем раньше. В свете борьбы правительства КНР с бедностью компании не смогут снижать зарплаты, однако должны будут оптимизировать производство, внедрять новые технологии и улучшать скорость экспорта. Для чего Китай и строит «сухопутный мост» через Казахстан и Россию в Европу. Это и ускорит доставку грузов, и разнообразит пути экспорта для снижения рисков.

При этом в долгосрочном плане Китаю будет интересно предоставлять европейским торговым сетям кредиты и торговое финансирование в юанях. Для этого Поднебесная сейчас собирает золото, являясь его крупнейшим производителем и импортером. Нашему соседу неинтересно торговать в долларах или в евро — зависеть от ФРС США или от сиюминутных интересов европейских политиков, поэтому китайские стратеги уже давно строят «юаневый мир» и шансы на успех весьма велики.

Кто виноват и что же все-таки делать?

Глобальная ситуация для Казахстана на ближайшие 10 лет не совсем ужасная. Мы — некрупное государство в плане финансов и значимости для мировой экономики, но у нас есть какие-то экспортные продукты и к нам пока нет территориальных претензий. Для глобального рынка капитала мы еще не подросли и ограждены китайским и российским рынками.

Более или менее про следующую коррекцию тенге можно понять по итогам первого полугодия 2014 года в мировой экономике. Но если девальвация будет, можно ли смягчить ее последствия? Чересчур оптимистично звучат призывы к дедолларизации экономики. Мы последние 10—15 лет строим импортозамещающие предприятия и — кроме чиновников это курирующих — ничего не замещается. Последние десятилетия доллар — самая значительная валюта. Будем реалистами — он обеспечен очень конкурентной экономикой, мощной научной базой, самой сильной армией, безжалостной системой отбора американской элиты.

Поэтому еще любопытнее звучат призывы к самодостаточности, изоляции как политической, так и экономической систем Казахстана. Мне кажется, что наша ментальность, наша гордость за то, кто мы есть, не позволит нам закрыться стеной, убежать от вызова эпохи. Тем более, потому что нам ни убежать, ни закрыться.

Что же можно попробовать сделать, чтобы выиграть по правилам мирового рынка? Мы помним, что правила меняются и не всегда все играют по ним, однако мы можем уже сейчас начать снижать нашу чувствительность к рыночным землетрясениям. С точки зрения рынков капитала, важно регулярно работать с требованиями рейтинговых агентств и налаживать связь с ними. Это, кстати, уже делается — видно по значительному продвижению суверенных рейтингов республики. Выше рейтинг — выгоднее и дешевле в нас инвестировать.

Нашему Национальному банку крайне необходима группа анализа рынков капитала, которая должна тщательно отслеживать колебания рынков. Если эта группа есть, то их неспособность предсказать последствия действия ФРС лишний раз подтверждает проблемы транзитного менеджмента. Допускаю, что они все спрогнозировали, однако просто не смогли зайти на прием к начальству и доказать ситуацию.

Вторая часть этой проблемы — в Нацбанке мало спецов из ведущих инвестиционных банков мира. В основном теоретики. Экономический прогноз — великая наука, однако инвестор-капиталист, вооруженный СМИ и лоббистами, может разрушить любой прогноз. Действия Джорджа Сороса, влияние Уоррена Баффета — живой пример, когда опыт, психология и напор побеждают.

Недавние медиа-атаки на казахстанские банки также являются прямым доказательством наших слабых мест. Поэтому нужна постоянно обновляемая группа, которая будет освежать теорию новыми практическими знаниями. Она будет дорого стоить, но поможет лучше размещать средства Национального фонда. Например, Корейский банк развития, помимо этой группы, имеет еще и частный инвестиционный фонд (private equityfund), который приносит солидную долю прибыли.

Конечно, нам никоим образом нельзя расслабляться. Вот будут у нас авианосцы, сотня спутников, десяток Нобелевских лауреатов и статус тенге как мировой резервной валюты — тогда можно вздремнуть часок, пока биржи закрыты. А пока — нужно адекватно реагировать.

Что нужно для экспорта: меньше менеджеров, больше рабочих!

Мы в основном экспортируем нефть, газ и металлы. И структура себестоимости наших экспортных продуктов делает нас также уязвимыми для биржевых колебаний. Проблем основных две: много старых технологий и много молодых менеджеров. Вопрос политический: кого сокращать, если вокруг родня, сватья, зятья, дети друзей и племянники? Ответ здесь простой — направлять их всех в новые отрасли, на рядовые должности, на разумные зарплаты. Потому что сократить их — утопия. Мы в Казахстане все друг другу братья, вне зависимости от национальности и социального уровня.

Специалисты и без меня понимают, что надо снижать потребление энергии, уровень отходов и брака, инвестировать в улучшение производственных линий, транспортных схем. Вообще, в целом, наверное, пора государству ужаться, сократить расходы. И публиковать это в прессе каждый месяц. Главным образом это касается не только чиновничества, но и экспортных отраслей. Установить показатели, запланировать, неукоснительно соблюдать и контролировать.

Мы уже на пути к этому, главное — не останавливаться. Сейчас, если биржевые игры со сланцевым газом и возможным снятием эмбарго с Ирана уронят цену на нефть, нам придется чрезвычайно туго. Если это произойдет в этом году, на фоне действия ФРС — нам придется идти на Запад и занимать огромные средства, чтобы не опустошить Национальный фонд — последний бастион нашей финансовой независимости.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.