Почти никто так брался за Дональда Трампа, как его бывший советник по национальной безопасности Джон Болтон. Теперь он резко высказывается в адрес президента, а также в адрес европейцев.

71-летний Болтон — одна из самых противоречивых и неоднозначных фигур американской внешней политики. Этот усатый мужчина работал при президентах Рональде Рейгане и Джордже Буше-мл. в министерстве юстиции и в Госдепартаменте, где за ним закрепилась слава склонного к нападкам ястреба. Болтон был ярым сторонником войны в Ираке и до сих пор критикует международные организации — что не помешало ему стать представителем США при ООН в Нью-Йорке.

В апреле 2018 года Дональд Трамп назначил его своим советником по национальной безопасности. И все же Болтон быстро пошел на конфликт с президентом. В сентябре 2019 года он покинул правительство.

И вот теперь Болтон написал книгу разоблачений о времени в Белом доме, в которой он резко высказывается о бывшем шефе. Трамп спрашивал у него, принадлежит ли Финляндия России, и просил главу Китая о помощи во время предвыборной кампании, сообщает Болтон. Но также он критикует и европейцев, прежде всего канцлера Германии Ангелу Меркель.

«Шпигель»: Господин Болтон, Дональд Трамп начинал критиковать Ангелу Меркель, еще когда был кандидатом в президенты от республиканцев. Миграционная политика Меркель — «катастрофа для Германии», как он тогда сказал. Впечатление обманчиво, или действия немецкого канцлера так волнуют Трампа?

Джон Болтон: Отношение Трампа к Меркель — а также к бывшему премьер-министру Великобритании Терезе Мэй — это, определенно, один из самых проблематичных моментов, которые я мог наблюдать. У президента сложности с главами государств женского пола. В случае с Ангелой Меркель это может быть связано с тем, что у отца президента были немецкие корни. Но есть и политические причины. У нас было много торговых споров с Европой, кроме того, Германия не готова выделять на оборону 2% ВВП. Но ведь именно об этом мы договорились в НАТО.

— Похожие споры были у Трампа со многими другими главами государств. У него просто проблемы с женщинами?

— Такое у меня сложилось впечатление. Но у Трампа есть еще одна аномалия: у него лучше складываются отношения с авторитарными личностями, чем со многими демократическими лидерами стран, которые мы относим к нашим союзникам.

— Какое этому может быть объяснение?

— Трампу не хватает политической философии. Эта нехватка определяет большую часть коммуникации между ним и канцлером. Например, я — консервативный республиканец. Трамп не республиканец. Но он также не либеральный демократ. Он склонен смешивать личные отношения интересы, которые определяют отношения с государствами.

— Ангела Меркель в США осознанно выступила в роли своего рода «анти-Трампа» — например, когда выступала в Гарвардском университете, где она пела оду мультилатерализму. Трампа это нервировало?

— Не думаю. Трамп, вероятно, вообще не знает, что такое мультилатерализм.

— Почему Трамп не заботится о надежном сотрудничестве с многолетними партнерами США?

— Вы знаете, политические комментаторы в США и Европе всегда стараются понять Трампа или даже вникнуть в его доктрину. Забудьте об этом! Сэкономьте себе время. Не существует доктрины Трампа. Вы поговорите с ним утром, а после обеда он уже может снова изменить свое мнение. В зависимости от того, откуда ветер подует. Что его интересует, так это переизбрание в ноябре.

— В Европе много думали о том, как вести себя с Трампом. Президент Франции Эммануэль Макрон пригласил президента с первой леди в мишленовский ресторан на Эйфелевой башне. Меркель, напротив, не пыталась угодить Трампу. Что умнее?

— Это каждый сам для себя выбирает. Макрон надеялся, что его хорошее отношение к Трампу может быть выгодно для Франции. Но это не сработало.

— С тех пор как Дональд Трамп стал президентом, федеральное правительство опасается введения американских штрафных пошлин на немецкие автомобили. Пока что Трамп только грозил и ничего не вводил. Эта тема уже в прошлом?

