Администрация президента Путина весьма гибко относится к экономическим вопросам

Недавние гонения на оппозиционера Алексея Навального свидетельствуют о том, что президент России Владимир Путин ведет себя все более деспотично. Действительно, администрация Путина не идет ни на какие уступки, чтобы защитить интересы действующей системы, и твердо стоит на государственной идеологии, а также традиционных ценностях. 

Между тем, что касается проектов строительства инфраструктуры, а также экономических и социальных проблем, то здесь путинская система реагирует весьма гибко. Отрицательный аспект заключается в частой смене курса. 

В этой статье я хочу рассмотреть строительный проект, который символизирует «блуждающую политику» России последних лет. Она думает о том, чтобы соединить мостом материковую часть Дальнего Востока с островом Сахалин. Название этому мосту пока не присвоили, поэтому в этой статье я буду называть его «Сахалинский мост». Итак, политика в отношении этого моста постоянно меняется.

Заветное желание Сахалина

Как видно на карте выше (приведена в оригинале статьи, прим. ред.), Сахалин отделен от материка узким проливом. В Японии он называется проливом Мамия, а в России —Татарским. Ширина его самой узкой части, пролива Невельского, составляет всего 7,3 километра (на карте я отметил это место стрелкой). Я полагаю, русские мечтают о том, чтобы остров соединили с материковой Россией мостом или тоннелем. 

Впервые идея строительства тоннеля появилась в конце XIX века в эпоху Российской империи. В советское время возможность прокладки тоннеля обсуждалась в 1929-1930 гг. 

До Второй мировой войны СССР принадлежала только северная часть острова, но после войны Советский Союз взял под свой контроль также и южную часть. 

В 1950 году диктатор Сталин принимает официальное решение о строительстве сахалинского тоннеля. Туда отправили заключенных, и прокладка действительно началась. Тоннель должны были построить за пятилетку. Тем не менее в марте 1953 года Сталин умер, и проект свернули, как и многие другие крупные стройки. 

В 1973 году между Ванино и Холмском начинает ходить регулярный паром. Этот маршрут обеспечивал логистическую линию жизни между материком и островом. Тем не менее рейсы периодически отменялись из-за плохих погодных условий, поэтому жители Сахалинской области мечтали об автомобильной или железной дороге, которая предоставила бы им доступ на материк. 

Предчувствие сомнений 

В последние годы стала превалировать идея не тоннеля, а моста, по которому будет проложена железная дорога. И в сентябре 2015 года в ходе Восточного экономического форума во Владивостоке генеральный директор «Российских железных дорог» Олег Белозеров заявил, что мост на Сахалин — «это очень реальный проект в недалеком будущем». В результате шансы на реализацию идеи повысились. 

В июле 2018 года президент Путин отдал распоряжение правительству обсудить проект строительства. 

Четвертая администрация Путина, вступившая в полномочия в мае 2018 года, выработала национальные проекты и приступила к решению приоритетных задач. В сентябре 2018 года был принят «Комплексный план модернизации и расширения магистральной инфраструктуры». Стоит отметить, что проект соединения Сахалина с материком при помощи железнодорожного моста входил в общий план, несмотря на сомнения по поводу его целесообразности. Вместе с тем источник финансирования Сахалинского моста в «Комплексном плане» прописан не был. 

И в ноябре 2018 года возникли интересные подвижки. Премьер-министр России Дмитрий Медведев попросил вице-премьера Максима Акимова включить один ранее отвергнутый проект в общий план. 

В связи с этим один из чиновников так прокомментировал ситуацию: «Комплексный план — это живой организм. Некоторые проекты включают в него по результатам обсуждения, а некоторые, наоборот, исключают». 

В Японии в случае официального одобрения государственного проекта его будут доводить до завершения, если не произойдет чего-то из ряда вон выходящего, однако в России все по-другому. Сейчас складывается впечатление, что именно тогда появились сомнения по поводу Сахалинского моста. 

Действительно, была проведена оценка целесообразности, и стало понятно, что Сахалинский мост вряд ли будет рентабельным. Изначально предполагался следующий сценарий: уголь и другие природные ресурсы доставлять с материка на Сахалин по железной дороге, а затем экспортировать их на Азиатско-Тихоокеанский рынок. Тем не менее это легко можно делать, используя материковые порты, поэтому бизнес не заинтересовался в этом проекте. Велика вероятность того, что объем грузовых перевозок не сможет компенсировать затраты на строительство.

Аспекты обсуждения

Таким образом, официально одобренный проект строительства Сахалинского моста начинает постепенно лишаться движущей энергии. При этом я хочу обратить внимание на то, что даже в администрации Путина не было единого мнения по этому вопросу. Ниже я в хронологическом порядке привожу заявления руководства, сделанные осенью 2020 года.

7 октября президент Путин в ходе Встречи с руководителями фракций Государственной Думы заявил: «…мост на Сахалин для нас имеет, конечно, очень большое значение. Этот вопрос не снят с повестки дня, мы его изучаем, это, конечно, дорогая история. И дело не только в том, чтобы выстроить мостовой переход, дело не только в этом. Дело в том, что мост целесообразно строить, по предварительным прикидкам специалистов, в таком месте, где у нас вообще не развита дорожная сеть, это север Хабаровского края. И там предстоит работа, стоимость которой сопоставима, а может быть, даже больше, чем стоимость самого моста. Вот в чем все дело. Но мост на Сахалин, конечно, России нужен, я с Вами согласен». 

