В 2021 году пять государств Центральной Азии отмечают 30-ю годовщину своей независимости. Центральная Азия — регион, который традиционно находился в зоне влияния России и экономического доминирования Китая. Примечательно и то, что в этом году Договору о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве между РФ и КНР исполняется 20 лет. Этот документ, очевидно, будет не только продлен на 5-летний срок, но и приобретет дополнительные взаимные обязательства, связанные с новыми региональными и глобальными вызовами.

«Партнерство между Москвой и Пекином всегда скрывало жесткую конкуренцию за региональное первенство»

Более широкий подход к взаимодействию между РФ и КНР обусловлен консолидированными намерениями государств противодействовать распространению и закреплению интересов США в регионе. Перспективы более тесного сотрудничества между Пекином и Москвой вызывают неприятие со стороны Альянса НАТО, генсек которого недавно призвал государства-члены «активизировать политический диалог для противодействия КНР и РФ».

Внешние границы партнерства между Москвой и Пекином всегда скрывали жесткую конкуренцию за региональное первенство: противодействие РФ все большему китайскому влиянию на российском Дальнем Востоке; традиционная борьба за благосклонность государств Средней Азии; конкуренция за продвижение собственных интересов прежде всего продажи товаров военного назначения.

В условиях геополитических соревнований Пекина и Вашингтона Москва рассматривает возможность закрепить свое влияние в Центральной Азии не только военными, но и экономическими инструментами.

Перед государствами Центральной Азии сегодня стоит дилемма сохранять должный уровень сотрудничества как с Москвой, так и с Пекином в известной степени, при которой наклон в одну сторону не обусловил бы жесткую реакцию противоположной стороны.

Наибольшую угрозу для региона составляет Афганистан, а именно — северные районы страны, граничащие со слабозащищенными границами Таджикистана и Узбекистана. Пограничная линия по реке Пяндж без труда может быть нарушена радикально настроенными группами боевиков. На другой стороне границы, на юго-западе Таджикистана, периодические беспорядки и недовольство местного населения центральной властью в Душанбе создают благоприятные условия радикальным исламистам получить поддержку на таджикской территории.

Потенциал эскалации конфликта и усиления позиций талибов в органах власти ИРА вынуждает Душанбе к принятию от Москвы дополнительной безопасности поддержки для эффективного контроля за собственным рубежом.

«Китай может пересмотреть сфере безопасное доминирование России в регионе в свою пользу»

КИТАЙ ТРАДИЦИОННО ЗАИНТЕРЕСОВАН В РАСШИРЕНИИ СОБСТВЕННОГО ДОМИНИРОВАНИЯ В РЕГИОНЕ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И В ДАЛЬНЕЙШЕМ УВЕРЕННО БУДЕТ ПРОВОДИТЬ СООТВЕТСТВУЮЩУЮ ВНЕШНЮЮ ПОЛИТИКУ, НАПРАВЛЕННУЮ НА:

  • создание безопасных условий для реализации двусторонних и многосторонних проектов в государствах ЦА;
  • активную презентацию выгоды от вступления в инициативную идею построения Сообщества единой позиции на пути к проекту ОПОП (один пояс один путь)
  • проникновение политического влияния Китая в традиционно пророссийские государства Средней Азии для их дальнейшей экономической интеграции.

Сейчас участие Пекина в Центральной Азии в основном ограничивается экономическим доминированием, но с последующим активным развитием амбициозных китайских проектов Китай может пересмотреть сферы безопасности доминирования России в регионе в свою пользу, задействовав соответствующие экономические и финансовые рычаги.

ОТ ОПОП К ИДЕЕ СИ ЦЗИНЬПИНА ОТНОСИТЕЛЬНО СООБЩЕСТВА ЕДИНОЙ СУДЬБЫ ЧЕЛОВЕЧЕСТВА

В этой связи заслуживает внимания представленный информационным бюро Госсовета КНР основополагающий документ «Развитие международного сотрудничества в Новую Эру», который является обновленной редакцией предыдущих изданий 2011 и 2014 годов и определяет план действий Пекина на мировой арене в соответствии с современными геополитическими обстоятельствами.

