Хотите знать, из-за чего провалились попытки Нэнси Пелоси провести двухпартийное расследование штурма Капитолия 6 января? Каждый раз она подчеркивала, что двухпартийная комиссия или специальный комитет послужит гарантией, что это никогда больше не повторится.

Республиканцы против расследования — и не потому, что боятся быть выставлены в дурном свете. Нет, они по другой причине против того, чтобы что-то сделать. Дело в том, что они не прочь, чтобы мятеж действительно повторился.

Штурм Капитолия уже изрядно подмочил репутацию Республиканской партии — по крайней мере, в глазах людей, смотрящих на все это со стороны. В Капитолий ворвалась озверелая толпа трампистов. Едва ли среди них были демократы. Нападение произошло сразу после митинга сторонников Трампа, и спровоцировал его сам бывший президент. Трибуну на митинге с Трампом делили конгрессмены-республиканцы и другие известные сторонники партии вроде Руди Джулиани (бывший личный поверенный Трампа и бывший мэр Нью-Йорка, прим. перев.). Митинг был республиканский, и зрители тоже. Как и штурмовавшая Капитолий толпа.

Конгрессмены-республиканцы знают, что это их сторонники выносили двери Капитолия, обшаривали зал заседаний Сената и грабили кабинеты Конгресса. Республиканцы не хотят расследовать насилие в Капитолии, именно потому что они хотят оставить дверь открытой — они хотят повторения.

Большинство из них взяли беспроигрышные избирательные округа с твердым республиканским большинством, как правило, в республиканских штатах. Сенаторы-республиканцы, пусть и не все, но в большинстве своем точно прибыли из республиканских штатов Юга и Среднего Запада. Но все они знакомы с данными переписи, и каждый из них понимает, что его дни сочтены — даже в штатах вроде Аризоны и Техаса, которые десятилетиями считались оплотом республиканцев. (Очевидно, имеется в виду рост удельного веса меньшинств и иммигрантов среди избирателей. Эта часть населения считается оплотом демократов — прим. ред.) Они видели карты в день выборов, где наглядно показывалось, как некогда незыблемо республиканские пригороды по всей стране переходят в руки демократов. Они удрученно читают статистику, как голосуют миллениалы и юные избиратели — они тоже тяготеют к демократам. Даже такой тупой и неуклюжий зверь, как Республиканская партия, понимает, что место для водопоя вот-вот высохнет.

Они читают опросы, по опросам выходит, что людям небезразличны вопросы демократов — доступная медицина, законопроект о спасении от пандемии, закон об инфраструктуре и план «Американская семья». Сколько вы слышали республиканских призывов отменить обамовский закон «О доступном здравоохранении»? А речей, что нам не нужно тратить деньги на ремонт разрушающихся мостов, устарелых аэропортов и дряхлых и неэффективных проектов вроде Лонг-Айлендской железной дороги, Управления общественного транспорта Чикаго или Управления транспорта Массачусетского залива? Их протесты никак не связаны с реальностью. Все, на что их хватает, — это вопли о «социализме» и «самообольщении» Демократической партии. Эти вопли находят отклик, потому что собственные избиратели республиканцев ездят по растрескавшимся мостам, пользуются неисправным общественным транспортом и тратят целую треть своего дохода на квартплату. Еще треть уходит на уход за детьми, и что людям остается? А ведь эти же избиратели еще и влезают в долги за медицинскую страховку.

На выборах республиканцы уже на последнем издыхании. В 2020 году, в разгар самой страшной пандемии с 1918 года, когда еще не было сделано ни одной прививки и когда смертность от коронавируса уже перевалила за 230 000 человек и грозила вырасти еще, на выборы явилось рекордное число избирателей. И республиканцы проиграли. Они потеряли Белый дом. Они потеряли Палату представителей. А после второго тура они упустили и Сенат. Они неплохо выступили на местном уровне в традиционно республиканских штатах, сохранив за собой законодательные органы и губернаторские посты, но сдали позиции в тех местах и регионах, которыми страна «прирастает», — в точках демографического и экономического роста. Они потеряли большие города. Они потеряли пригороды. Они потеряли ключевые населенные пункты Юга, Среднего Запада и Запада. Они потеряли точки, куда переезжают выпускники в поисках работы, и где оседают пожилые люди, выйдя на пенсию.

После выборов 2020 года Институт Гэллапа выяснил в ходе декабрьского опроса, что 31% американцев считают себя демократами, 25% — республиканцами и 41% — независимыми. Когда независимых респондентов спросили, в чью сторону они склоняются, 50% ответили, что к демократам и лишь 39% к республиканцам. Это не самые блестящие цифры для Республиканской партии. И никто лучше самих республиканцев не знает, что их меньше, чем нас.

Вы не раз слышали от меня и других, как республиканцы законодательно подавляют избирателей, чтобы демократам было труднее голосовать. Они знают, что у них не хватает голосов. Их не хватает уже сейчас, а в будущем станет еще меньше.