Затем министр РФ по развитию Дальнего Востока и Арктики Алексей Чекунков, вступивший в должность 10 ноября, провел встречу с губернатором Сахалинской области Валерием Лимаренко 14 ноября, в ходе которой заявил: «Объединение Сахалина с материком — это крайне важная задача. Я убежден, что она воплощается в жизнь. Это — один из приоритетных пунктов совместной деятельности нашего министерства с Сахалинской областью». 

Более того, 8 декабря во время осмотра порта Корсаков в южной части острова он сказал: «Корсаковский морской торговый порт должен служить точкой входа для бесшовной железной дороги с Сахалина в Европу. И его успех, и рост товарооборота в 20 раз будут зависеть от успешной реализации проекта мостового перехода».

Тем не менее слова специального представителя президента России по вопросам природоохранной деятельности, экологии и транспорта Сергея Иванова стали холодным душем для этих планов. 30 ноября Иванов, которого прочили в преемники Путина, в интервью «Интерфаксу» подчеркнул: «С точки зрения психологии мост — нужен. Вот, мол, Крым соединили, теперь бы не мешало и Сахалин. А с точки зрения экономики — нет. Для этого моста нет грузов. Так вот: 536 километров — по Хабаровскому краю — это обойдется гораздо дороже, чем сам мост».

Этот комментарий Иванова вызвал настолько широкий резонанс, что пресс-секретарю президента РФ Дмитрию Пескову пришлось объясняться. 

30 ноября его спросили — проект Сахалинского моста свернут или же все еще обсуждается? Песков ответил так: «Обсуждения ведутся постоянно, но пока каких-то конкретных планов на этот счет нет. Экономические факторы, естественно, первостепенны, и абсолютно очевидно, что возведение такого крупного инфраструктурного объекта экономически целесообразно только в случае наполнения его определенным потоком товаров, грузов и так далее. Но об этом говорить не приходится, именно вот это имелось в виду в высказываниях Сергея Борисовича Иванова». 

Между тем «Российские железные дороги» до сих пор проявляют интерес к этому проекту. 4 декабря на международном саммите глава «РЖД» Белозеров подчеркнул: «Мост будет построен. Вопрос — когда? „РЖД"не останавливаются в работе над проектом моста на Сахалин и подготовили технико-экономическое обоснование».

Естественно, больше всего на возведение моста рассчитывают в самой Сахалинской области. 11 декабря на совещании, посвященном транспортным проблемам Дальнего Востока, губернатор Лимаренко заявил: «Мост с материка на Сахалин позволит максимально использовать потенциал островной области для транзита грузов, а с учетом развития железнодорожного сообщения даст мощный импульс для экономического сотрудничества России со странами Азиатско-Тихоокеанского региона». 

На этом фоне искреннее мнение высказал заместитель председателя правительства России Марат Хуснуллин. Отвечая на вопрос 29 декабря, он отметил: «Построить мост на Сахалин — идея неплохая, но денег на это пока не хватает». 

Япония, держись подальше!

Итак, как мы видим, мнения элиты администрации Путина по поводу строительства моста расходятся. Так или иначе, российский лидер говорит строить мост, а вице-премьер отвечает «денег нет», и это противоречит авторитарному имиджу Путина. 

Если бы Сталин прожил на несколько лет дольше, он бы завершил строительство сахалинского тоннеля, каких бы жертв это ни стоило. Все чиновники, выступающие против, были бы расстреляны. 

На данный момент предполагается, что расходы на строительство моста, включая прокладку железной дороги, составят 540 миллиардов рублей. В таблице выше (приведена в оригинале статьи, прим. ред.) на основе информации из различных СМИ я привел стоимость больших строительных проектов, которые реализовывались в последнее время в России. Даже если сравнивать только мосты, то Сахалинский обойдется в два раза дороже Крымского. Мост на остров Русский во Владивостоке — дешевле на порядок. В настоящее время одна иена равняется 0,7 рубля. Сейчас другие времена, однако Сахалинский мост будет стоить даже дороже японского моста через пролив Акаси, на который было потрачено 500 миллиардов иен. 

Поэтому превалирующее сейчас в России мнение, что «Сахалинский мост экономически нецелесообразен», можно считать верным. Тем не менее в России до 2012 года, которая отличалась стремительным экономическим ростом, возможно, его бы построили. В этом смысле мне немного жаль жителей Сахалина. 

Кстати, я хочу обратить внимание японцев на то, что в России сахалинский проект зачастую рассматривается вкупе с мыслью соединения Сахалина и Хоккайдо при помощи тоннеля или моста. 

В ходе ВЭФ в сентябре 2017 года, на котором присутствовал премьер-министр Японии Синдзо Абэ, глава России подчеркнул значимость этого проекта, и японский лидер не стал возражать: «Сахалин и Хоккайдо — это вещи абсолютно планетарного характера». 

Тем не менее, если Япония примет в нем участие, она не сможет окупить затраты. Также меня беспокоят аспекты, связанные со сферой безопасности. Если взамен Россия отдаст «северные территории», то еще можно было бы подумать, но, как известно, шансы на это стремятся к нулю.

Правительство Японии вряд ли согласится на такое сотрудничество, однако, если оно займет неоднозначную позицию, тем самым дав надежду российской стороне, это не пойдет на пользу обеим странам.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.