Одной из ключевых составляющих указанного документа является видение китайского правительства программы предоставления внешней помощи. Этот элемент стал важным изменением во внешнеполитической стратегии Пекина на пути к реализации «проекта века» — провозглашенной президентом Си Цзиньпином инициативы «Один пояс, один путь» (ОПОП).

Дипломатия внешней помощи сформировала международный экономический профиль Китая, превратив его имидж из развивающейся в ведущую экономическую силу и в передового институционального инвестора проектов на глобальном уровне. По данным, опубликованным в упомянутом документе правительства КНР, с 2013 по 2018 годы Китай потратил более 40 млрд долларов США на иностранную помощь в виде грантов, беспроцентных и льготных займов.

В документе освещаются концептуальные подходы на пути к внедрению идеи президента Си Цзиньпина относительно Сообщества единой судьбы человечества. В центре широких рамок взаимодействия между азиатскими и европейскими государствами в политической, экономической, социальной, культурной, экологической и технологической сферах является проект ОПОП, который формирует его в более широкую инициативу для достижения цели ООН в области устойчивого развития.

Китайская стратегия выстраивания связей с элитами государств Центральной Азии также претерпевает качественных сдвигов. От работы с действующими лидерами центральноазиатских государств КНР переходит к поддержке прокитайские настроенных политиков — и, возможно, к созданию инструментов для их дальнейшего продвижения во власть. Влияние Пекина на элиты ЦА усиливается пропорционально уровню ориентации национального бизнеса на торговлю с КНР. Учитывая это, в ближайшее время ожидается продолжение тенденции к усилению присутствия Пекина в Кыргызстане и Таджикистане, в меньшей степени — в Туркменистане, Казахстане и Узбекистане.

«МОСКВА ИСПОЛЬЗУЕТ ТРАДИЦИОННЫЙ НАБОР ИНСТРУМЕНТОВ ВМЕШАТЕЛЬСТВА В ДЕЛА РЕГИОНА»

Россия пытается усилить свою стратегическую глубину путем реконструкции ближнего зарубежья, в частности Центральной Азии. Обеспечив свое присутствие на южных границах путем развертывания миротворцев в Нагорном Карабахе и убедившись в отсутствии серьезной опасности дестабилизации в Белоруссии, Россия рассматривает потребность в создании буфера на востоке, где бывшие советские государства после распада Советского Союза уверенно претендуют на государственность, национальную идентификацию и нейтралитет, с одной стороны, и уязвимы к растущему влиянию КНР на их национальную безопасность, с другой. Москва использует традиционный набор инструментов вмешательства в дела региона:

  • военное присутствие РФ (Таджикистан, Кыргызстан и Казахстан)
  • зависимость государств ЦА от российского рынка;
  • миграционная политика;
  • ведущая роль РФ в региональных организациях (СНГ, ОДКБ, ЕАЭС).

«ИРАН ПРИДЕРЖИВАЕТСЯ КОНСЕРВАТИВНОЙ ПОЗИЦИИ, НАПРАВЛЕННОЙ НА ПОДДЕРЖКУ СТАТУС-КВО НА СЕВЕРНЫХ ГРАНИЦАХ»

В условиях усиления санкционного режима США и отсутствия практического соблюдения условий СВПД со стороны ЕС, другой региональный лидер, Иран, вынужден сконцентрироваться на развитии отношений с Россией, Китаем, государствами ЦА и ЕАЭС.

В настоящее время Иран придерживается консервативной позиции, направленной на поддержку статус-кво на северных границах. Москва положительно воспринимает усилия Ирана, поскольку оба государства стремятся стабилизировать регион, противодействовать западным посягательствам и активному распространению Турцией своей внешнеполитической программы.