— Нет, Трамп любит пошлины, и в этой сфере он может принимать решение без одобрения Конгресса. Ему нравится этот подход на международных переговорах. Я же, напротив, думаю, что мы вместе должны сосредоточиться на угрозе со стороны Китая, который крадет европейскую и американскую интеллектуальную собственность, проводит вынужденный трансфер технологий и действительно дискриминирует все зарубежные компании.

— Еще один спорный момент между США и Германией — проект «Северный поток — 2». Насколько серьезны опасения, что Германия и Европа могут стать зависимыми от российского природного газа? Или речь скорее о бизнесе, чтобы Америка могла продавать в Европе свой СПГ?

— И то и другое. Трамп постоянно говорил о санкциях, но так и не ввел их. Я бы остановил проект газопровода. Он еще и не достроен. Может быть, его еще можно остановить. Он наносит ущерб Европе и США.

— Известный кадр с саммита Большой семерки в Канаде в июне 2018 года: Меркель стоит, опираясь руками о стол, а Трамп сидит напротив нее, скрестив руки, и вид у него не особо счастливый. Вы стояли рядом с Трампом. Помните, что тогда обсуждалось?

— Было очень неприятно. Насколько я помню, в тот момент не Меркель говорила с Трампом, а президент Франции Эммануэль Макрон. Но это лишь историческая деталь. Для меня эта ситуация была показательна в двух моментах. Во-первых, я понял, почему не могу терпеть эти саммиты «Большой семерки» и «Большой двадцатки» и итоговые коммюнике, которые на них принимаются. Это бесполезная трата времени и ресурсов. Лучше бы деревья, которые рубят для создания бумаги на все это, оставались живыми. Во-вторых, Трампа тогда действительно загнали в угол — в буквальном и переносном смысле. Речь шла об итоговом заявлении, которое было чрезвычайно спорным. Вскоре после того, как было сделано это фото, и мы уже сидели на «борту номер один», президент отозвал свое согласие на публикацию коммюнике. Такого не бывало еще никогда. Мне пришлось сделать выводы на будущее, так что для следующего саммита НАТО в июле 2018 года я подготовил коммюнике заранее, чтобы на самом саммите больше не пришлось ничего обсуждать и решать.

— Вы пишете, что Трамп назвал Меркель «чечеточницей» (tap dancer), имея, вероятно, в виду, что она ловко жонглирует словами. Что Трамп хотел этим сказать?

—  (смеется) Да, он часто говорил в таких случаях: tap, tap tap, tap. Еще Барак Обама называл многих наших союзников по НАТО «халявщиками». Однако, в отличие от Трампа, Обама говорил о добровольном увеличении военных расходов. Трамп же настаивает, чтобы наши партнеры по НАТО увеличивали их, — и не без успеха.

— Не объявит ли Трамп о выходе США из НАТО в случае победы на своих вторых выборах?

— Трудно сказать. Сейчас, например, Трамп придерживается жесткой линии по отношению к Китаю. Но если ему удастся переизбраться, то я совершенно не исключаю, что он немедленно вернется к своему приятелю Си Цзиньпину и попробует возобновить переговоры о торговом соглашении. И тогда судьба Гонконга и многие другие проблемы останутся нерешенными.

— Для своих сотрудников президент столь же непредсказуем, как и для всего остального мира?

— Можно сказать и так. Например, после саммита НАТО в июле 2018 года мы полетели в Великобританию на встречу с Терезой Мэй. Затем мы отправились в Хельсинки на ставшую знаменитой встречу с российским президентом Владимиром Путиным. По пути в аэропорт Трамп сказал американским журналистам: «Знаете, на всех этих встречах я, наверное, смогу быстрее всех договориться с Путиным». Кто бы мог подумать! А ответ прост: никто, кроме самого Дональда Трампа.

— Германии и всей Европе в будущем придется самим заботиться о своей безопасности?

— Европе следует воспринимать Трампа как некую аномалию. То, что он творит, нельзя назвать последовательной политикой. Так что вернуться к былым формам общения будет не так уж и трудно. Республиканская партия считает, что европейцев нельзя бросать один на один с проблемой обороны. Впрочем, есть проблема, связанная с тем, что в Европе между словами и делами зияет пропасть. Если европейские лидеры начнут постоянно твердить, что хотят защищаться самостоятельно, то и в США будет появляться больше политиков, подобных Трампу, которые станут на это отвечать: «Отлично, флаг вам в руки!»

