Интервью с Бенджамином Шмиттом (Benjamin L. Schmitt) — сотрудником Гарвардского университета, бывшим советником Госдепартамента США по вопросам энергетической безопасности в Европе.

Biznes Alert: Какова цель введения американских санкций в отношении «Северного потока — 2»?

Бенджамин Шмитт: Защитники проекта давно стараются изобразить сопротивление США против проекта Газпрома способствующим расколу «спором, который инициировал Трамп». Они надеются, что оппоненты этого президента и критики «Северного потока — 2», которые скептически к нему относятся, станут менее активно поддерживать такую политику. Мы видим тактику провоцирования чувства стыда за сотрудничество, ведь президент Трамп по разным причинам не пользуется популярностью в части европейских стран.

На самом деле отношение к «Северному потоку — 2» не изменилось со сменой администрации с демократической на республиканскую, поскольку его основа — это протест против разрушительного воздействия России на трансатлантическое сообщество, а также стремление поддержать стратегическую стабильность и национальную безопасность Украины. Связанные с техническими аспектами строительства санкции, которые были призваны заблокировать проект, Конгресс поддерживает уже давно, так же выглядит ситуация с новыми предложениями по ограничительным мерам. Они будут поставлены на голосование в ближайшие недели задолго до того, как администрация Байдена приступит к работе.

— Служат ли санкции в отношении «Северного потока — 2» продвижению американского сжиженного газа, как утверждают россияне?

— Не следует забывать, что протест США в отношении этого газопровода был всегда связан с тревогой за безопасность и суверенитет Украины, энергетическую безопасность Европы, со стремлением ограничить разрушительные влияния России на этом континенте. Вашингтон всегда подходил к этой теме однозначно, считая, что или газопровод начнет работу и окажет негативное воздействие на безопасность, или его удастся заблокировать и ограничить влияния Москвы, которые она распространяет при помощи транспортной инфраструктуры.

Также следует напомнить, что планирование строительства «Северного потока — 2» началось в 2015 году, вскоре после аннексии Крыма Россией и нападения на восток Украины. Этот проект изначально вызывал вопросы. Часть политиков в Москве, Берлине или Вене продолжает, словно мантру, повторять, что он «имеет чисто экономический характер», однако, строится он не для того, чтобы обеспечить Европу дополнительными поставками, а для того, чтобы прекратить транзит через украинскую территорию. Предполагалось, что газопровод будет иметь пропускную способность в 55 миллиардов кубометров в год, но лишь 9,9 миллиардов пойдет в Германию и на запад от нее. Он, вопреки тому, что некоторые утверждают, не поможет немецкому «энергетическому повороту», в рамках которого Берлин, отказываясь от атомной энергетики, ищет альтернативные источники производства электроэнергии.

Если учесть эти технические реалии, можно придти к очевидному выводу, что протест США против «Северного потока — 2» никоим образом не связан с продажей американского сжиженного газа, как говорят защитники проекта. Блокирование российского газопровода не приведет к открытию рынка для американцев или каких-либо других глобальных игроков в сфере СПГ, поскольку проект Газпрома был нужен только для отказа от транзита через Украину. В меньшем масштабе мы наблюдали это, когда запустили «Турецкий поток». Благодаря нему Кремль смог ограничить поставки через украинскую территорию и Трансбалканский газопровод в Румынию и Болгарию.

— Как проект расширения санкций в рамках оборонного бюджета повлияет на «Северный поток — 2»?

— Новые предложения включают в себя меры, направленные против страховых и сертификационных компаний, они сделают крайне маловероятной перспективу запуска «Северного потока — 2». Даже если Газпром или другие российские компании попробуют найти способ постепенно завершить строительство, возможно, без помощи международных страховщиков, вряд ли какая-либо западная фирма решит, рискуя попасть под санкции, сертифицировать этот газопровод и таким образом дать ему возможность функционировать.

Иными словами, когда Конгресс утвердит новый проект ограничительных мер, это, по всей видимости, станет концом пути Путина к завершению строительства газопровода. В пользу такого предположения говорит факт, что норвежская компания «ДНВ ГЛ» приостановила свое участие в проекте, опасаясь санкций. Это серьезный удар, ведь, не пройдя процесса сертификации, газопровод не сможет начать работать.

— Газпром сообщает, что строительство «Северного потока — 2» на днях возобновят.

— Сообщения Газпрома — это чистый пиар защитников проекта. Работы планируется возобновить на отрезке длиной 2,6 километра в экономической зоне Германии, глубины там такие, что предлагаемые сейчас санкции на него не распространяются. Работы на большей глубине в исключительной экономической зоне Дании станут уже сложной задачей, ведь они подпадают под действующие и новые ограничительные меры. В звучащих сейчас заявлениях они не упоминаются. Реагируя на шаги Конгресса, которые могут фактически заморозить российский проект на много лет, если не навсегда, Москва старается, на мой взгляд, создать ложное впечатление, что реализация «Северного проекта — 2» продвигается.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.