В проблематике отношений между Тегераном и Вашингтоном политические интересы и экономические выгоды Москвы находятся в благоприятной для РФ зоне между открытым ирано-американским конфликтом и политикой двух государств, направленной на примирение, выход за пределы которой для российского руководства будет означать дополнительные расходы: как оборонные, так и экономические.

Ориентированность РФ на текущую приверженность иранского руководства и его стратегический интерес в длительном сохранении стабильности действующего порядка в ИРИ обусловлены следующими факторами:

  • дестабилизация Ирана повышает риск возрождения традиционных неблагоприятных элементов в регионе Центральной Азии: радикализма и наркоторговли. В случае возникновения политической неопределенности или вспышки военного конфликта с участием Ирана, Тегеран будет ограничен в препятствовании усилению трансграничного джихадистского движения из Ирака и Сирии в Афганистан.
  • миграция опасных факторов через Иран к Центральной Азии и неспособность России обеспечить безопасность региона окажут Китаю и США новые возможности для укрепления их присутствия в регионе. Сейчас главным обоснованием российского присутствия в ЦА является минимизация распространения нестабильности со стороны Афганистана и обеспечения буферной зоны вдоль южных периферий. Однако, учитывая ограниченные ресурсы России, Москве все труднее продолжать блокировать риски нестабильности, которые будут появляться локально и распространяться трансгранично.
  • проведение Турцией активной внешней политики для распространения гегемонии Анкары с акцентом на пантюркизм и османизм представляет угрозу интересам региональных государств в регионе, прежде всего российским. Москва рассматривает Иран как эффективный фактор сопротивления постепенному расширению сферы влияния Анкары на восток.

«ИНТЕГРАЦИОННЫЙ ПРОЕКТ АНКАРЫ И БОРЬБА ЗА ПОЛУЧЕНИЕ ЗВАНИЯ «ЕВРОАЗИАТСКОЙ ЛОГИСТИЧЕСКОЙ СУПЕРДЕРЖАВЫ»

Мощным игроком, активная региональная политика которого направлена последнее время на восток и интенсивно набирает обороты, — является Турция. Интеграционный проект Анкары, экономическим фундаментом которого стало открытие сухопутного доступа к ресурсам Каспийского моря, меняет региональный расклад сил и обостряет конкуренцию между другими региональными державами за получение звания «евроазиатской логистической супердержавы».

Турция, по сути, победив в Нагорном Карабахе, в ближайшей перспективе должна получить доступ к Нахичевани с новой ветвью в Иран и Азербайджан и кратчайшим выходом ко всей ЦА через каспийскую акваторию.

На этом фоне неслучайным является стремление Азербайджана и Туркменистана развивать паромное сообщение Баку — Туркменбаши, которое в этом году должно пополниться новым флотом паромных судов.

21 января с. г. МИД Турции одобрило подписание соглашения о совместной разработке нефтяного месторождения Dostluk на Каспии между Азербайджаном и Туркменистаном, отметив, что «соглашение обеспечит гарантии энергетической безопасности Турции и остальной Европы», в чем следует понимать претензии Анкары на роль основного хаба по поставкам энергоресурсов в ЕС.

С появлением коридора с Нахичевани вдоль иранской границы Турция получила выход к Каспийскому морю, а благодаря привлечению союзников в Баку к тесному военному сотрудничеству с Исламабадом Анкара планирует получить доступ к Индийскому океану в обход Суэцкого канала.

«РЕГИОН ЦА ДЛЯ УКРАИНЫ ПРИОБРЕТАЕТ СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ В МЕЖДУНАРОДНОЙ СИСТЕМЕ ТРАНСПОРТНЫХ ПЕРЕВОЗОК»

В условиях роста значения интеграционных путей сообщения, в пределах которых происходит обмен технологиями, капиталами и ресурсами, регион Центральной Азии для Украины приобретает стратегическое значение в международной системе транспортных перевозок, поскольку по территории государств ЦА, Ирана и Кавказа пролегает важный для Украины транспортный коридор ОПОП и его ответвления «Юг — Запад» (Западная Европа — Украина — Грузия — Азербайджан — Иран — Индия / Центральная Азия / Китай).

