Много лет назад надо мной посмеялась переводчица-американка. Темные, говорит, вы люди. Что ни статья, то обязательно начнется с Даля. Ну с какой стати отсталый лексикограф и третьестепенный литератор второй половины XIX века должен определять актуальный русский дискурс?

Меня, как сказал бы А. И. Солженицын, аж захолонуло.

Да потому что, потому что... это был последний, ну, если и не совсем свободный, то правдивый русский толковый словарь. Потому-то нам так удобно плясать от Даля — как от печки.

— Ну, и в чем же правда, например?
— Да вот, например, в том, что русский язык — живой великорусский язык — не любит Москву и москалей, верных солдат Московского царства...

Какую сторону жизни ни возьми, всюду старик Даль подсунул точное беспощадное слово.

Москва у всей России под горой: все в нее скатывается

У России в широком смысле.

Недавно скатились в Московское царство две головы из братской Украины. Зацепились за подмосковные зори, попрятались в чертополохе и, по мере нашей, москальской, надобности, всплывают.

Одна голова — бывшего президента Януковича. Другая голова — бывшего премьера Азарова.

Говорю «голова» не в охуление, а потому только, что политического корпуса, при всей корпулентности, у названных господ не имеется.

Итак, пока первая голова говорила, развернулась война на востоке Украины да Крым отошел к России.

Первая голова умолкла — всплыла вторая голова, заговорившая громче. Аккурат 3 августа 2015 года голова Николая Азарова пригрозила Украине войной. Сказала, что в Москве создан Комитет Спасения Украины.

Тут же выступил и пресс-секретарь президента РФ г-н Песков, убедительно заявивший, что руководство России никакого отношения к созданию Комитета Спасения Украины не имеет. В самом деле, гостиница «Украина», где Азаров и его команда проводили пресс-конференцию, с давних пор экстерриториальна.

Говорят, что первоначально этот Комитет хотели назвать «Свободная Украина» — по аналогии с комитетом «Свободная Германия» в последние месяцы Великой отечественной войны. Но решили, что со «Свободной Украиной» и так уже имеют дело, а спасать-то надо «Русский Мир», посему остановились на Комитете Спасения Украины.

Думал, наверное, господин Азаров, что дадут ему отлежаться в Москве, а потом отпустят куда-нибудь в Австрию к друзьям по бизнесу, или, может, в Италию к Берлускони. Но где тот Берлускони? В Европе не принимают! А гостеприимцы москальские, небось, говорят: «Засиделись без дела, товарищ Азаров, а ведь Украину-то спасать надо, а кто сам не захочет спасать, тому на доске нашей московской неуютно будет спать».

«Моска что доска: спать широко, да кругом метет...»

Так покажи же нам дорогу на Киев, товарищ Азаров, не менжуйся. Но все равно очкует товарищ Азаров, потому что помнит:

«Знает москаль дорогу, а спрашивает»

Но выхода нет, и приходится голове без тела объявлять войну собственному народу. А как иначе понять слова о «спасении»?

«Мы приняли решение выдвинуть на пост президента Украины Олейника Владимира Николаевича»

Все-таки удалось пока спрятаться за третьей головой господину товарищу Азарову, верному москальскому гостю.

По-украински, или, как говорит В. И. Даль, по-малороссийски, «москалить» значит «мошенничать, обманывать в торговле».

Николай Азаров, говорят, в этом деле дока.

Он даже самих москалей, пусть и для виду, за нос водил. И теперь, может быть, надеется, что поводит за нос хоть кого-нибудь в Украине. А может, и не надеется.

Так, во время нападения на Финляндию СССР в 1939 году подготовил к высадке в Хельсинки целое «народное правительство в изгнании». Поэты и музыканты сочиняли песню «Принимай нас, Суоми-красавица». Но не задалось тогда у товарища Сталина. Зря опозорились братья Покрасс и Д’Актиль, сочинив свою одноразовую мерзость:

Сосняком по откосам кудрявится
Пограничный скупой кругозор.
Принимай нас, Суоми — красавица,
В ожерелье прозрачных озёр!

Ломят танки широкие просеки,
Самолёты кружат в облаках,
Невысокое солнышко осени
Зажигает огни на штыках.

Мы привыкли брататься с победами
И опять мы проносим в бою
По дорогам, исхоженным дедами,
Краснозвёздную славу свою.

Много лжи в эти годы наверчено,
Чтоб запутать финляндский народ.
Раскрывайте ж теперь нам доверчиво
Половинки широких ворот!

Ни шутам, ни писакам юродивым
Больше ваших сердец не смутить.
Отнимали не раз вашу родину —
Мы приходим её возвратить.

Мы приходим помочь вам расправиться,
Расплатиться с лихвой за позор.
Принимай нас, Суоми — красавица,
В ожерелье прозрачных озёр!

И вот ту же песню затянул в скупой политической прозе разыскиваемый Украиной бывший премьер-министр, а ныне еще и мятежник Николай Азаров.

А я что, может сказать товарищ Азаров, я ж чисто по Далю, «поехал в Москву за песнями»...

Вот только «не за то бьют москаля, что крадет, а чтобы концы хоронил». Азаров и хоронит концы: никто его не заставлял выступать в этой дважды подлой роли. Что вы, господа журналисты, как вы могли подумать, что кто-то манипулирует нами, патриотами Украины. Не этой вот, которая нас прогнала, а другой — Украины нашей мечты.

И хоть знает правительство в изгнании, что «с москалем дружись, но за кол держись», а все-таки бывших соотечественников и теперь боится больше: «От москаля, хоть полы отрежь, но уйди!»

Стало быть, и спрос с бывшего премьера в Украине (не гостинице) будет теперь другой.

Вот он и пишет — «как черт шестом по Неглинной»... «Кто идет? Черт! Ладно, абы не москаль!»

Все-таки не каждый день твоей стране объявляют войну ее бывшие высокопоставленные чиновники с территории соседнего недружественного государства. Которое гордится подвигами СССР 1940 года в Финляндии, 1956 года в Венгрии, 1968 в Чехословакии, 1979 в Афганистане.

Лишь бы потом не приписали мне официальное объявление войны, может думать Азаров: «В воде черти, в земле черви, в Крыму татары, в Москве бояре, в лесу сучки, в городе крючки: лезть к мерину в пузо: там оконце вставишь да и зимовать себе станешь».

Да вот зимовать-то больше и не дают, за карточный стол сажают. Мол, «на пиках вся Москва вистует».

Да и кияне Даля читают. «Отсюда до Москвы всех не перевешаешь», — думают они. Зато можно «показать Москву в решето». И снова Даль подсказывает правительству в изгнании: «Живи, ребята, поколе Москва не проведала».

Вы скажете, что и «хохлов» русский язык не любит? Куда там! «Хохол глупее вороны, да хитрее черта». До любви ли тут. Но это — другая песня.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.