В отношениях России и Японии сейчас есть один главный вопрос — как они переживут уход со своего поста премьер-министра Синдзо Абэ, который все восемь лет правления (с декабря 2012 по сентябрь 2020 года) активно продвигал сближение с Москвой.

С одной стороны, новый глава японского правительства Ёсихидэ Суга — близкий сподвижник Абэ и не спешит отказываться от дружественной к России риторики своего бывшего начальника. С другой — первые решения нового премьера выдают, что у японского руководства накопилось слишком много разочарований на российском направлении, и в обозримом будущем оно сосредоточится совсем на других приоритетах.

Уход экономистов

Пока на уровне официальной позиции Токио ничто не предвещает похолодания в отношениях с Москвой. Уже в первые дни после назначения премьером Суга заявил, что на российском направлении продолжит политику своего предшественника.

В телефонном разговоре с Владимиром Путиным он подтвердил, что «не хочет передавать проблему принадлежности северных территорий [южных Курильских островов] следующему поколению и намерен решить ее». Лидеры договорились, что будут и дальше способствовать развитию всего комплекса двусторонних отношений, включая политику, экономику и культуру.

На уровне риторики не видно никаких отличий от Абэ, который сделал отношения с Россией приоритетом своей внешней политики и за время премьерства встречался с Путиным целых 27 раз. Это и неудивительно — при Абэ Суга много лет был генеральным секретарем кабинета министров (в японском правительстве это что-то вроде смеси главы администрации и пресс-секретаря). На этом посту он активно отстаивал курс Абэ в отношении России и теперь просто не может сразу начать открыто его критиковать.

Однако первые решения Суги не предвещают для Москвы ничего хорошего — особенно это касается подбора кадров. В японском правительстве всегда важно, из какого министерства пришел новый назначенец, потому что чиновники остаются верны корпоративным интересам своего первого ведомства даже много лет спустя после того, как перешли на работу в другие структуры. К тому же многие министерства — например, МИД и Минэкономики — активно друг с другом конкурируют.

Во внешнеполитическом блоке нового правительства произошло не так много изменений. Министром иностранных дел остался Тосимицу Мотэги, генсеком Совета национальной безопасности — Сигэру Китамура, послом Японии в Москве — Тоёхиса Кодзуки. Однако главными сторонниками сближения с Россией при Абэ были совсем не дипломаты, а выходцы из Минэкономики, и их в новом кабинете стало значительно меньше.

Например, ушел Такая Имаи. Бывший чиновник Минэкономики, он долгое время работал исполнительным секретарем Абэ, а также специальным советником премьера. Его влияние было настолько велико, что японские СМИ называли его «теневым премьер-министром».

Имаи был одним из главных архитекторов курса Абэ на сближение с Россией — особенно в области экономического сотрудничества. Это неудивительно, учитывая его прошлое в Министерстве экономики, которое долгое время относилось к России с куда большим энтузиазмом, чем другие ведомства.

Имаи сыграл важную роль в разработке Плана экономического сотрудничества с Россией из восьми пунктов — Абэ объявил о нем в мае 2016 года. Имаи также защищал курс на сближение с Россией от критики высокопоставленных японских дипломатов, традиционно скептически относящихся к Москве.

Технически у Имаи по-прежнему есть должность в правительстве — теперь он специальный советник кабинета министров. Но он потерял место внутри администрации премьер-министра и, по всей видимости, сохранил официальную должность лишь на время поиска работы в частном секторе.

Помимо Имаи, ближайшее окружение премьера покинули и другие выходцы из Минэкономики. Ушел Эйчи Хасэгава, который был специальным советником Абэ и отвечал за совместную хозяйственную деятельность с Россией на Курилах. То же самое произошло с Козо Сайки, бывшим секретарем Абэ.

В самом Министерстве экономики отставки чиновников, настроенных на сближение с Россией, прошли несколько раньше. Министр Хиросигэ Сэко, большой энтузиаст экономического сотрудничества двух стран, покинул свой пост еще в 2019-м. На смену ему пришел Хироси Кадзияма, который пока не проявляет особого интереса к этому вопросу.

В администрации Суги теперь доминируют выходцы не из Минэкономики, а из других министерств — внутренних дел и здравоохранения. По словам одного из высокопоставленных чиновников Минэкономики, «раньше мы могли без проблем связаться с командой Абэ и продвигать наше мнение, но теперь это больше не работает».

Тихий конец

Сдвиг в балансе сил между министерствами означает, что японское правительство отворачивается не только от России, но и вообще от внешней политики и будет делать основной упор на внутренние реформы. Например, на сокращение бюрократии и цифровизацию, где Япония отстает от других развитых стран. Ближайшие парламентские выборы должны пройти не позднее октября 2021 года, так что новому премьеру сейчас нужны быстрые результаты, а не долгосрочные проекты, вроде развития экономических отношений с Россией.

Кроме того, почти все в японском руководстве согласны с тем, что подход Абэ к России оказался неудачным. Предыдущий премьер изо всех сил старался выстроить доверительные отношения с Путиным, игнорируя внутреннюю и международную критику, но ничего не получил взамен.

Наоборот, при Абэ позиция России в территориальном споре стала еще более бескомпромиссной — например, в российской Конституции появились поправки о том, что «действия… направленные на отчуждение части территории Российской Федерации, а также призывы к таким действиям не допускаются». Появление этого пункта в длинном списке поправок было воспринято в Японии как пощечина Абэ, который пообещал японскому народу разрешить территориальный спор с Россией до окончания своих полномочий.

Глядя на печальные результаты многолетних усилий предыдущего премьера, неудивительно, что в администрации Суги мало желающих продолжать этот курс. В конце сентября газета «Асахи Симбун» процитировала высокопоставленного чиновника в администрации Суги: «Совершенно очевидно, что подход предыдущей администрации [к России] был неудачным».

Так что не стоит придавать большое значение заявлением Суги о том, что он продолжит прежней курс Японии в отношениях с Россией. Новый премьер просто не может прямо критиковать политику Абэ, в чьем правительстве сам играл ведущую роль. Куда важнее кадровые перестановки в кабинете министров и доминирующее в японском руководстве убеждение, что политика Абэ провалилась.

Это не означает, что поведение Японии в отношениях с Россией резко изменится уже завтра. Скорее курс на тесное взаимодействие с Москвой будет получать все меньше внимания со стороны высшего руководства и постепенно тихо умрет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.