Транспортный коридор «Юг — Запад» должен предоставить нашей стране доступ для выхода на рынки ЦА, Ближнего и Дальнего Востока, а также восстановить ее статус как международного транзитера в системе мультимодальных транспортных перевозок, обеспечив грузопоток между ЕС, Средней Азией и странами АТР, прежде всего Китаем.

Несмотря на то, что в национальных общественных и политических кругах государств-участников присутствуют сторонники и критики уровня участия их государств в ОПОП, большинство деятелей с обеих сторон лагеря склоняются к мысли о том, что по мере развития «проекта века» совместный корпоративный потенциал ОПОП стремительно будет расти, а его участники получат значительную выгоду, зависящую от географического расположения, производственного потенциала и транспортно-логистической инфраструктуры.

«ПЕРВООЧЕРЕДНОЙ ЗАДАЧЕЙ ДЛЯ УКРАИНЫ ОСТАЕТСЯ ПОДДЕРЖКА И РАЗВИТИЕ ПРАГМАТИЧНЫХ ОТНОШЕНИЙ СО СТРАТЕГИЧЕСКИМИ ПАРТНЕРАМИ»

Учитывая это, первоочередной задачей для Украины остается поддержка и развитие прагматичных отношений со стратегическими партнерами, особенно с крупнейшим торговым партнером Украины — Китаем. В этой связи решающим должен стать взвешенный подход украинской дипломатии, направленный на нивелирование существующих проблем в двусторонних отношениях и восстановление надлежащего уровня взаимодоверия, опираясь на прагматичность национальных интересов нашего государства с перспективой на дальнейшее развитие стратегического сотрудничества.

Украина, имея опыт эксплуатации одной из ветвей ОПОП (Грузия — Азербайджан — Туркменистан / Казахстан) в обход территории России, при надлежащей государственной поддержке должна приложить усилия для увеличения потенциала и получения максимальной выгоды от использования упомянутого коридора.

Прежде всего для сохранения экономической целесообразности есть потребность минимизировать расходы доставки украинского груза путем:

  • уменьшения тарифных планов, что одновременно даст возможность предоставить украинской продукции большую конкурентоспособность на рынках ЦА.
  • обсуждение с государствами ЦА и Китаем вопроса перспективности транскаспийского маршрута, популяризация и проведение информационных кампаний среди участников логистического бизнеса с предоставлением соответствующих преференций. Это позволит значительно уменьшить стоимость экспорта украинских товаров, а также наполнить маршрут грузопотоком, что будет способствовать развитию транспортной и портовой инфраструктуры Украины и демонополизации рынка транспортных перевозок.

О ПРИНЦИПАХ ОТНОШЕНИЙ С ГОСУДАРСТВАМИ РЕГИОНОВ ЦЕНТРАЛЬНОЙ АЗИИ И БЛИЖНЕГО ВОСТОКА

Учитывая попытки отдельных государств не допустить Украину к активному присутствию в транспортных коридорах, представляется целесообразным выстраивать внешнеполитические отношения с государствами регионов Центральной Азии и Ближнего Востока, руководствуясь следующими принципами:

  • сосредоточиться исключительно на двустороннем характере сотрудничества с государствами, исходя из прагматических интересов Украины;
  • избегать чрезмерной публичности в реализации планов сотрудничества;
  • сконцентрировать потенциал бизнеса и производственного комплекса Украины на микрорынках и сегментарных зонах торгово-экономического сотрудничества, в которых Украина имеет успешный опыт участия в проектах.

Комплексный подход к развитию отношений Украины с региональными государствами по линии сотрудничества с государствами Кавказа, Центральной Азии, АТР и Ближнего Востока мог бы закрепить украинские позиции в регионе и предоставить нашей экономике дополнительные конкурентные возможности.

Сергей Бурдиляк, посол Украины в Исламской Республике Иран, специально для «Дня»

 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.