После 7 апреля 2009 Республика Молдова  превратилась в поле битвы между  противоборствующими геополитическими тенденциями. Приход к власти коалиции демократических партий, называющих себя проевропейскими, отчетливое утверждение национальной идентичности бессарабцев - официализированной путем недавнего введения в учебную программу Истории Румын - все это спровоцировало враждебную реакцию этнических меньшинств, крайне русифицированных.
Путь от провокаторской демонстрации эмблем советского милитаризма и до жестокого нападения на унионистских демонстрантов оказался довольно коротким. Осуждение и запрет символов бывшего коммунистического режима по решению парламента РМ явилось последней каплей в чаше терпения тех, кто озлобляет русскоговорящие меньшинства.
 
События прошедшего воскресенья в  Бельцах показали нам, что это  напряжение близко к точке кипения, а правоохранительные органы кажутся  закомплексованными и робкими, неспособные  предотвратить и принять меры в отношении хорошо организованных диверсий. Таким образом, санкционированный марш прорумынской молодежи в Бельцах был сорван контрманифестацией русскоязычных экстремистских групп во главе с «социал-демократом» Шелиным - профессиональным провокатором, который пользуются сомнительного рода иммунитетом перед законом. В разгар столкновений была ранена журналистка - камнем, брошенным рукой воинствующего русофона, хотя эти атаки могли привести и к более серьезным последствиям.
 
В прессе на обоих берегах Прута  все более активны спекуляции об участии России в дестабилизации двух государств: путем разжигания политического кризиса в Румынии и этнических столкновений в Республике Молдова.
 
Тем не менее, столкновения, свидетелями  которых мы являемся, скрывают более  глубокие процессы, а не только работу иностранной спец.службы. Имеется в недрах русскоговорящей общины из Молдавии, например, сильнейшее чувство относительно того, что эта страна принадлежит только им, что они здесь хозяева, и что любая попытка обсудить их привилегии рассматривается как оскорбление их величества. Этот психологический дискомфорт можно понять: когда тебе на протяжении десятилетий говорили в школе, в семье, по телевизору, что ты и твои «освободили» эту территорию, то известие о том, что теперь тебя считают «оккупантом» и «захватчиком» может вызывать реакции глубокой висцеральной ненависти и агрессии по отношению к коренным жителям.
 
В странах Балтии недовольства русскоязычных, подкрепляемые Москвой, относительно утверждения прав коренного населения, угнетенного при советском режиме, были усмирены жесткими законодательными мерами и разумными интеграционными политиками. Большим преимуществом этих наций является их внутренняя сплоченность и цивилизация, которую они создали.
 
Молдавия остается разделенной, погруженной в свой кризис идентичности, и края этому не видно. Помимо противоборствующих лагерей, по другую сторону медиатической завесы можно разглядеть огромную массу населения - сбившуюся, напуганную засухой и бедностью, обиженную на безразличие властей. Нынешняя власть должна принять в расчет эту молчаливую, тлеющую, непредсказуемую Молдавию. Речь идет о многочисленной социальной категории, которая при определенных обстоятельствах может стать манипулируемой силой, способной ввергнуть государство в междоусобицу.
 
Уличные схватки, автономистские тенденции, требование каких-то эксклюзивных прав для определенных регионов, где статуи Ленина и другие символы коммунизма по-прежнему вольготно  восседают, содействуют осуществлению  геополитических проектов, направленных на то, чтобы выбить нас из орбиты Европы. На подобного рода накопленное напряжение полагаются агенты хаоса, поклонники «киргизского» сценария, чтобы оправдать сохранение российских войск в Приднестровье.
 
Таким образом, перед нами стоит серьезная  проблема национальной безопасности: разрядка этой ситуации должна стать абсолютным приоритетом для правительства.
 
Перевод: MoldovaNova

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.