— Насколько надежен альянс НАТО?

— Думаю, альянс останется сильным. Но было бы большой ошибкой со стороны Европы считать США защитником. Трамп утверждает, что США предлагают другим защиту, а те должны за это платить, — это его точка зрения. Но на самом деле НАТО — оборонительный альянс, члены которого должны защищать друг друга! Если альянс хочет быть успешным в долгосрочной перспективе, ему следует вспомнить идею бывшего премьер-министра Испании Хосе Марии Аснара (José Mará Aznar), который предложил расширить НАТО, приняв в его состав Японию, Австралию, Сингапур и Израиль.

— Трамп за время своего президентства навредил имиджу США?

— Навредил. Если Трамп проиграет ноябрьские выборы, то президенту Джо Байдену придется хорошенько потрудиться. Но и моя — Республиканская — партия тоже должна осознавать свою часть ответственности. Она должна сделать так, чтобы в будущем люди, подобные Трампу, не могли добраться до участия президентских выборах. Могу утешить европейцев цитатой Уинстона Черчилля, который когда-то сказал: «Можно не сомневаться в том, что американцы все сделают правильно, когда уже перепробовали все остальное». Сейчас мы как раз пробуем «все остальное».

— Некоторые американские демократы опасаются, что Трамп просто проигнорирует свое поражение и останется в Белом доме.

— Для таких утверждений нет никаких предпосылок, иначе бы я упомянул об этом в книге. Трамп способен почти на все, но беспокойство по этому поводу — одна из вещей, которые я называю «синдромом расстройства Трампа». Сейчас практически весь политический анализ вертится вокруг одного Трампа, но при этом никого не волнуют факты.

— Чего вы опасаетесь больше всего, если Дональд Трамп останется на своем посту еще на четыре года?

— Опасаюсь, что будет расти влияние авторитарных лидеров.

— Вы опубликовали эту книгу, в частности, для того, чтобы предотвратить переизбрание Трампа. Многие американцы говорят, однако, что если бы это действительно было вашей целью, вам следовало бы выступить против Трампа на слушаниях в Конгрессе в рамках процедуры импичмента.

— Не думаю, что это имело бы значение. Демократы хотели «войны» на партийном уровне. Хотя они и затеяли процедуру импичмента, они не собирались на самом деле свергать президента — для этого необходимо большинство в две трети голосов в Сенате. До этого демократам было далеко, и в итоге за их идею проголосовал лишь один республиканец. Так что даже если бы я выступил в Сенате, мои слова просто утонули бы в пучине этих грязных разборок.

— Трамп после публикации вашей книги язвительно заметил, что если бы вы смогли продавить свою волю, то США сейчас увязли бы сразу в нескольких войнах.

— (смеется) Это незрелое замечание, недостойное президента. Так что я лучше промолчу.

— Кто вы: герой, которому пришлось покинуть пост из-за собственных убеждений, или предатель, решивший отомстить за свое увольнение?

— Последнее утверждает президент. Но я думаю, что это лишь доказывает, насколько я прав. Я занимаюсь американской политикой с 15-летнего возраста. В 1964 году я распространял листовки за Барри Голдуотера (Barry Goldwater)…

— …кандидата в президенты от Республиканской партии…

— …и с тех пор моя философия не изменилась. Я занимал руководящие должности в четырех республиканских правительствах. При всем уважении, нынешние разборки в СМИ через 50 лет забудутся. Сегодняшних политиков тоже уже больше не будет. А книга все еще будет существовать.

— У Трампа есть шансы победить на выборах в ноябре?

— Конечно! Сейчас Трамп отстает — из-за коронакризиса и его экономических последствий. Но опросы и в 2016 году не сулили ему ничего хорошего. Тогда все были убеждены, что он проиграет. Даже в его штабе, заседавшем в Трамп-тауэре, никто не верил в победу. Но мы ни в коем случае не должны недооценивать умение демократов испортить себе выборы.

— Господин Болтон, спасибо за интервью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.