Это «развертывание войск трудно не заметить», как пишет The New York Times. Всё, что движется по лесам к юго-восточной границе Украины, должно быть хорошо видно. Из этого следует как минимум один вывод: если Путин и планирует вторжение, то это уже не будет неожиданным ударом, как при захвате Крыма семь лет назад.

Одна из военных мудростей гласит: атакующий не откажется от эффекта внезапности. Чего же хочет Путин? Директор ЦРУ этого тоже не знает. Выступая перед Конгрессом, он только строит догадки: это может быть демонстрация силы… или подготовка к войне.

Если это просто угроза, то к Украине движется слишком много сил, причем высокомобильных. Президент Владимир Зеленский говорит о «приблизительно 80 тысячах солдат на нашей восточной границе и в Крыму, к ним нужно добавить 30 тысяч пророссийских боевиков и российский военных в Донбассе».

Авторитетное британское издание Jane's Defense News, специализирующееся на военной тематике, пишет о 14 моторизованных частях от полка до бригады. К этому добавляется тяжелая артиллерия (калибром от 152 до 240 миллиметров), а также ракеты меньшей дальности «Искандер», способные преодолевать расстояния до 500 километров и нести ядерные боеголовки. В любом случае контингент больше, чем тот, что использовался при вторжении в Крым в 2014 году и в Донбасс в 2015-м. Кроме того, в настоящее время 15 российских военных кораблей проводят ученья в Черном море.

Российские войска на исходных позициях

С другой стороны, американские и британские самолеты-разведчики, которые в данный момент усиленно патрулируют зону сосредоточения войск, сообщают, что российские войска не вышли на исходные позиции для наступления. Однако, учитывая их высокую мобильность, они могут быстро перейти в наступление: специальные части — в течение нескольких часов, регулярные войска — за пару дней. А по другую сторону их ждут многочисленные коллаборанты, которые прикроют наступающие части.

В любом случае бряцание оружием усиливает психологическое давление на Киев, и, естественно, в экскалации обвиняют жертву. Как сообщил пресс-секретарь Кремля, Россия хочет только обезопасить себя перед лицом «взрывоопасной ситуации на нашей границе». И далее: возможно, дело дойдет до «военных действий на всей линии». Почему? Потому что «Киев занимается опасными провокациями». Заместитель главы администрации президента в Кремле предупреждает, что Россия должны защитить своих граждан на востоке Украины — их там 640 тысяч. По его словам, война станет «началом конца Украины».

Когда-то мы такое уже слышали? Верно! Перед вторжением вермахта в Судетскую область. И вообще от любого властителя, выставляющего жертву виновником преступления. Получается, что вторжение все-таки будет? Не обязательно. Примечательно высказался московский военный эксперт Константин Сивков, который, вероятно, озвучивает официальную точку зрения: «Дипломатическое решение требует радикального изменения позиции Киева».

Что же должен сделать малыш, чтобы умилостивить великана? И на этот вопрос у официозного Сивкова есть ответ: «Киев должен принять федеративную структуру Украины». А также «предоставить русскому языку равные права с украинским». И тогда «проблема Донбасса разрешится».

Украина должна превратиться слабую федерацию

Конечно, она не разрешится, потому что новому царю Владимиру Путину нужно нечто большее, чем просто языковое разнообразие. «Федеративная структура» означает в конечном итоге автономию Донбасса, центра украинской тяжелой промышленности. Москва называет регион «Донецкой и Луганской народными республиками».

В дальнейшем унитарная Украина должна будет превратиться в слабую федерацию. Москва хотя и не будет владеть ей, но сможет в ней господствовать. Ненасильственное задействование 110 тысяч человек принесет таким образом редкую удачу. Путин в очередной раз сорвет банк, он малыми усилиями обеспечит себе хороший выигрыш — подконтрольную территорию под названием Украина.

Путин как всегда показывает себя не как авантюрист, а как хладнокровный игрок, который хорошо просчитывает все риски. Он знал, что Запад не будет спасать Грузию и не остановит захват Крыма. Он пользовался преимуществом «непосредственного контакта» с этими территориями, в то время как Запад был от них далеко. Он смог вмешаться и в дела Сирии, после того как при Обаме военные самолеты США остались на земле, вместо того чтобы удерживать «красную линию».

Царь знает также, что он может игнорировать слабый ЕС. Европейский союз ни в психологическом, но в военном отношении не в состоянии играть в стратегические шахматы. Умирать за Луганск? Послать на восток хотя бы пару бригад? Этого не хочет даже Байден, пусть он и взял более жесткий тон в отношениях с Москвой, чем Трамп. Но больше 500 американских солдат он в Европу посылать не намерен. А немцы заняты предвыборной борьбой.

Поэтому в ход пойдут санкции. Байден уже запретил американским банкам напрямую покупать российские государственные облигации. Звучит более грозно, чем есть на самом деле, ведь финансовые институты могут продолжать приобретать российские бонды на вторичном рынке.

Лучшее впечатление производит, конечно, двусторонний саммит, который Байден предложил Путину как пряник, чтобы предотвратить «эскалацию» и создать «стабильную, предсказуемую ситуацию».

Вывод, хотя и без всяких гарантий, можно сделать такой: Путин знает, что у него на руках лучшие карты. В конечном итоге он выиграет партию без боя. Он еще больше ослабит Украину, насладится бессилием ЕС и усадит Байдена за стол переговоров. Совсем неплохо за пару недель бряцания оружием. Он один способен действовать решительнее, чем 27 членов ЕС плюс Вашингтон и Лондон. В этом матче счет будет 1:0,1 в пользу Путина.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.