Неужели Эстонии и в самом деле достаточно неопределенных обещаний России быть в дальнейшем нашим хорошим другом, товарищем и братом?
 
Отношения с проблемным российским соседом всегда были сложными. Нынешний договор о границе напоминает во многом времена более чем 20-летней давности. В повестке дня ГПУ (гласность, перестройка, ускорение) или в рамках обновления было тогда заключение нового союзного договора.
 
Очевидно, под настойчивыми требованиями лидеров западного мира, которым их тогдашний любимец Михаил Горбачев неутомимо говорил, что «до войны было, что было, но сейчас мы между собой настолько срослись, что ни один человек в полном здравии больше не желает разделения». Колесо времени вспять не повернешь, добавляли другие знатоки и попутчики.
 
Запад на это ответил: очень хорошо, докажите. Доказательством и должен был стать добровольно заключенный новый союзный договор.
 
К счастью, договор остался все же незаключенным
 
Так был взят курс на подготовку и заключение нового союзного договора. Возможно, кое-кто еще помнит, за что тогда боролся Народный фронт – это был обновленный Советский Союз. Договор тогда так и остался незаключенным, но не из-за нашего героического сопротивления, а из-за большого замешательства и бардака, царившего в самой Москве.
 
Когда поссорились Россия и Советский Союз, мы избавились от нового союзного договора и обрели полную свободу. На юридическом языке – договор новой реальности остался неоформленным. И это - к нашему большому-большому счастью.
 
Нетрудно заметить, что договор о границе нужен сейчас России гораздо больше, чем Эстонии. Во-первых, разумеется, для скорейшего получения визовой свободы, из-за чего сейчас оказывают давление на Эстонию и со стороны Европы.
 
Этим оказывающим давление можно напомнить, что сталось с Россией после вступления в ВТО. Сделала ли Россия хоть один доброжелательный жест в сторону Эстонии, став членом ВТО? Я этого не знаю. Тамошняя санитарно-эпидемиологическая станция, изучая прибывающие из-за рубежа продукты питания, работает в прежнем стиле.
 
Точно так же будет и с визовой свободой, если ее дадут России без выполнения предварительных и точных требований. Но одно дело еще важнее для Эстонии, хотя о нем вообще не говорят. Для России важно, чтобы мы сами отказались от Тартуского мира и государственной правопреемственности.
 
Когда Россия говорит, что Тартуский мир - это история и ничего более, это никого не удивляет, так как договоры в ее юридической традиции соблюдают столь долго, сколько это полезно.
 
И как только мы сами сообщим эту новость, Россия может сказать всему миру: «Видите, они, в конце концов, сами поняли, что в 1991 году их государство появилось по нашей милости».
 
Россия добивается этим договором о границе ни много, ни мало - чтобы мы признали: к 1991 году сформировалась новая политическая реальность. К сожалению, по мнению руководителей той страны, оформить такой договор не успели, но лучше поздно, чем никогда.
 
Что так сильно раздражает кремлевских властителей?
 
Быстро и безоговорочно подписанный договор о границе принесет нам новые требования, в этом можно не сомневаться. Что нам нужно от России? На деле только одна вещь, разумеется, со всем из нее вытекающим: чтобы Россия, наконец прекратила относиться к нам, как хозяин к клиентам.

Именно такое отношение неоднократно проявляли Владимир Путин и другие высокопоставленные чиновники России, и это же неоднократно повторяют некоторые наши местные политики.

То, что меньший по сравнению с ними, более слабый или нижестоящий осмеливается что-то хотеть от большого и декларировать свои позиции, выводит правителей Кремля из себя.

Когда, наконец, дойдет до российских правителей, что Эстония является государством не по их милости, но по своей сильной воле и благодаря исторической возможности, которую мы сумели использовать?

Было бы очень большой стратегической ошибкой подавать глубоко политический и принципиальный вопрос лишь как техническую и малозначимую деталь.

Договор о границе, как и другие заключенные с Россией договоры, должен опираться на западное понимание равенства партнеров по договорам.  В ходе переговоров по договору стороны соглашаются, что обмениваются ценностями, что как один, так и другой отдает что-то, и что-то получает взамен.

В случае с клиентурой один отдает, а в ответ получает «крышу» или неопределенные обещания быть в дальнейшем «другом, товарищем и братом». Очевидно, Россия вдохновляется нашими уступками и рассматривает их как слабость, продолжая общаться в соответствующем ключе.

Перевод: Алексей Архипов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.