Вот почему они зациклились на законах на уровне штатов, которые определяют процедуру подсчета голосов и назначают ответственных лиц — эти полномочия все чаще переходят из рук чиновников избранных (вроде секретарей штатов) и назначенных (вроде администраторов выборов) к законодательным органам штата. По сути своей это политические органы, где подсчет голосов может вестись предвзято.

Вот почему они так цепляются за ложь Трампа о якобы украденной победе — и именно поэтому их попытки рассказать «правду» о выборах в штатах вроде Аризоны столь бессмысленны и абсурдны. Они знают, что честные оценки выборов в спорных штатах придут к тем же выводам, что и 55-страничный доклад Сената штата Мичиган на прошлой неделе: на выборах 2020 года фальсификаций на выборах не было. Ни единой. Вообще по нулям.

Поэтому они всячески приуменьшают ужас штурма Капитолия, называя его «обычным туристическим визитом», как несколько недель назад на слушаньях выразился член палаты представителей от Джорджии Эндрю Клайд. Он — из множащейся армии республиканцев в Конгрессе, которые утверждают, что 6 января ничего ужасного не произошло и поэтому никакой необходимости расследовать эти события нет. Они не только не дали создать независимую комиссию в духе комиссии по расследованию терактов 9/11 2001 года для расследования бунта на Капитолийском холме, но и всячески мешают работе избранного комитета Пелоси, утверждая, что демократы в присущей себе манере ищут виноватых.

И они совершенно правы. Когда специальный комитет опубликует свой доклад, он объявит виновными тех, кого бы республиканцам меньше всего хотелось: Трамп будет обвинен в разжигании беспорядков, а республиканские избиратели понесут ответственность за восстание против правительства. Кроме того, специальный комитет наверняка представит улики, которые республиканцы предпочли бы не доставать на свет божий: подробные свидетельства насилия со стороны толпы. Вскроются тщательные приготовления и тайники с оружием.

Республиканцам не нужен доклад, который по сути скажет: «Вот насколько мы были близки к антиправительственному перевороту, и вот что они планируют делать дальше». Передавая подсчет голосов в ведение партийных органов, законы на уровне штатов чреваты новыми распрями после предстоящих выборов — причем не в самих этих штатах, а в Вашингтоне.

Подумайте об этом: 6 января толпа в Вашингтоне была совершенно неуправляемой. По разным оценкам, митинг Трампа собрал 30 000 человек. Более 800 бунтовщиков прорвались через полицейские баррикады и проникли в Капитолий, а около 10 000 человек остались снаружи. Они превосходили cилы полиции в тысячи раз.

А что, если эта толпа была еще и вооружена? Что, если бы вместо железных арматурин, медвежьих баллончиков и флагштоков у них бы были AR-15 и пистолеты? Что, если бы некоторые из них принесли бомбы, впоследствии обнаруженные возле штаб-квартир демократов и республиканцев? Полиция Капитолия не смогла их удержать — они смяли баррикады и ворвались в здание парламента. Как вы думаете, можно было обыскать эту толпу на предмет спрятанного оружия и бомб?

Вот почему республиканцы не хотят тщательного расследования мятежа 6 января. Раскрыв всю серьезность этого бунта, мы сможем предсказать, что будет, если на Капитолий или другие правительственные здания Вашингтона обрушится толпа численностью более 100 000 человек. И на что она будет способна, если она будет лучше организована и вооружена.

Республиканская партия дошла до того, что не признает легитимность выборов, которые проиграла. Политические победы демократов в глазах республиканцев нелегитимны сами по себе. Республиканцы упиваются собственным беззаконием и сеют безумие. Они превращают правых психопатов вроде Кайла Риттенхауса в народных героев. Он — стрелок из Кеноши, штат Висконсин, убивший двоих и ранивший третьего во время протестов Black Lives Matter («Жизни черных важны») в поддержку застреленного полицией Джейкоба Блейка.

Республиканские законодательные собрания Оклахомы и Айовы дали водителям право безнаказанно сбивать демонстрантов во время уличных протестов. Законы многих штатов уже разрешают как открытое, так и скрытое ношение огнестрельного оружия без лицензии — и скоро появятся новые послабления.

Это законы не просто дозволяют восстание, но и всячески его поощряют. «Гордые парни», «Трехпроцентники», «Хранители клятвы» (организации правого толка, которым приписывается участие в штурме Капитолия, прим. перев.) уже вышли с политической периферии правых. Теперь они — база республиканцев и их будущее.

Люсьен Траскотт-четвертый — выпускник Вест-Пойнта с полувековым опытом работы в качестве журналиста, писателя и сценариста. Освещал Уотергейт, Стоунволлские бунты и войны в Ливане, Ираке и Афганистане. Автор пяти романов-бестселлеров и нескольких неудачных фильмов. Имеет троих детей, живет в Ист-Энде на Лонг-Айленде и проводит свое время в переживаниях о судьбах нации и безумных попытках своими писаниями улучшить ее положение.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.