Противники нового российского газопровода, проложенного в Евросоюз, давно уже видят в нем угрозу украинской экономике и безопасности. Но за время строительства «Северного потока — 2» риски изменились.

Эта подводная газовая ветка длиной 1 200 километров, протянутая из России в Германию, вызывает споры, потому что благодаря «Северному потоку — 2» российский газовый гигант «Газпром» сможет поставлять весь объем газа в Европу в обход Украины. Из-за этого без дела останется огромная транзитная сеть, которая в прошлом приносила в бюджет страны миллиарды долларов и служила защитой от энергетического шантажа.

Однако зависимость Украины от российского газа резко снизилась с тех пор, как 10 с лишним лет тому назад началось планирование строительства «Северного потока — 2». Таким образом, Кремль лишился рычагов давления на своего соседа, и произошло это в условиях, когда продолжаются боевые действия между украинскими правительственными войсками и поддерживаемыми Москвой повстанцами.

Украина, которая в 2008 году потребляла 66 миллиардов кубометров газа — больше Франции, у которой намного более крупная экономика, — в 2020 году использовала 31 миллиард кубометров. Доля прямых поставок из России упала с 80% до нуля.

«С точки зрения энергетической безопасности, угроза уменьшилась, — говорит руководитель государственной газовой компании «Нафтогаз Украины» Юрий Витренко. — С точки зрения экономической безопасности, угроза тоже уменьшилась».

Но все это не ослабляет существующую в Киеве обеспокоенность по поводу «Северного потока — 2». Политики обвиняют правительство президента Владимира Путина в недопоставках газа на европейские рынки в условиях резкого увеличения цен, видя в этом попытки надавить на регуляторов ЕС, чтобы те побыстрее разрешили начать эксплуатацию нового газопровода.

Во вторник Международное энергетическое агентство заявило, что Россия «могла бы сделать больше» для обеспечения Европы газом, хотя она выполняет свои договорные обязательства. В среду Москва отвергла обвинения в манипулировании, назвав их «чушью». Непонятно, есть ли у «Газпрома» дополнительные добывающие мощности, которые он может задействовать сейчас, и каковы они. 

По словам Витренко, гораздо большую озабоченность вызывает пугающий сигнал об отсутствии у Запада большого желания защищать Украину. Его подали в июле США и Германия, заключив соглашение, положившее конец американскому противодействию «Северному потоку — 2».

«Это усилит риск полномасштабной войны, — сказал Витренко, — если произойдет дестабилизация политической ситуации из-за того, что антизападные силы воспользуются этим для своего пиара — мол, смотрите, Запад ничего вам не дает, он коррумпирован, и все плохо. В этом заключается риск».

Газовый босс Украины выступал на полях прошедшей в Киеве ежегодной конференции «Ялтинская европейская стратегия». На ней главное место заняло обсуждение американского ухода из Афганистана и того сигнала, который этот уход подает союзникам о надежности Вашингтона. До заключения соглашения с Германией США выступали резко против «Северного потока — 2», введя санкции, направленные на прекращение его строительства.

В прошлом месяце украинские реформаторы во главе с бывшим депутатом Рады Светланой Залищук написали открытое письмо, в котором повторили утверждения о том, что России надо было обеспечивать безопасность транзитной сети, через которую идет ее газовый экспорт, и это мешало ей начать полномасштабное нападение на своего соседа после аннексии Крыма в 2014 году. Но если «Северный поток — 2» будет введен в эксплуатацию, этот буфер исчезнет.

«Если „Северный поток — 2" заработает, Украина лишится важнейшего средства сдерживания российской агрессии, а руки у Кремля будут развязаны», — предупредили авторы письма.

Но есть и проблеск надежды. На этой неделе палата представителей приняла поправку, которой по сути дела вновь вводятся отмененные недавно санкции против участвующих в строительстве и эксплуатации «Северного потока — 2» физических лиц и компаний. Если ее утвердит сенат, санкции станут обязательными.

Между тем возможность полномасштабной войны сохраняется. В этом году Россия сосредоточила на украинской границе группировку войск численностью более 100 000 человек. Но поскольку трубопровод построен, более непосредственной угрозой становится возможность проведения диверсий.

