В среду десятого марта в ходе заседания комитета Палаты представителей США по иностранным делам мы смогли оценить госсекретаря Энтони Блинкена (Antony Blinken), немного удивленного непрерывными вопросами на разные темы. Наибольшую обеспокоенность вызывала тема связей между правительствами России, Кубы и Венесуэлы.

В частности, выступил представитель штата Нью-Джерси демократ Альбио Сайрес (Albio Sires), который подчеркнул, что Россия использует Венесуэлу в качестве орудия для нарушения порядка в Колумбии. По словам Сайреса, он ожидает, что администрация президента Байдена уделит больше внимания тому, что делает эта страна «в попытках дестабилизировать соседей по западному полушарию».

В ответ на эти опасения госсекретарь Блинкен лишь отметил, что правительство Соединенных Штатов обеспокоенно ролью России в Венесуэле и возобновлением в последние годы ее деятельности на Кубе.

Судить по фактам

Существует два фундаментальных подхода к восприятию эффективного присутствия и влияния Москвы в Латинской Америке и в Карибском бассейне. Согласно первому, Россия представляет реальную опасность как для стабильности в регионе, так и для национальной безопасности Соединенных Штатов. Другой подход подчеркивает, что в вопросе отношений между Россией и регионом «нужно отказаться от катастрофических ожиданий, столь распространенных в американских СМИ и типичных для некоторых союзников в полушарии».

Справедливости ради следует сказать, что любой анализ этой темы должен опираться на конкретные современные данные. Так, например, с самого начала президентства Джорджа Буша-младшего, проходившего на фоне событий 11 сентября, в очередной раз стало очевидным традиционное отсутствие интереса США к Латинской Америке и Карибскому бассейну. Приоритетное внимание уделяется другим стратегическим направлениям, в то время это была борьба с терроризмом, Азиатско-Тихоокеанский регион и Ближний Восток.

Этот факт оценил лишь недавно пришедший к власти Владимир Путин, который уже думал о стремлении вернуть своей стране статус мировой державы, потерянный после распада Советского Союза. Нужно отметить, что ранее, в 90-ые годы, Россия, наследница потерпевшего поражение коммунистического режима, была вынуждена мириться с реальностями однополярного мира, когда Соединенные Штаты рисовались как единственная супердержава. В этих условиях сближение Москвы с европейскими соседями было совершенно необходимо для ее региональной и международной реорганизации.

Латинская Америка на прицеле

В отличие от эпохи холодной войны в последние годы сближение России и Латинской Америки происходило по практическим, а не идеологическим причинам. При таком прагматичном подходе на первом этапе сближения нужно сформировать выгодные двусторонние экономические отношения, которые впоследствии принесут соответствующие геополитические и геостратегические выгоды.

Авторитарный режим Владимира Путина в последние два десятилетия подвергся серии экономических санкций со стороны, в первую очередь, Соединенных Штатов и Европейского союза (война в Грузии в 2008 году, аннексия Крыма в 2014 году, дело Алексея Навального и т.д.). В этой ситуации укрепилась задача найти союзников и сторонников, необходимых «как для внешних действий, так и для внешнеполитических устремлений в целом». В этом плане регион Латинской Америки и Карибского бассейна стал основной целью. Сказанное верно, как на уровне экономического и торгового сотрудничества (Бразилия, Мексика, Аргентина, Уругвай, Перу, Венесуэла, Куба), так и на уровне двусторонних отношений и геополитического позиционирования Москвы в регионе (Никарагуа, Куба и Венесуэла).

Некоторые аналитики считают неоспоримые стратегические отношения между Россией, Кубой и венесуэльским режимом частью геополитической игры, направленной на то, чтобы бросить вызов США на их собственном «заднем дворе». Агрессивная политика Кремля не влечет за собой непреодолимых и тем более жизненно важных издержек, а наоборот делает его весомым внеконтинентальным игроком в регионе.

Это сотрудничество также служит предметом переговоров относительного того, что правительство Владимира Путина называет вмешательством Вашингтона и Запада в постсоветское пространство. Например, в случае Грузии и Украины, не говоря уже о других районах, считающихся чувствительными для безопасности Российской Федерации.

Отношения России и Венесуэлы со времен Чавеса строились на естественной политической идентификации, движимой, в свою очередь, торговлей вооружением, военными услугами и транзакциями в области энергетики. Сегодня же они консолидированы выживанием режима Николаса Мадуро. Эти отношения, в свою очередь, являются частью стратегии двух крупнейших центров авторитаризма в мире (России и Китая), направленной на укрепление международной многополярной системы, которая отличается нестабильностью и хаосом, отвечающим их интересам. Все это нужно, чтобы создать мир, где не будет гегемонии Соединенных Штатов.

Та обеспокоенность, которую высказал представитель демократов Альбио Сайрес относительно дестабилизирующей роли оси Москва-Гавана-Каракас в регионе, имеет прочную основу. Однако большая часть элементов этой основы общеизвестна, опубликована и распространена. Эта политико-стратегическая ось использует венесуэльский режим, связанный с международной организованной преступностью (в том числе Армией национального освобождения, диссидентами ФАРК и Хизбаллой), и с его территории при поддержке и одобрении русских и сторонников Кастро осуществляет дестабилизацию политически несвязанных правительств, например, Колумбии. Эти отношения всегда считались политической целью первоочередной важности для экспансионистских планов авторитаризма и популизма глобальных левых.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.