Новый российский закон против неправительственных организаций, в соответствии с которым Национальный фонд демократии (National Endowment for Democracy) был объявлен во вторник «нежелательной организацией», чья деятельность в России запрещена, — это новое свидетельство того, что режим президента Владимира Путина сталкивается с усиливающимся кризисом политической легитимности. Путин может утверждать, что Национальный фонд поддержки демократии и прочие неправительственные организации — это «угроза конституционному строю России», и называть их опасными врагами, как он называет «национал-предателями» российских демократов — ведь это для него типичный способ заручиться политической поддержкой за счет обращения к националистическим страхам и враждебности. Но на самом деле, это его режим подрывает конституционный строй в России, применяя тактику репрессий, коррупции и международной агрессии, и теперь, как считают многие, в России приближается важный переломный момент.

Путин пришел к власти в 1999 году на волне античеченской истерии, но его популярность в последующие десять лет объясняется стабильным экономическим ростом и увеличением нефтяных цен. Теперь этот рост резко остановился, и по словам экономиста Андерса Аслунда (Anders Aslund), в текущем году ВВП страны может сократиться на целых восемь процентов.

Люди на местах начинают ощущать экономический кризис. В первом квартале 2015 года реальные заработные платы упали на девять процентов, резко сокращены социальные расходы на здравоохранение и пенсии, хотя военные ассигнования по-прежнему увеличиваются. Российский внешний долг в 570 миллиардов долларов в три с лишним раза превышает объем ликвидных резервов, и России грозит банкротство, особенно в связи с тем, что в рамках западных финансовых санкций она лишилась доступа к зарубежному финансированию.

Политические последствия кризиса могут усилиться по причине страшной коррупции в рядах элиты, которая жизненно важна для функционирования российской системы власти. Примером тому является коррупция во время подготовки к Олимпиаде в Сочи, о которой подробно сообщал лидер оппозиции Борис Немцов, убитый в феврале буквально в нескольких шагах от Кремля. По словам Немцова, большинство строительных подрядов получили компании, связанные с Путиным, и смета проектов была завышена в несколько раз по сравнению с аналогичными проектами за рубежом. Ведущий эксперт по коррупции в рядах российской элиты Карен Давиша (Karen Dawisha) полагает, что состояние самого Путина по самым консервативным оценкам составляет 40 миллиардов долларов.

Вдобавок к экономическому кризису и коррупции элиты, российская война на Украине является третьим фактором, ослабляющим политическую легитимность режима. Даже не получая значимой помощи от Соединенных Штатов и Европы, украинцы остановили российское наступление на востоке страны. Это далеко не та решительная победа, которую предсказывал Путин, аннексируя в прошлом году Крым. Путин пытается скрыть те потери, которые Россия несет в этом конфликте, зная, что война не пользуется широкой народной поддержкой. Из исторического опыта России в Афганистане и других конфликтах он знает, что неудачи в войне могут создать угрозу выживанию режима.

Страх режима по поводу отсутствия у него политической легитимности очевиден, и это наглядно показывают те усилия, на которые он идет ради предотвращения конкуренции на выборах. Россия не просто перенесла дату выборов 2016 года в национальный парламент, из-за чего оппозиции стало труднее состязаться с действующими парламентариями. Она также оказывает давление на предвыборные кампании в трех регионах, где коалиция из демократических оппозиционных партий пытается получить места в ходе сентябрьского голосования на региональных парламентских выборах. В Новосибирске три оппозиционных активиста объявили голодовку, протестуя против решения властей исключить их из списка претендентов. В Костроме за решеткой оказался организатор оппозиционной кампании, которому грозят политически мотивированные обвинения в совершении уголовного преступления. Эти усилия, имеющие целью лишить оппозицию шанса получить места в региональных законодательных органах, показывают, что любую альтернативу собственной политике режим считает серьезной угрозой, которую необходимо устранить.

В такой обстановке Россия приняла закон, запрещающий российским демократам получать любую помощь из-за рубежа для содействия свободе выражения, власти закона и демократической политической системе. Что важно, демократы не сдались. Их не устрашили уголовные наказания, которыми грозит закон об «иностранных агентах» и прочие репрессивные законы. Они знают, что эти законы противоречат международному праву, допускающему такую помощь, и что они имеют целью помешать приходу в Россию лучшего будущего. Их не пугают даже угрозы смерти, которая уже настигла Немцова и прочих российских демократов.

Минимум, что могут сделать Соединенные Штаты и прочие западные демократии, это и дальше проявлять моральную солидарность с этими отважными людьми. Это служит не только их интересам, но и нашим собственным.

Карл Гершман — президент Национального фонда демократии.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.