«Кремль скажет: „Мы готовы перекачивать газ через Украину, но у них что-то сломалось. Давайте запустим „Северный поток — 2" без сертификации, чтобы не страдали европейские потребители", — рассказал Сергей Макогон, занимающий должность генерального директора ООО «Оператор ГТС Украины». — До постройки „Северного потока — 2" разыграть такую карту было невозможно».

В среду немецкий регулятор подключил к процессу сертификации польскую государственную компанию PGNiG, которая уже заявила, что постарается заблокировать процесс. PGNiG утверждает, что «Северный поток — 2» не отвечает требованиям ЕС по сертификации как независимый оператор.

Трубопроводная компания, на 51% принадлежащая «Газпрому», заявила, что газовые потоки будут в полной мере соответствовать нормам Германии и ЕС, и что она получает необходимые разрешения.

По словам Макогона, безопасность сети постоянно вызывает обеспокоенность.

Россия отрицает, что у нее есть намерение осуществить масштабное вторжение на Украину, и что «Северный поток — 2» служит политическим целям. Она заявляет, что трубопровод является чисто коммерческим проектом. «Газпром» говорит, что дополнительные транзитные мощности на 55 миллиардов кубометров в год укрепят энергетическую безопасность Европы, а в будущем помогут удовлетворять спрос.

Но даже если критики правы насчет целей России, финансовые аргументы заканчиваются.

Благодаря сокращению потребления и переходу на закупки газа из Европы зависимость Украины от российского газа исчезла. Это выдающаяся победа, говорит старший научный сотрудник Оксфордского института энергетических исследований Саймон Пирани (Simon Pirani). «Они уменьшили свою зависимость, и сейчас получают только плату за транзит».

По словам Пирани, когда закончится срок действия нынешнего контракта, «Газпром» должен быть заинтересован в работоспособности украинской сети как резервного канала поставок в периоды пикового спроса.

Плата за транзит сейчас имеет все меньшее значение. Путин за 20 лет пребывания у власти сделал приоритетом снижение зависимости России от Украины в вопросе поставок газа в Европу. «Северный поток — 2» — это лишь один из нескольких новых трубопроводов, проложенных по дну Балтийского и Черного морей. Если раньше по украинской транзитной системе в Европу ежегодно отправляли 120 миллиардов кубометров газа, то в прошлом году этот объем сократился до 56 миллиардов кубометров. А до 2024 года законтрактовано всего 40 миллиардов кубометров.

За счет транзитной оплаты с трудом удастся профинансировать эксплуатацию, техническое обслуживание и ремонт сети, на которые нужен один миллиард долларов. По прогнозам Пирани, транзитные объемы после 2024 года будут составлять от 20 миллиардов кубометров до нуля, и российская плата за транзит, которая по действующему пятилетнему контракту равна семи миллиардам долларов, сократится еще больше. США и Германия говорят, что они постараются сохранить для Украины поток транзитной выручки.

Стратегический сдвиг Украины в сторону европейских поставщиков тоже оказался весьма дорогостоящим на фоне скачка цен. По данным «Нафтогаза», Украина в первой половине сентября платила за 1 000 кубометров газа в среднем по 610 долларов. В январе цена составляла 202 доллара.

Риски для Украины таятся в ее транзитной системе. Сегодня страна покупает газ в Европе, но большая его часть поступает туда из России. Перепродажа осуществляется в виде виртуального обмена, чтобы не надо было качать топливо обратно из центральноевропейских стран.

Благодаря этому снижаются, но не исчезают полностью шансы на повторение газовых войн 2006 и 2009 годов, когда «Газпром» посреди зимы перекрывал Украине вентиль из-за политических и ценовых споров. У Словакии есть трубопроводные мощности, чтобы в случае необходимости обеспечить физические поставки, однако Макогон говорит, что их недостаточно для удовлетворения пикового спроса Украины в середине зимы.

Но по мнению Витренко из «Нафтогаза», самые серьезные проблемы могут возникнуть в том случае, если «Газпром» будет и дальше перекачивать транзитный газ в минимальных объемах вместо того, чтобы вообще прекратить эти поставки, и станет использовать Украину в качестве резервного поставщика транзитных мощностей. Низкие объемы создадут технические проблемы для системы, у которой проектная мощность составляет 146 миллиардов кубометров в год.

«Если бы „Газпром" полностью прекратил транзит, нам было бы проще», — сказал Витренко.

С участием Дины Хренниковой (Dina Khrennikova) и Джем Аткинсон (Gem Atkinson)

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.