В минувший четверг АЕИ продемонстрировал, что ему плевать даже на весьма условные в нынешней ситуации демократические институты

Молдавия в ее нынешнем состоянии — страна в известном смысле уникальная. В ней ни одна из партий правящего Альянса и близко не может приблизиться к электоральному результату оппозиции. Однако ни у крупнейшей оппозиционной Партии коммунистов, ни у ее почти миллионной армии избирателей нет сегодня ни малейшей возможности оказывать влияние на повестку дня деятельности государства.

Наконец-то стало понятно: Молдавия — чуть ли не единственная, мнящая себя демократической, страна, где власти, оказывается, мешает «работать» оппозиция. Мешает настолько, что не получается даже имитировать видимость соблюдения прав оппозиции, учета интересов голосовавших за нее избирателей. Иными словами, всего того, что в иных государствах именуют «демократическим процессом».

Это там, в «иных» государствах оппозиция контролирует ключевые контролирующие действия власти, государственные органы, имеет возможность раз в месяц полностью формировать повестку дня работы парламента, выбивать для «своих» регионов средства на развитие.

ПКРМ в годы пребывания во власти, особенно после 2005 года, старалась демонстрировать именно этот, «иной», нетрадиционный для Молдавии, но естественный для любой мировой демократии подход. Счетная палата, Центризбирком, Координационный совет по телерадио контролировались оппозицией. Оппозиции же принадлежал и парламентский контроль над деятельностью спецслужб. Бюджетные средства распределялись по районам пропорционально, вне зависимости от результатов, которые получила ПКРМ. Политические кризисы, которых за восемь лет коммунистического правления было немало — от митингов ХДНП 2002 года до апрельских погромов в 2009-м — неизменно решались за круглыми столами с представителями тогдашней оппозиции и при бдительной модерации европейских структур. Именно тогда возникло понятие политического консенсуса, а по сути объединения всего политического класса вокруг двух наиболее важных вопросов — европейской интеграции и реинтеграции страны. Иными словами, не было в то время ключевых, стратегических проблем, в обсуждении и решении которых не участвовала бы оппозиция. Это было недавно. Это было давно.

Молдова в ее нынешнем состоянии — страна в известном смысле уникальная. В ней ни одна из партий правящего Альянса и близко не может приблизиться к электоральному результату оппозиции. И это — при всех подтасовках. Однако ни у крупнейшей оппозиционной Партии коммунистов, ни у ее почти миллионной армии избирателей нет сегодня ни малейшей возможности оказывать влияние на повестку дня деятельности государства. Каковую повестку, судя по результатам социологических опросов, порядка 80 процентов населения страны считает ошибочной. Власти бы самой задуматься: а не обратиться ли к оппозиции, чтобы попытаться скорректировать собственную политику? Она этого не делает по одной простой причине: развитие страны, благосостояние граждан эту власть совершенно не интересует. Этой власти выгодно поляризовать общество, поддерживать его в состоянии перманентного тлеющего конфликта по таким вопросам, как название языка, национальная идентичность или отношение к прошлому: вне грома канонады слишком хорошо слышно, как вопиет их вакуум. Стало быть, Альянсу не нужен общественный консенсус. А значит, не нужен и диалог с оппозицией.

АЕИ не ставит перед собой задач развития, государственного строительства. Все, что занимает умы лидеров Альянса, — распил государственного имущества на фоне отвлекающей триумфальной трескотни в контролируемой прессе и глубоко законспирированных внутренних разборок. А когда перед властью стоит именно такая задача, оппозиция точно не нужна. Она точно мешает. Ибо главная цель этой власти сводится к тому, чтобы, договорившись о переделе сфер влияния внутри Альянса, воровать бесконтрольно. И значит, оппозиция как контролер власти не нужна.

Западные патроны АЕИ, для которых бойкот оппозицией пленарных заседаний парламента не вписывался в формальную схему функционирования государственных институтов на подведомственной территории, вкладывали в уста лидеров Альянса умиротворяющие месседжи: мол, вернитесь, будем конструктивно работать. На благо, во имя, бла-бла-бла… Вернулись. И что? На первых же после возвращения ПКРМ в зал заседаний парламента слушаниях по ситуации в СМИ вывели абсурдный вывод: закрытие оппозиционного телеканала NIТ способствовало прогрессу в области свободы слова. Потом дошли потихоньку до запрета символов оппозиции. После начали разрабатывать изменения в регламент, которым критика со стороны оппозиции будет приравнена к клевете, и значит, запрещена. А законопроекты, предлагаемые оппозицией, как не ставились в повестку дня работы парламента, так и не ставятся по сегодняшний день.

В минувший четверг АЕИ продемонстрировал, что ему плевать даже на весьма условные в нынешней ситуации формальности, лишив оппозицию не только права голоса, но и права голосовать. Альянс отклонил предложение ПКРМ провести парламентские слушания генерального прокурора — по событиям 7 апреля, рейдерским атакам, политическим делам на высокопоставленных чиновников — в отсутствие депутатов от ПКРМ в зале заседаний парламента. Во время регламентированного законом перерыва, который запросила оппозиционная фракция. Это, называется, приплыли. Диктатура в Молдове вступила в такую фазу, когда ей лень и неохота даже прикидываться демократией.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.