Ингрида Шимоните заняла пост премьер-министра Литвы всего два месяца назад, в разгар коронакризиса, который больно ударил по небольшой прибалтийской стране. В середине декабря Литва ввела жесткий локдаун, который был смягчен всего две недели назад.

Шимоните говорит открыто. Она высказывается против газопровода «Северный поток — 2». «Я считаю, что проект „Северный поток — 2" неотделим от возможностей геополитического влияния Кремля на Европейский союз, — заявила она в интервью изданию Handelsblatt. — Зависимость ЕС и некоторых стран-членов от страны, которая не является правовым государством, — это проблема».

Немецкое правительство знает о ее позиции. 46-летняя политик требует от ЕС жесткого курса по отношению к России, а также по отношению к Белоруссии.

Бывшая министр финансов и заместитель главы Центробанка хорошо знает о том, что во время масштабных кризисов, таких как финансовый кризис или пандемия коронавируса необходимы совместные европейские действия. В интервью Handelsblatt Шимоните дает оценку работе Еврокомиссии и прогнозирует необходимость дальнейших мер экономической поддержки стран-членов ЕС.

Handelsblatt: Госпожа Шимоните, газопровод «Северный поток — 2» снова оказался в центре внимания. Вы считаете этот проект целесообразным?

Ингрида Шимоните: Это очень каверзный вопрос. Мы в нашей части Европы довольно хорошо знаем, как экономические проекты становятся проектами геополитическими. Мы сами увидели, как газопроводы используются в политических целях.

Я считаю, что «Северный поток — 2» неотделим от геополитического влияния Кремля на ЕС. Зависимость ЕС и некоторых его членов от страны, которая не является правовым государством, — это проблема. Немецкое правительство знает нашу позицию, по которой у нас в стране наблюдается единство.

— Газопровод, с вашей точки зрения, представляет собой такую же проблему, как и ситуация в соседней Белоруссии. Самый известный белорусский оппозиционер Светлана Тихановская уехала из страны, опасаясь репрессий, и сейчас живет в Литве. Как ЕС надо реагировать на происходящее в Белоруссии?

— Для начала нужно понимать, что все, что там сейчас происходит, — это не повторение прежних протестов. Теперь все по-другому. Нельзя думать, что речь снова идет о подтасовке выборов, арестах демонстрантов и исчезновении людей — а потом все снова станет нормально. В этот раз все иначе.

— Насколько иначе?

— Общество сыто по горло Александром Лукашенко и его режимом.

— Президентом страны…

— Он сегодня находится в оппозиции в своей собственной стране. Граждане больше не являются меньшинством. Он держится только за счет применения грубой силы. ЕС может оказывать давление в форме экономических санкций, в форме санкций против отдельных людей.

Мы должны поддержать гражданское общество и свободные СМИ. Так, например, мы приняли у себя некоторые белорусские компании. У них теперь юридический адрес в Литве, но в будущем они непременно хотят вернуться в Белоруссию.

— А что с Россией?

— Кремль всеми средствами пытается расколоть ЕС. С другой стороны, чиновники из Кремля хотят, чтобы их тещи лечились в европейских клиниках, дети учились в европейских университетах, а деньги хранились в европейских банках. Мы не должны этого допускать.

— Вы заняли свой пост в разгар коронакризиса. Насколько вы довольны работой Еврокомиссии в пандемию?

— Каждый из нас стремится к безупречному антикризисному менеджменту. Я в этом вопросе прагматична. Совместный заказ вакцин в ЕС — очень хорошая идея. Конечно, было определенное недовольство тем, как проходил процесс заказа. Но для небольших стран, таких как наша, всегда лучше участвовать в совместной акции, чем самостоятельно вести переговоры. Я скажу так: многие вещи можно было бы сделать намного лучше, но никто не может сказать, как именно.

— Как вы думаете, когда ЕС сможет постепенно восстановить свое меры экономической поддержки?

— Я думаю, на это потребуется еще какое-то время. Потому что будут сферы, в которых поведение клиентов из-за пандемии существенно изменится. То есть, вероятно, перезапуск будет довольно сложным. Но это только вопрос времени, и нам нужно всего лишь подождать, пока, например, возобновится международное сообщение или же поведение клиентов стабильно изменится.

— Вы имеете в виду уход в онлайн?

— Да, некоторые бизнес-модели, вероятно, не выживут, потому что поведение клиентов очень сильно изменилось, наблюдается уход в онлайн. Например, в области проведения конференций. Кто знает, возможно, онлайн-конференции станут новой нормой. Когда мы сможем смягчить ограничения, то увидим эту новую норму. Это может означать, что поддержка правительств будет выглядеть иначе. Это будут не деньги, чтобы спасти рабочие места, а возможности реорганизовать компании и сделать их подготовленными для будущего.

— Многих беспокоит задолженность некоторых стран, которая из-за пандемии еще больше выросла. Вы считаете, что фонд восстановления ЕС способен решить эти проблемы?

— Фонд восстановления можно использовать эффективно. Долги он не сократит, но средства можно будет задействовать для большего роста, если инвестировать в производительность и тем самым повысить ВВП. Таким образом, бремя долга станет легче. Из своего опыта как министра финансов могу сказать, что проблема не в долгах, а в их стоимости.

— Вы знакомы с такой ситуацией…

— Да, в 2008 году в Литве объем госдолга составлял всего 15% ВВП — и, несмотря на это, мы были на грани дефолта. Можно иметь относительно небольшую задолженность и тем не менее технически быть почти банкротом, потому что рынки вас атакуют и повышают стоимость долга. В настоящее время я такой опасности не вижу. Но все зависит от того, как используются деньги из фонда. Можно потратить их на повседневные расходы, тогда задолженность останется на прежнем уровне. Или можно использовать их обдуманно, инвестировать в «зеленый переход» и цифровизацию. Тогда будет шанс, что экономика снова вырастет, и долговое бремя станет меньше.

— Госпожа Шимоните, спасибо за интервью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.